Неоцененные вами: Порно рассказы

«Слизнув розовым язычком сперму со своих пухлых губок, она улыбнулась... и медленно поднялась с колен, давая мне изучить ее грудь... я слегка дернул ее за сосок....покрутил между пальцев.... Сууука.... Шлюха....... (член опять встал...) Ты нарочно дразнишь меня.....»

«Не знаю как получилось, но у нас с Ольгой быстро очень быстро закрутился роман. Я часто ловила себя на мысли что мне с ней приятно. А в последний день когда ей надо было уезжать, я взяла её за руку и тихо прошептала ''Оль, я люблю тебя!''. Она вдруг выдернула руку развернулась и ушла.»

«Как же ему хотелось подойти к ней и заговорить. А если все сложится удачно, то, может, и признаться в любви. И в самом деле, почему бы и нет? Как иначе назвать то, что он к ней испытывает? Какая же она милая, какие у нее чудесные глаза... Он ходил взад и вперед, останавливаясь лишь на мгновение, чтобы получше разглядеть девушку. И только когда охранник, встревоженный его странным поведением, подошел и сделал ему замечание, он ушел. Вынужден был уйти, чтобы не привлекать внимания. Он нехотя брел к выходу, все еще наблюдая за девушкой. Как ему не хотелось уходить. Он бы с огромным удовольствием постоял здесь час или два. А, может, и целый день, до самого утра. Если бы не этот проклятый охранник, который буквально выставлял его вон. Но ничего, завтра он придет сюда снова, и уже не упустит своего шанса. Он непременно должен познакомиться с прекрасной незнакомкой. Кто знает, возможно, от этого зависит вся его жизнь.»

«Стихи я пишу, примостившись на стуле.»

«ничто не может продолжаться бесконечно и я не в силах больше сдерживаться и ........самые сильные толчки.......сильная струя бьёт в внутрь тебя.........я не могу остановиться и продолжаю в тебя входить с неимоверной силой.....ещё струя .....и ещё ...похоже это не закончится......»

«Через два дня решил повторить. Пришел, достал, сначала подрочил от осознания того, что щас сделаю. Обсикал все. И уже собирался уходить, но захотелось покакать именно там. Я приподнял покрывала в уголке, взял палку и начал рыть ямку. Снял штаны, трусы, присел, и начал какать. Подтерся я одной из накидок, что отодвинул, и замаскировал следы.»

«Вскоре я лежала обессилевшая и отходила от всего пережитого, но опомниться мне не дали. Один из мужчин повалил даму прямо на меня так, что она упала своей тяжелой грудью на мою и принялся трахать ее прям на мне. Я поняла что ее трахают в попку, так как ее пизда свободно терлась о мою, вызывая во мне новые волны возбуждения. Я стонала от удовольствия и во время очередного моего стона мне в рот засунули незнакомый член. Он был больше, чем у Антона и неприятно растягивал мне рот. Вскоре я поняла, что это член тихого парня. А он не мешкая жестко орудовал им то в моем рту, то в горле женщины, которую на мне трахал второй мужик в то время, как Антон всё это фотографировал.»

«Хотя, скорее всего, во мне ещё не вспыхнула та искра, ради которой все мы живём, искра, которая заставит трепетать моё сердце не от боли, разочарований и пустоты, а от ощущения радости, счастья и понимания того, что твоё тело и душа слились с подобными тебе и не мыслят существования друг без друга. Возможно, именно тогда, "любовь" для меня станет чем-то иным. Возможно тогда, играя в ассоциации, я смело заявлю, что любовь - это праздник, карнавал, что любовь похожа на мелодичную песню, на трель соловья. Океан, бездна, пламя, рассвет, весна ................И ещё много-много жаркого, огненного и прекрасного я скажу о столь обычном и до сих пор необъяснимом чувстве под названием любовь.»

