Неоцененные вами: Порно рассказы

«Мы чекаемся, неспеша пьем вино. Красное, полусладкое, оно прохладной волной протекает по пищеводу, проникает в желудок, обволакивая его теплом. Я смотрю, как Оля пьет вино, держа фужер за длинную стеклянную ножку. Ее вишневые губы эротично обхватывают край фужера, возбуждающе блестят, смоченные в красном вине. Двумя пальцами она берет из коробки конфету, откусывает ее белыми зубами, жмурясь от удовольствия. Я разливаю оставшееся вино по опустевшим фужерам.»

«Наблюдая за нами и фотографируя, Елена, широко раздвинув ножки, ласкала свою киску рукояткой хлыста. Она теребила им клитор и хорошо смазав слюной, ввела в свою письку, принявшись трахать себя им. Она трахала себя глубоко, иногда закатывая от наслаждения глаза.»

«После первого порыва страсти мы, наспех приведя себя в порядок, не спеша добираемся до его квартиры. И там все начинается заново. Он любит меня долго и страстно - и качается вся комната, весь дом, весь мир:»

«Оставив одну руку уделять внимание твоей груди и соскам, другой рукой я нашел клитор, и каждый раз, когда ты насаживалась на меня до конца, я задевал твой клитор, пока он полностью не отвердел. Оставив меня полностью погруженного в твой горячий зад, ты перешла к движениям бедрами сидя на моем члене, позволив мне засунуть два пальца глубоко в твою киску, доставая G-точку и натирая твой клитор фалангами.»

«Всё, Алёны больше нет. Она исчезла. То ли местожительство поменяла, то ли секс ей уже не нужен. Но лучшего анального секса я всё же поиметь больше не могу.»

«Проверив её писечку подробнее я убедился, без вариантов. Там даже мизинец не проходит. А у меня член хоть и не слишком большой 16-19 см. в зависимости от возбуждения, но головка довольно крупная.»

«Я осторожно прикоснулась руками к худощавой попе Марины и коротко чмокнула ее туда. Раздался грохот аплодисментов и улюлюканий. Я была готова умереть в этот момент от груза стыда и позора навалившегося на меня.»

«Ирка подскочила к Линеной киске напоминавшей сейчас скорее входное отверстие пули огромного калибра. Схватив из сумочки на полу пластмассовый флакон, сорвала с него колпачок и тонкой струйкой, прозрачной как вода жидкости, стала омывать эту рану. То чем Ира обрабатывала Лину, было мне знакомо. Препарат на пару порядков круче йода, с длинным незапоминающимся названием гидро: , но не пекучий. Крови на удивление было немного. Только крупные кровавые сгустки вокруг головки.»

«Она рванулась, и правая бретелька кофточки порвалась. Одна грудь выпала наружу. Светка в страхе поползла к лестнице, коленям было очень больно от холодного твёрдого пола. Пёс рванул её за край юбки так, что Светка чуть не разломилась пополам. Она почувствовала, что описалась. Горячая жидкость заструилась по ногам, под ней образовалась лужа:»

«Вернулся Андрей и стал задавать вопросы. У меня уже дрожал голос от всего происходящего, между ног гулял ветер, который устроили подружки открыв окно. А тем временем Андрей плавно подвел разговор к тому, что если долить в пробирку еще чего-то, то если все сделано правильно, жидкость обесцветится. Когда мы это сделали, ничего не произошло. Андрей тут же уличил меня в подтасовке результатов! Я стояла вся красная от стыда, а мои соски предательски торчали под халатом.»

