— Пойдём ко мне. Немедленно.
Он кивнул, не споря ни слова — и от этого внутри у меня вспыхнуло торжество.
Дома, как только дверь закрылась, я взяла всё в свои руки. Прижала его к стене в коридоре, поцеловала жадно — мои губы на его, мой язык вторгается первым, мои руки на его груди, сжимают рубашку.
— Раздевайся. Медленно. «Я хочу смотреть», —прошептала я, отрываясь и глядя ему прямо в глаза.
Он замер на секунду — в глазах мелькнуло удивление, потом желание. Начал расстёгивать рубашку — пуговица за пуговицей, показывая рельефный торс, мускулы, которые я сразу захотела потрогать... но не позволила себе. Пока.
— Хороший мальчик, — сказала я тихо, и от этих слов он вздрогнул.
Брюки, ремень — всё полетело на пол. Остался в боксерах, где член уже стоял колом, выпирая ткань.
— На колени. Прямо здесь, — приказала я, и голос вышел твёрдым, уверенным.
Он опустился медленно — и в этот момент внутри меня всё взорвалось: страх ушёл окончательно, осталось только чистое, пьянящее чувство власти. Я стояла над ним, задрала подол платья, показывая кружевные чулки и трусики.
— Целуй. Начиная с ног. И не торопись.
Он снял мои туфли осторожно, губы коснулись ступней — нежно, почти благоговейно, потом лодыжки, икры, поднимаясь выше по бёдрам. Его дыхание обжигало кожу, язык оставлял влажные следы. Я запустила пальцы в его волосы, притянула ближе, чувствуя, как тело отвечает — соски затвердели, между ног хлынуло тепло.
— Снимай трусики. Зубами. Только зубами.
Он повиновался — зубы зацепили кружево, стянули вниз медленно. Я села на край дивана в гостиной, раздвинув ноги широко, платье задрано до талии.
— Теперь лижи меня. Медленно. Смотри в глаза. И не смей торопиться.
Его язык коснулся клитора — сначала робко, пробуя, потом увереннее: кружил вокруг, посасывал нежно, проникал внутрь. Я стонала тихо, держа его голову руками, диктуя ритм — то прижимая ближе, то отталкивая.
— Глубже... Да, вот так... Медленнее, я сказала... Не останавливайся, пока не разрешу...
Он был идеален — язык работал точно, руки на моих бёдрах дрожали от желания. Эмоции переполняли: власть пьянила, как вино, тело горело, оргазм нарастал медленно, но неотвратимо. Когда я была на самом краю, оттолкнула его резко.
— Хватит. Встань.
Он поднялся, глаза горели, член пульсировал.
Я разделась сама — медленно, наслаждаясь его взглядом: платье соскользнуло на пол, лифчик следом, грудь обнажилась полностью, соски твёрдые от возбуждения.
— Руки за голову. Не двигайся без моего слова. И не смей трогать себя.
Толкнула его на диван, оседлала сверху. Погладила член рукой — горячий, твёрдый, вены пульсируют под пальцами.
— Не кончай, пока не разрешу. Понял?
— Да... София... пожалуйста... — выдохнул он.
Я опустилась на него медленно — сантиметр за сантиметром, чувствуя, как он растягивает меня, заполняет полностью. Начала двигаться: вверх-вниз, кругами бёдер, сжимая его внутри собой.
— Проси, если хочешь больше.
— Пожалуйста... быстрее... София...
— Нет. Ещё нет. Терпи.
Я ускорялась постепенно — тело брало своё, стоны заполнили комнату. Оргазм накрыл меня первым — мощный, раздирающий, я закричала, впиваясь ногтями в его грудь, тело сжалось вокруг него в спазмах, волны прокатились одна за другой.
— Теперь кончай. В меня, — разрешила я.
Он взорвался мгновенно — горячо, сильно, рыча от удовольствия, заполняя меня.
Мы лежали потом, тяжело дыша, он обнимал меня осторожно, но я знала твёрдо: это только начало. Та искра в темноте разгорелась в настоящее пламя. Я нашла себя — настоящую, сильную, доминирующую. И теперь я никогда не отпущу эту власть.