«Но уснуть мне не удаётся. Так как я ещё не кончил и внизу у меня всё ноет. Я мучаюсь минут 10, после чего я её говорю о том, что если я не кончу, то назавтра мне обеспечены "blue balls". Она опять садится на меня сверху. Теперь, когда наши горячие тела органы соприкасаются, ощущения абсолютно другие, но не менее приятные. Я бы сказал, так даже более приятно. Я вхожу в неё. Теперь она старается применить всё своё умение, чтобы заставить меня кончить. Но я так просто не сдаюсь. Я стараюсь поменять позу, она совсем измучалась и устала. Я сверху, сбоку, опять сверху, беру темп.»

«Бешено заколотилось сердце, когда она почувствовала уже знакомый запах. Значит, предчувствия ее не обманули и эта встреча - не случайность. Что-то надо делать! Время шло, а ничего не приходило в голову. Развернуться и спросить про билет или про остановку! Да, глупее идею только поискать. Время шло, нет, оно просто утекало, как песок сквозь пальцы. Надо что-то делать! Второй шанс выпадает не каждому!»

«Реально не представляю, что буду делать без тебя... Ты ведь знаешь!.. Когда сердце в комок сжимается, и воздуха не хватает, и слезы ручьем текут... Знаешь... Мне все напоминает о тебе... Блин... Как, скажи, мы сможем забыть о том, что было между нами???? Как??? Не страница ведь, просто так не вырвешь из жизни!!!! А как, не понимаю, мы сможем быть друзьями, любя при этом друг друга???? Представь только... видеть и знать, что я уже не частичка тебя, мы не одно целое и вместе мы теперь никогда не будем... А потом винить себя за то, что дала тебе уйти... И жить дальше в гордом одиночестве, потому что никто кроме тебя не нужен... Ждать "а вдруг ты передумаешь?"... Помнишь слова из песни какой-то, типа "Если он уйдет - это навсегда, так что просто не дай ему уйти"»

«Рев трибун совпал с нашим всеобщим оргазмом. Я могла совершенно не сдерживаться и вовсю накричаться от нахлынувшего счастья плоти. Мой милый тоже стонал мне на ухо. По-моему, все удачно завершилось и у соседа.»

«Повернувшись к нему лицом я осторожно коснулась его члена и он запульсировал в руке, как сердце бьющееся в груди... желание прикоснуться к нему губами было сильнее меня и я осыпала его поцелуями... водоворот наслаждения затягивал все глубже и глубже, захотелось познать его... и мы соединились, слились в одно целое ..песня любви звучала у нас в голове хотелось чтобы это продолжалось вечность.......................................»

«Ладони мои тянутся к твоим грудям, охватывают их снизу, как бы поддерживая. Они, вообще-то, не нуждаются в поддержке, и без того задорно вздымают розовые носики сосков, но так приятно ощущать их в ладонях - тяжёлые, тёплые, мягко-упругие... Я охватываю их плотнее, чуть приподнимаю, большими пальцами глажу от ложбинки к соскам, осторожно сдавливаю. Твоё дыхание прерывается, я чувствую как в глубине, под мягким, женским, на-прягаются мышцы. Ты мотаешь головой, раскрываешь рот и с низким грудным не то стоном, не то криком устремляешься вперёд, раздвигая в стороны мои руки. Я откидываюсь назад, не могу удержать равновесия и перекатываюсь дальше, на спину, а ты падаешь на меня. Я громко, как-то восторженно выдыхаю, чувствуя тебя всю, целиком в моих руках. Ты полно-стью опускаешься, распластываешься на мне, твои груди так мягко и так сладко прижимают-ся к моему лицу, что я просто тону в них, я не понимаю, как мы лежим, где чьи руки и ноги, у меня голова кружится в самом прямом смысле - вот уж чего никогда не было. Прямо возле уха я слышу твоё сердце, слышу дыхание не снаружи, а внутри тебя, чувствую тепло и что-то ещё, помимо тепла. Твой правый сосок оказывается возле моих губ, и я целую его, обни-мая языком, ощупывая малейшие неровности. Ты снова стонешь, тем же глубоким голосом, от которого где-то в груди возникает горячая волна и хочется с каким-то диким боевым кли-чем схватить тебя и брать, брать раз за разом, незатейливо и яро. Но твоя талия, такая тонкая после груди, ямочка над приспустившейся резинкой трусиков, твоя грудь под моими губами - требуют совсем иного обращения, и ярость каким-то странным образом превращается в нежность, такую же выплёскивающую через край, без рассудка и границ, и я целую тебя в грудь и шею, глажу руками, прижимаю к себе ещё плотнее, чем прижимает тяжесть твоего тела, оказавшаяся неожиданно лёгкой...»

