Из темноты донеслось обиженное сопение, и в углу загорелся красный огонек видеозаписи. Подсветку ей включать не было никакой необходимости: Вероника снимала на небольшую высокочувствительную камеру, которая крепилась к голове и прекрасно работала даже при небольшом освещении.
Молодожены предались нежным ласкам, обнимаясь, и целуя друг друга. Но когда Андрей стал снимать одежду с невесты, она занервничала, и стала бросать испуганные взгляды на основную камеру, возле которой «колдовал» Михаил. Молодой супруг настойчиво продолжал избавлять свою избранницу от вороха свадебных одежд, и с такой же настойчивостью Рита сопротивлялась своему обнажению. Их возня стала напоминать легкое изнасилование. Андрей, давая возможность невесте перевести дыхание и придти в себя, оставил ее на некоторое время в покое, и стал раздеваться сам. Как только он дошел до брюк, из темноты на него поплыл огонек камеры, и остановился в паре дюймов от трусов.
— Ника, — шикнула Рита на свою младшую сестру, — куда ты там пялишься?
— Я работаю, отвали, — быстро ответил голос из темноты, и потом добавил, обращаясь к Андрею, — снимай трусы! Только медленно и красиво, и я сниму твой член крупным планом во всех подробностях.
Андрей замер, и прикрыл рукой трусы, которые были сильно оттопырены.
— Вон, сестру свою снимай, — смущенно сказал он, и, отвернувшись от камеры вполоборота, неловко стянул нижнее белье, прихватив заодно и носки.
Из-за некоторого замешательства, которое возникло на «съемочной» площадке всех вывел Михаил, чей голос донесся из глубины комнаты:
— Вероника, мы должны снимать любовь, а не мужские анатомические подробности, — в темноте послышался смешок, — что ты, члена никогда не видела?
— Я их видела столько, что тебе и не снилось, — парировала Вероника, но камеру от Андрея не убрала.
— Да, мне не снятся мужские гениталии, тут ты права, — насмешливо ответил Михаил, но я же не снимаю Риту э-э-э... В подробностях.
— Я прекрасно справлюсь с этим без тебя, — отрезала Вероника, и обратилась к главным героям киноромана, — так мы будем, или не будем снимать кино?
Андрей неуклюже приблизился к полураздетой невесте и помог ей снять последний подъюбник. Рита осталась в трусиках, лифчике, и чулках, пристегнутых к изящному поясу — белоснежное белье красиво смотрелось на ее смуглой коже.
Андрей обнял супругу и слился с ней в поцелуе, а когда разомкнул объятия, лифчик упал к ее ногам, и он отбросил его в сторону. Все невольно залюбовались полными грудями девушки: ее соски подрагивали и были возбуждены. Андрей потеребил их, потом сжал грудь рукой. Ему не удалось полностью обхватить ее, и он поиграл с ее плотью, вздувшейся между пальцами. Рита тихонько застонала и откинулась на кровать. Потом протянула руки к Андрею, и прошептала:
— Иди ко мне, милый...
— Э-э-э, куда полез! — опять вмешалась Вероника, видя, как Андрей пытается прилечь рядом с супругой, — Ритка, а пососать?
— Ты, дура, что ли? — разозлилась невеста, привстав на локтях, и уставилась в темноту, — я не делала этого никогда...
Красный огонек камеры резко повернулся к невесте и замер. Повисла неловкая пауза. Андрей стал шарить глазами в темноте, пытаясь строго посмотреть на младшую сестру своей избранницы.
— Это ты зря, Рита, — вдруг сказал Михаил. В его голосе слышалась укоризна, — а ты, братишка, куда смотрел? Надо было свою девушку воспитывать...
— Да как-то не срослось, — ответил Андрей, стоя столбом и пряча глаза.
— Сейчас все срастется! — Послышался треск разрываемой ткани, и в темноте засветился алый рот Вероники. — Уф-ф... Так и дышать лучше... Проклятый костюм!... Смотри, Ритка, тут нет ничего сложного, — сказала она, и... Глазом никто не успел моргнуть, как шустрая сестренка быстро наклонилась к Андрею, и лихо всосала член жениха.
Ее самой не было видно из-за черного костюма, полностью скрывающего ее тело — со стороны казалось, что член исчезает в пухлом ротике, просто парящем в воздухе.
— Вот это фокус, — только и смог произнести Михаил внезапно севшим голосом.
— Вероника! Ты что вытворяешь? Совсем охуела, что ли?!? Это мой Член! То есть... Мой муж! — невеста вся подобралась, будто для прыжка.
— Заткнись, и учись, — Вероника на мгновение выпустила его изо рта, и стала надрачивать рукой мужской орган. Руку в перчатке тоже не было видно, и казалось, что блестящая головка разбухала отдельно от члена — напротив аккуратно «отрезанных» яиц Андрея.