«Правой рукой подрачивая член Миши, левой я взял член Леши и направил его себе в рот. Было неописуемо приятно ощущать его напрягающийся член у себя во рту. Оказывается это так возбуждает, когда тебя хотят, и я старался оправдать ожидания моих мужчин. И тут я почувствовал, как чей-то язычок ласкает мой анус, и сильные мужские руки раздвигают мои ягодицы. Язычок был такой умелый, то лизал, то кружил вокруг, то заострялся и проникал внутрь. Это было так хорошо - меня ласкали во всех местах: Миша и Сергей ласкали мою грудь, пощипывали соски, Алексей гладил мое лицо и губы, которые охватывали его член, Саша очень осторожно поглаживал мой член и яички (я предупредил, что, если кончу, то уже ничего не захочу, поэтому член ласкать нужно было с умеренностью) , а Макс в это время ласкал мою попку. Я начал ощущать себя желанной женщиной и стал призывно двигать тазом, совершая призывные подмахивающие движения. Но ребята не торопились.»

«"Я без спросу залез к тебе в трусики, я нарушил твой приказ не делать этого. А потом, когда ты позволила мне поиграть с тобой, я плохо слушался тебя и... Не так лизал, как нужно. Но я старался!"»

«Пока Алёнка ходила на детский горшок, это было легко делать, хуже стало, когда девочка перешла на большой унитаз и сама подтирала себе попу. Тогда была договоренность Алёнке перед сном зайти в комнату брата, приспустить трусики, нагнуться вперёд и дать возможность брату засунуть свой указательный палец ей в сраку, чтобы тот убедился бы, что у девочки нет запора. Аленке взрослея, ей эта процедура становилась всё неприятнее, но родители настаивали на её применении, ибо не разу и месяца не проходило, чтобы не приходилось бы девочке делать клизму или хотя бы ввести слабительную свечку. При постановке клизмы Аленка тоже часто сопротивлялась. Зря Андрей пытался её уговорить: "Сестра, ну дай тебе сделать клизму по-хорошему, всё равно мы тебя насильно проклизмуем, только самой ведь больнее и неприятнее будет!". Однако девочка не слушалась, и ничего другого не оставалось, как клизмовать её принудительно - обычно папа или мама держал Аленку, а Андрей ставил ей клизму. Поэтому на сей раз парень был так удивлён, когда услышал от девочки просьбу помочь ей покакать - каким образом эта помощь будет оказываться, она ведь прекрасно знала.»

«Когда я первый раз посетила его в своем подвале он еще тогда маленьким язычком достал все к чему прикоснулись мои сапоги. Я хотела его продать в Азию уже намечалась покупка но он меня молил так что плакали стены, но не я, проживая в подвале некоторое время из него и было сделано то что ты видишь. Последний раз его достоинство перло из него в тот вечер когда ты освободилась от него а я его приобрела. Когда я везла его в рабство этот тупой выродок и тогда посмел отпускать в мой адрес сальные шуточки. Но когда проведя 4 дня с моими охранниками здесь в подвале я подошла к нему он как скороговорку причитал возле моих ног на полу свои извинения облизывая мне сапоги и прося взять его в полное рабство лишь бы не оказаться наедине с теми кто по своей природной силе и грубости превосходят нас женщин.»

«Я имела себя и представляла как меня трахает чей-то огромнейший член. Рвет меня. Насилует как самую похотливую сучку. Я текла, облизывала свои соки с рук с снова ебала себя. Дрочила как дешевая сучка которой нужно лишь одно. Большой член в пизде. Мое тело ныло, но одновременно хотело еще и еще. Я не могла остановить это. Я каждым дюймом тела чувствовала свои оргазмы. Я плыла в пучине страстей и наслаждения. Я кончала...»

«Меня стало переполнять чувство злости, я был готов уже ударить ее по наглой милой мордашке, но именно тут я почувствовал движение в своем канальце. Я взял ее свободной рукой за волосы и стал придвигать к своему члену. Первый выстрел, резкий плевок, попал Женке между глазом и переносицей, она зажмурилась и подалась назад, далее на нее хлынул поток моей мочи. Я вновь придвинул ее голову ближе к себе, и немного запрокинул назад, глаза ее были закрыты, я поливал ей лоб глаза, дошел до ее пухлых губок и попытался усилить струю, она только плотнее их сжала. Мне начинала нравиться эта игра. Остаток я вылил ей на ушко и волосы, придвинул опять к себе ее мордашку и стряхнул последние капельки на Женькин носик. Она открыла глаза:»