«Во второй раз дядя подвесил клизму значительно выше, cказав, что меня надо промыть поглубже, чтобы размыть и убрать какашки мощным потоком воды. И действительно, я почувствовал, как сильная струя воды буквально врывается в мои внутренности. Никогда раньше я не испытывал столь сильного позыва немедленно покакать. Я стал ерзать и корчиться на полу, дергая ногами, и хотел взмолиться, чтобы он немедленно остановил клизму и отпустил меня. Но было уже поздно жаловаться и просить: клизма вливалась настолько быстро, что, прежде чем я решил запротестовать, преодолев свой стыд и страх показаться недостаточно мужественным, все 2 литра воды были уже в моей попке - не прошло и трех минут с начала вливания клизмы. Мне казалось, что меня вот-вот разорвет на части. И, как только дядя вытащил наконечник из моей попки, я потерял над собой контроль и громко обкакался. Это было, наверное, похоже на Ниагарский водопад или извержение вулкана :-) А дядя массировал мне живот, и делал вид, что все совершенно нормально и какать под себя после клизмы - обычное дело для большого пятнадцатилетнего мальчика.»

«Ожиданием длинного звонка.. телефонного...такого срывающегося....как истерический крик.......и я всегда бегу.....бегу-бегу -бегу на этот телефонный вопль, как ошалелая...потому что знаю...знаю, что это ты...что может быть, я тебе нужна именно сейчас.....срываюсь с постели к белому аппарату, за которым твой голос.........такой знакомый, роднее родных ......только ты звонишь мне около 12 ночи такими длинно-междугородними криками.......потому что срываешься так же...без меня. Ты хочешь услышать голос. Мой.»

«Это было позавчера и сегодня вечером уже исполняется ровно двое суток с последнего опорожнения Мариночки "по большому". В течение дня я несколько раз сажал ее на горшок и велел тужится, но желаемого результата так и не добился. Теперь ей уже надо-бы ложится спать, а стула все нет и нет. "Вот видишь, Марина, я же говорил тебе - не ешь так много конфет, запорится животик, а ты меня не слушала! Что теперь будем делать?", я спросил ее. "Я покакаю завтра утром!", сказала девочка. "Нет, Марина, я не собираюсь ждать до утра! Ты не какаешь уже двое суток, поэтому придется тебе ставить клизму!" "Ой, дядя, не надо!", захныкала Марина, "я сама покакаю, я не хочу клизмы!" "Хочешь, не хочешь, а надо!", я ответил, "если тут было-бы твоя мама, она тоже делала-бы тебе сегодня вечером клизму." Девочка на это ничего не ответила, лишь тяжело вздохнула и продолжало тужится, сидя на горшке. Я пошел на кухню, выбрал из шкафчика предусмотрительно там оставленный сестрой клизменный балончик, помыл его с наружи водой из под крана, затем взял металлическую кружку (как сказала сестра, ее объем как-раз соответствует одному балончику клизмы), налил туда прохладную воду, затем добавил в нее чайную ложку соли и столовую ложку растительного масла. Все тчательно размешал, затем стиснул "грушу" и погрузил ее "носиком" в кружку. Балончик медленно наполнился водой и, действительно, высосал кружку до последней капли. Что-бы выпустить из клизмы воздух, я слегка надовил на "грушу" и, как только из ее "носика" появилась струйка воды, снова отпустил. После этого я тчательно смазал наконечник клизмы маслом и наконец отправился к моей бедной племяннице. Девочка предстовляла собой довольно жалкий вид - платице ее было задрано вверх, колготки и трусики спущены до колен, попочка казалось прилипши к зеленому горшочку, а по красным щечкам одна за другой капали слезы. "Успокойся, Мариночка, не плачь!", я ей сказал, "все будет в порядке, сейчас сделаю тебе клизмочку и покакаешь! Ты ведь уже большая девочка, к тому-же мамочка тебя ло сих пор клизмовала уже неоднократно, не так ли?"»