Михаил хохотнул, и перевел камеру на лихую сестренку. Вероника опять заглотила член и старалась так, словно это было призовое выступление на международном конкурсе фелляции. Рита подползла к ним вплотную и, стоя на четвереньках, внимательно следила за тем, как ее младшая сестренка смачно отсасывает ее мужу. На ее лице бушевала буря эмоций: злость и возмущение постепенно уступали место любопытству и похоти.
Вероника краем глаза заметила, как в углу комнаты из темноты «выплыл» эрегированный член Михаила: он белел в темноте, и вместе с поджатой здоровенной мошонкой напоминал пушку на боевом взводе — висящую в воздухе, и поправшую все законы тяготения.
— Вон, иди на нем тренируйся, — невнятно сказала Вероника. Из ее рта показался длинный влажный язык и пополз по стволу, «волоча» за собой алые губы девушки: зрелище отдавало легким сюрреализмом.
— Почему на нем? — Рита бросила смущенный взгляд на подрагивающее орудие в темноте комнаты, и ее щеки стали пунцовыми. — У меня есть кого... Сосать.
— Что же, это я, по-твоему, должна всем отсосать в этой комнате? — член Андрея полностью вынырнул «на свет божий», и на девушек из темноты нацелились два возбужденных «пистолета».
— Ты, Вероника, скажешь то же, — сказал разомлевший Андрей, — с какой стати моя невеста должна сосать моему брату?
— Ты вообще молчи, охальник! Значит, моей сестре можно тебя минетить, а мне твоего брата нет? — вдруг сказала Рита, и повернулась к Михаилу, — а ну-ка, Миша, подгребай сюда! — И наигранно облизнулась.
Никогда еще мужские гениталии не перемещались в пространстве с такой скоростью!
Член Михаила понесся к Рите на бреющем полете, и с разгона воткнулся в рот невесте, который она опрометчиво открыла от удивления. Зрелище было комичным и эротичным одновременно, и, скорее, оно было похоже на порномультик немецкого производства: отдельно взятый толстый член деловито сновал взад и вперед между раздувшихся щек и вытаращенных глаз невесты. С точки зрения приобретения навыков отсоса, происходящее с Ритой было делом бесполезным: Михаил тупо трахал невесту в рот. Девушка вцепилась в невидимые бедра Михаила, стараясь хотя бы не задохнуться при этом.
— Э-э-э... Полегче, там, — волновался Андрей, неутомимо появляясь и исчезая, как в черной дыре во рту Вероники, — братан, заканчивай долбить мою жену... Считай, сосать она уже научилась — верни ее на родину.
— Не переживай, Андрюша, — ласково сказала Вероника и всосала его мошонку целиком, — все равно это останется только между нами, и никто ничего не увидит, и не узнает. Мы отдадим для монтажа только те кадры, которые сами сочтем нужными, — невнятно добавила она.
— Вот и давай уже снимать эти кадры, — нетерпеливо подытожил Андрей, и потянул Риту на себя.
Раздался громкий «чмок», и член Михаила покинул сладкий рот невесты. Андрей бесцеремонно повалил Риту на кровать, и одним рывком стащил с нее трусы. «Очень романтично», скривилась невеста и бегло осмотрела себя: один чулок отстегнулся от пояса, и съехал к туфле — она так и не успела снять обувь. Он широко развел ее ноги в стороны и, не оборачиваясь, сказал: «Все, Ника, работаем». Вместо ответа послышались чавкающие звуки, и Андрей посмотрел в темноту: красный огонек камеры ритмично двигался вместе с алыми губами младшей сестренки, тускло освещая узловатый член Михаила.
— Миша, блядь, хватит уже всех в рот ебать! — Андрей с досады промахнулся, и чуть сходу не лишил анальной девственности невесту, — отпусти оператора! А то это не история любви получается, а «Даз ист фантастиш» какой-то!
— Без вопросов, бро, — буркнул Михаил и развернул Веронику. Огонек ее камеры приблизился к широко раскрытым бедрам Риты, и озорной язычок, вынырнувший из темноты, лизнул член Андрея.
— Не мешай, Вика, — сказал Андрей, — снимай лучше свой крупный план, — и с этими словами он задвинул молодой жене по самые яйца.
Рита охнула и вцепилась в Андрея руками и ногами. Он мощно качал бедрами, стараясь наверстать упущенное время. Рита страстно отдавалась любимому в миссионерской позиции, и Вероника, став на четвереньки, подлезла под Андрея, чтобы в кадр попало их главное место совокупления. Ее попка была высоко поднята вверх, и перед Михаилом открылась пикантное зрелище: в темноте показались раскрытые половые губки и колечко ануса Вероники. Ее костюм тоже был снабжен необходимыми «выходными» отверстиями, через которые анатомические подробности девушки призывно белели в темноте.
Тем временем Андрей с громким хлюпом вышел из супруги, и переместился к ее голове: он решил проверить, наметился ли прогресс в ее обучении ораторскому искусству. Чтобы ее суженый не подумал, что ее оттрахали в рот совершенно напрасно, Рита с усердием начала обрабатывать любимого, с перепугу засосав его член вместе с яйцами.