«Я сделал несколько резких толчков беря то влево, то вправо, чтобы лучше расширить Маришкин анус. Все было готово и я резко вытащив член, уступил место Женьки. С первого раза не вышло и мы повторили процедуру заново... Струя ливанула Маринке на ягодицу потом на другую и наконец попала в нужную точку, картинка получилась замечательной, брызги полетели во все стороны, на Маринкину спину, на пол на стол, мне на лицо и на объектив камеры. Снимать пришлось из-за неудобства Женькиной позы, из под ее ног, так что объектив упирался между ее дырочками. Маринкина задница сжималась, выталкивала и частично засасывала Женькины струйки. Колечко ануса сжалось быстрее, чем Женька закончила писать. Повернув голову Марина наблюдала за всем происходящим, я снял ее лицо крупным планом и выключил камеру, на сегодняшний день материала было отснято достаточно, я протёр камеру салфетками и отнес в комнату. Женька убралась на кухне и повела Марину в душ. Они вышли обе распаренными, румяными как после бани, Марина была обернута полотенцем, у Жени полотенце было только на голове»

«Таня задвигала задам, подстраиваясь под новый такт. Стоило ему вытянуться вперёд, сразу же насаживала себя до конца, головка практически доставала до матки, терзая нарастающей похотью и выделяя новый любовный сок. Таня вырвалась из капкана, прогибаясь на диване, как кошка по-утру. Андрей, как заведённый солдатик, подскочил обхватывая упругий зад и заходя сзади.»

«В моей руке появляются три зажженные свечки, зажатые между пальцами. Они склоняются над сучкиным телом, и первые капли, оторвавшись, медленно капают вниз - кап-кап-кап - "Ай!". И снова кап-кап-кап. По животу, бокам, спускаемся к ляжкам - их внутренним чувствительным сторона - кап-кап-кап. "Ай-ай-ай!". Теперь самый кайф: кап - и горячий воск падает на грудь, кап - еще раз, кап - и точно на сосок. Кто сказал, что у Сучки нет сил? Куда побежали шаловливые ручки? Прикрывать грудь? А ну, быстро за голову, как положено!»

«Автор: Катерина Фон Рейтенвальд »

«Насильников было четверо. Они сорвали с дамы всю одежду и, когда она была полностью обнажена, принялись за дело. Когда измочаленная женщина была оставлена лежащей на кровати в одиночестве, Профессор вдруг заметил на ее спине следы былой татуировки.»

«Немного подумав, я понял, что на Земле я был бы (была бы) честной замужней женщиной, значит, все верно, на Марсе я честный заженный (в смысле, за женой) мужчина. Заботливая Акив, чтобы восстановить меня после рождения дочери, положила в клинику для омоложения кожи, при этом мне тайно вновь восстановили плеву. В назначенный день и час мы приехали в гости к уважаемым людям. Хозяйка выбрала из всех приехавших мужчин меня. Она поставила меня рачком (по-моему, у всех марсианок бзик какой-то - ставить своих мужчин раком!) в центр стола, накрытого толстым ковром, прилюдно мяла мои икьсис и водила ладонью между моих ног, по лобку и половым губам, поверх трусов. Как обычно, такие вещи транслировались на настенные и потолочные ЖК - панели. То есть, скосив глаза, я видел на панели свою крепкую попу в кружевных белых трусах, и чужую руку, которая, поглаживая мои половые губы сквозь ткань, заставляла их набухать и подтекать (Тек я всегда неприлично обильно!) . Ткань трусов в месте промокания, естественно, была темнее, чем сухая. Марсианские идиотки! Ни ума, ни фантазии, подумал я, на свадьбе заставляли промокать белые трусики, и теперь повторяют тот же прием. Только на свадьбе панталончики равномерно промокали, а через кружевные трусы капало, как из плохо закрытого водопроводного крана. Собравшиеся дамы шептали: "Какой у него изгиб талии! Просто прелесть, так бы взять за талию, привлечь к себе и... " " А как быстро промок! Как легко возбуждается, надо пригласить его в гости. Хочу такого". Или я видел свою красивую грудь, набухший сосок которой выпирал сквозь прозрачную ткань блузки и бюстгальтера. Соском играла Хозяйка, поводя по нему пальцами. Или на экране был виден крупно мой рот, а хозяйские пальцы проникали в него и начинали возвратно-поступательное движение. Все это время я стоял перед собравшимися раком на столе, и, как последняя падла, поводил задом, потому что приятно было, несмотря ни на что. Гости начали выражать нетерпение, подсказывая хозяйке:»