«***»

«Короче, король был еще тот чудак и затейник! И замок его был весь отделан золотом! А вокруг замка - лесопарк, где романтический хозяин любил верхом погулять, а иногда и охоту устраивал. Так вот, после экскурсии по замку, мы вышли в парк. Стояло необыкновенно жаркое лето, на мне был яркий сарафанчик с красными розами.. Да и соскучились мы с любимым друг по другу, видно сильно... Солнышко, лето и близость желанного человека сделали свое дело. Мы начали целоваться. Взасос. Прямо на центральной аллее королевского парка. И вдруг мы оба понимаем, что терпеть больше не можем! Я позволяю себя увлечь в густые заросли, обрамляющие аллею. Нас обоих била дрожь желания... Любимый одним рывком сдернул с себя рубашку, сам сел на нее, прислонившись спиной к дереву. Еще один рывок - и мои трусики уже отлетели в сторону. Через долю секунды я уже сидела на любимом.»

«Однажды ты у меня спросишь, »

«Сегодня я не вижу»

«- Ты, Пизда, вон же она! Открытка с Восьмым Мартом!»

«Его рука поползёт к её трусикам, - она дотронулась до них... они были влажными от её "нетерпения" встречи с ним. - Он снимет их, погладит её лобок, а затем пальцами поласкает её щёлку... - Она застонала даже от этой мысли. - Затем он задерёт её ногу и войдёт в неё, погрузив свой член в её промежность, затем выйдет и опять войдёт, выйдет, войдёт, выйдет, войдёт... Он будет увеличивать темп, а Она будет испытывать оргазм за оргазмом и стонать от удовольствия всё больше и больше... Потом он, перед тем как кончит, быстро выйдет из неё, грубо нагнёт её голову, сунет в рот свой член и ей в рот брызнет струя спермы..."»

«Я потерял очарование и интимность той мысли. Вот и всё наступает новая весна. Я один и так будет навсегда. Я только одной ей могу доверить свою душу. Больше нет других она только одна и она всегда была и будет, навсегда во мне и ничто этого не изменит. То чувство, которое возникло во мне той весной 2004 года, никогда больше не изменится. Я не хочу больше ничего в области сердца, только она смогла пробудить во мне то сладкое и светлое, что сейчас погасает во мне. Я хочу его поддержать но оно угасает с каждой минутой, которая превращается в вечность.. Без тебя нет меня. Нет того что было, а то что будет не то.»

«Всей ладонью, он захватил мое самое сокровенное и опять сжал изо всей силы. Он тянул половые губы изо всех сил. Тут не то что волна... Это было цунами между ног. Особенно когда он схватил за клитор и стал выворачивать его, тянуть к тебе, резко сжимать.»

«Это не написанная, не придуманная история... Это просто обычная history из ICQ... Прочитайте... и попробуйте представить себе то, что пережил (пусть и виртуально) автор. Творческих (ну и не только творческих ;) успехов...»

