– Шире, сказал!
Она раздвинула ноги. Он провёл пальцами по её промежности – сухо, оценивающе. Пальцы были холодными от бокала.
– Сухая, – констатировал он. – Фригидная, что ли?
Он расстегнул брюки, достал член – уже стоящий, толстый, с тяжёлой головкой. Приставил к входу и вошёл – резко, одним толчком, без подготовки. Лиза жалобно закричала от боли – она была сухой, тесной, давно не ёбаной. Он не ждал: сразу начал трахать – сильно, глубоко, держа её за бёдра, пальцы впивались в кожу. Каждый толчок отдавался в животе, член растягивал, терзал. Она вцепилась в край стола, чтобы не упасть, слёзы потекли по щекам.
Он трахал её стоя – грубо, ритмично, без слов. Рука схватили за соски и стали терзать их. Лиза стонала от боли, тело её не отвечало – только сухость и жжение. Он ускорился, вошёл особенно глубоко и... вдруг вынул. Схватил её за волосы, рванул назад, развернул лицом к себе.
– На стол, – приказал он хрипло.
Лиза не успела – он сам поднял её, как куклу, швырнул спиной на холодный стол, задрал ноги, прижал затылок ладонью к поверхности, раздвинул ноги шире, вошёл снова – в киску, до упора, растягивая до спазма. Трахал жёстко, бёдра его шлёпали по её ягодицам, член вонзался глубоко. Лиза стонала, тело её скользило по столу от толчков. Он наклонился ближе, одна рука отпустила грудь и скользнула к её рту. Два пальца – указательный и средний – грубо вошли в рот, давя на язык, швыряясь там, как членом. Он трахал рот пальцами – глубоко, до горла. Лиза захлёбывалась слюной, давилась, кашляла, но он не отпускал – пальцы входили и выходили, размазывали слюну по губам, по щекам. «Соси, рыжая сука», – прохрипел он, ускоряя толчки в киску.
Тело её дрожало от боли и унижения. Он трахал её на столе – член в киске, пальцы в рту, швыряясь ими грубо, до рвотного рефлекса. Наконец ускорился – толчки стали короткими, жёсткими, он вошёл до упора и кончил – густо, горячо, заполняя её спермой. Пальцы вынул из рта, размазал слюну по её лицу.
Он вышел, поправил брюки, взял бокал, сделал глоток.
– Фригидная какая-то ты, рыжуха, – сказал раздражённо, вытирая член о её платье. – Даже не намокла толком. Мебель, а не баба.
Он ушёл, не оглядываясь. Лиза осталась лежать на столе – платье задрано, трусы на коленях, сперма течёт по бёдрам и капает на пол, слюна на лице. Она рыдала и смотрела в пустоту. Таким был первый её мужчина.
С тех пор он смотрел на неё как на мебель. А она – на него с тихой, глубокой ненавистью. Ненавистью, которая породила жалость ко всем его жертвам, игрушкам Анны Григорьевны, которых он неизменно насиловал здесь же, на кухне…
Лиза пришла к себе в комнату. Закрыла дверь, прислонилась к ней спиной. Трусы были мокрыми насквозь. Она стянула их, села на край кровати, раздвинула ноги. Пальцы скользнули по губам – клитор был набухшим, чувствительным. Она начала тереть – круговыми движениями, быстро, представляя грубые руки, тяжёлое тело сверху. Внутри всё сжималось, жар нарастал, она зажмурилась, стонала тихо...
Но ничего не получалось.
Она ударила себя по бедру – сильно, до боли. Слёзы потекли. Голод не ушёл. Он только стал острее.
И вдруг она остановилась. Рука замерла.
– Дура... – прошептала она себе. – Тут же есть мужики!
Она встала, надела трусы обратно – мокрые, липкие. Вышла на кухню, сделала бутерброды, чай, кофе и пошла в «штаб». Там был только Виктор и Артём. Игорь, - Лиза знала, - находился в спальне, видимо спал, а Семён ушёл в тренажёрный зал. Такой тоже был в этом доме, и пожилая Анна Григорьевна им регулярно пользовалась. Да и Константин Павлович, когда наезжал к мамаше, качался там – вот почему здесь была штанга.
- Ребята, я вам перекусить принесла, - сказала Лиза.
Виктор сказал «угу», не отрываясь от монитора. Артём посмотрел на неё и кивнул. Его твёрдые скулы не шевельнулись, но в глазах мелькнуло что-то человеческое. Лиза поставила поднос на стол и наклонилась, якобы поправляя туфлю – платье задралось, обнажив бёдра, трусы и край ягодиц. Артём вскинул брови.
Лиза прошла дальше, но через минуту вернулась. Остановилась в дверях, поманила Артёма пальцем – медленно, явно.
Он поколебался. Посмотрел на Виктора – тот сидел спиной, глядя в мониторы. Артём встал, вышел в коридор. Лиза взяла его за руку – ладонь была огромной, горячей – и повела в столовую, тёмную, с длинным столом.
Там она уселась на стол, подняла ноги и раздвинула их. Трусов не было – она сняла их перед тем, как вернуться в «штаб». Её киска была вся сырая, и Артём это увидел.
– Выеби меня, парень, – прошептала она. – Не говори ничего. Я не могу терпеть.