«- Вафлю к чаю хочу, - сказала развратная тетушка, подошла к Максу, расстегнула его джинсы, приспустила их вместе с трусами, взяла в руки восставший член и, опустившись на колени, приняла его в ротик.»

«Из киски начинает течь взбитая горячая сперма, она капает с клитора. Подо мной лужица смазки и спермы. Его узел наполняет меня. Он распирает меня изнутри. Падаю на ковёр и руками сжимаю грудки. Ласкаю себя. Извиваюсь под ним, прошу наполнить меня без остатка. Мои соски в руках как две точки, через которые меня пронзает насквозь оргазмическое удовольствие. Я протягиваю руку под моим упругим животиком и раздвигаю пальцами как можно шире натруженные и набухшие губки, давая кобелю максимально плотнее встать со мной в замок. Выдаиваю всё до капельки.»

«Заполнив все, я не в силах был удержать и вот ее сок потек по моему подбородку вниз. При этом я не забывал ласкать язычком влагалище и клитор. Солнце писала долго и чувствовалось, что ей это нравится.»

«Я была в беленьком сарафанчике с лямочками, весьма коротеньком... и под сарафанчиком - ничего... сосочки "предательски" выпирали через ткань... водитель все косил на мои колени и бедра, подол сарафанчика слишком уж задрался, а оправить я не спешила... а потм, глянув в зеркало в салон на дрмлющего мужа, положил ладонь с рычага передач мне на колено... я не стала возмущаться и прикрыла глаза... и почувствовала, как ладонь ползет выше... жесткая... сильная... горячая... пожимая бедро... ощупывая пальцами внутреннюю сторону бедра... он довел в конце концов руку до самого изножия, убедился, что трусиков на мне нет, и стал, после некоторой паузы, откровенно щупать и лапать между ног, щупая губки, трогая пальцами, перебирая колечки волос, раздвигая губки...»

«Лена игралась, как хотела. Язычок гулял вдоль тела вниз и вверх, по сторонам, устраивала то торнадо, то застывала на одном месте, доводя подругу до исступления.»

«- видишь, бумаги нет. А я весь урок сидела мучалась - в туалет хочу, а как же без бумаги, думала. Не газетой же подтираться ! У меня попка нежная, я такого себе позволить не могу. Думала придётся на всех парах домой облегчиться мчаться. Но теперь не придётся.»

«Он резко направил мою голову к своему агрегату и начал водить по губам. Мне нечего было делать и я впустил его член в свой ротик и начал посасывать. Судя по его лицу ему нравилось как я сосал у него, но вскоре он сам начал насаживать мой ротик и подавать темп. Минут пять я сосал эту колбаску, а он откинулся на кровать и шептал -Давай Ниночка!»

«Несмотря на то, что было больно, заломленные руки ныли а полные груди тёрлись о дерево, напоминание о сексе с мамой произвело неожиданную для неё самой реакцию. Она снова возбудилась, боль стала сладкой и возбуждающей. Соски мигом затвердели и теперь уже приятно тёрлись о кору теперь уже такого милого дерева. Сзади был слышно тяжёлое дыхание и Лена почувствовала как в неё упёрлось что то твёрдое и горячее. Она сама подалась назад и чуть приподняла таз, чтобы член лучше в неё вошёл.»