«Почему сели не в каком-нибудь укромном месте, а здесь посреди зала? Ты выбирала. Мы под всеми этими похотливыми взглядами, точнее ты. Я чувствую себя голым, но тебе наверно нравится это ощущение. Ты в центре внимания. Куда они смотрят на твои ноги в чулках. Ты сидишь так, что видны их кружева. Черт, что мне начать ревновать? Или нет, я лучше заглушу этот глупый приступ. Ведь они мне завидуют. Ведь это я могу раздвинуть эти ноги затянутые в сетчатое кружево, а не они. Ведь это мне отданы эти шейка и спинка для моих укусов и поцелуев, а не им. Ведь это я как хозяин ложусь между твоими бедрами, а не они. И это мне ты отдаешь свой стон и дыхание, когда я вхожу в тебя. И это меня ты сжимаешь там у себя внутри. И только поэтому, на глазах у всех я уведу тебя отсюда. Почему ты торопишься или это я? Что мы ищем? Улицы пусты. Нам надо найти проулок, подворотню, тупик. Все равно что? Вот поворот. Здесь темно. Здесь тихо. Твои губы ждали меня. Эта стена холодна, грязна и груба для твоей нежной спины, но я прижимаю тебя к ней, задирая платье, раздвигая коленом твои ноги.»

«-Поздно, - и намазав наконечник грушки вазелином, с трудом вводила в попку сестренки. Она закричала, задергалась, но я уже изо всех сил вводила водичку в кишечник девочки, представляя с каким трудом, я сделаю ей еще 2 клизмы.»

«- Ты, Пизда, вон же она! Открытка с Восьмым Мартом!»

«Мама выбрала наполненный балончик из кружки и намазала его наконечник вазелином. Затем она засунула клизму в карман своего халата, подошла к дочке, взяла её на руки и уложила на диван. "Поворачивайся на бочок, Кристиночка!", она приказала, но девочка не стала её слушатся. "Не хочу клизму! Не надо!", она заревела и пыталась вырватся из рук матери. "Если будешь сопротивлятся, будет больно! Слушайся по-хорошему, Кристиночка!", мама продолжала её уговаривать, но тщетно. Тогда она левой рукой схватила дочь за щиколотки, согнула её ноги в коленах и прижала их к животику. Правой рукой она сначала сняла с дочери трусики, болтающееся у пяток девочки, затем выбрала из кармана клизму и начала засовывать её наконечник в анальное отверствие Кристины. Это было очень трудно сделать, ибо девочка всё время крутила попочку на право, на лево, таким образом меняя расположение заднего прохода. "Я всё равно тебя проклизмую, Кристина! Твоё сопротивление бесполезно!", сердито крикнула мать и слегка надавило коленом своей левой ноги на грудь дочери. Девочка на мгновение успокоилась и этих нескольних секунд для матери было достаточно, чтобы наконечник клизмы оказалсябы внутри ануса Кристины. Девочке было очень неприятно ощущать инородный предмет в прямой кишке, она закричала: "Мам, прекрати, мне больно!". "Я же говорила тебе - не сопротивляйся, а ты не слушалась. Вот потому и больно!", ответила мать и сжала балончик. Вода булькая вошла в кишечник бедной Кристины. Девочка вдруг почувствовала острое распирание в животе и сильные позывы на низ, ибо грушу была довольно внушительных размеров - вмещала в себе 250 мл жидкости, что для 4-летнего ребёнка было даже более чем достаточно. "Ой, мам, мне какать хочется!", она жалобно завыла. "Похвально!", сказала мать и выбрала наконечник из отверствия девочки, не отпуская сжатый клизменный балон. Затем она средним и указательным пальцами зажала анус дочери. "Полежи, Кристиночка, спокойно, ещё пару минуток, а затем пойдешь на горшочек и прокакаешся!", мама сказала девочке. "Я уже сейчас хочу какать!", возразила Кристина. "Нет, сейчас ты какать не пойдешь!". "Почему?" "Потому, что надо подождать, пока водичка размоет твои кишечки. Иначе ты всё не выкакаешь и клизму придется делать повторно. Ты же не хочешь этого?". "Нет, не хочу!!!". "Ну тогда посторайся немного потерпеть!".»