Все непрочитанные: Порно рассказы

«- Конечно, я выбираю попу, а не рот. Мальчики, смотрите и учитесь. Как брать кого-нибудь в зад, мужчину или женщину? Да-да, этот половой орган - "очко" , - одинаков у баб и мужиков. Вначале нужно подготовить попу к взятию. Б. , тебе не нужно опорожниться?»

«Когда ко мне подошла одна из насильниц, Ленка, мое сердце сжалось, и я стала умолять ее. Мне развязали руки, и повели к железной трубе, проходящей над всем помещением. К трубе были прикреплены железные крюки. Бандитка закрепила веревку к одному из крюков и привязала меня за руки, поднятые вверх.»

«На бегу, Таня мечтала о том, как сейчас откроет туалет, забежит туда, и не закрываясь, сдёрнет трусики, пригнётся над унитазом и выпустит всё скопившееся, почувствовав неимоверное облегчение. Но мечте не суждено было сбыться.»

«Решила изменить свой привычный маршрут, я пошла через парк, он двигался в некотором отдалении от меня. В парке я знала одну укромную скамеечку окруженную кустами сирени, туда я и направилась. Пройдя по узенькой тропинке меж кустов сирени я остановилась около скамейки в ожидании его, он подошел сзади и я почувствовала его дыхание у меня на шеи, он нежно прикусил мочку моего уха и мурашки побежали по телу. Все мысленно я отдалась ему, и не мысленно то же, мы быстро обнажились, сбросив одежду мешавшую нам в утолении похоти, был бурный секс минут 10, я не видела ничего вокруг я была сосредоточено только на нашей страсти. Стояла я в тот момент оперевшись вытянутыми руками о спинку скамейки он был сзади, все было супер, как я почувствовала, как чьи то влажные пальцы нежно дотрагиваться до моего клитора, это не мог быть мой игрок, его руки держали меня за талию.»

«У Игоря Васильевича Ивановой была самая большая коллекция женских трусиков. Розовенькие, голубенькие, беленькие, ярко красные, черные, с гипюром и без, с узорами, кружавчиками и вышивкой. Были близкие по форме к мужским плавкам и длинные, облегающие ляжки, как мужские "семейные трусы". В горошек и цветочек, с "окошками" и глухие, и бог весть, какие еще. Он мне сам об этом рассказал, и я имел возможность в этом удостовериться, так как видел очень большую часть его собрания. В любых женских трусиках его член вызывал с моей стороны совершенно бешеную реакцию. Говоря самокритично, наши свидания носили с моей стороны любовно припадочный характер. Меня начинала быть лихорадка. Я устремлялся в кабинку, закрывал за собой дверь, сбрасывал с себя полотенце, которым был опоясан, - и с вознесенным к пупу членом приближался вплотную к Игорю Васильевичу. Обнимал его и сильно упирал свой член в его, находящийся в трусиках. Или под поясом для чулок. Или в трусиках, поясе и в дамской комбинации. Игорь Васильевич никогда не надевал бюстгальтер, потому что у него была костлявая грудная клетка, прорезанная с обеих сторон ребрами. Но и без бюстгальтера он смотрелся во всем остальном или только в чем-то одном, как настоящая женщина. Нет, как дама, оказавшаяся внезапно голой под взглядом незнакомого мужчины.»

«Джуди продолжала сжимать и разжимать ноги, ерзая на месте и пробуя найти положение, которое уменьшит напряжение в мочевом пузыре. Все ее тело дрожало, и нервы усиливали отчаяние. Она понимала, что даже при том, что самолет скоро приземлится, она не сможет дотерпеть. Джуди снова уперлась каблуками в пол, пытаясь ослабить давление на мочевой пузырь, и вдруг почувствовала маленькую теплую каплю в своих колготках. Женщина, сидящая рядом с ней, определенно знала о затруднительном положении Джуди, поскольку наблюдала ее качание на своем месте.»

«В ее голосе чувствовалась крайняя степень отчаяния. Наконец она попробовала встать и двинулась к двери, но только она сделала несколько шагов, как снова остановилась, сжала ноги и присела.»

«Когда Снейп кончил, его снова смазали, и снова пришла очередь Драко и бешеного секса. Так продолжалось чудовищно долго. Поттер и Малфой сменяли друг друга и не давали Снейпу отдохнуть. Когда же он на несколько минут отключался, то, приходя в себя, видел два тела, сплетающихся рядом и рвущие друг друга от страсти.»

«Девушка, сидящая прямо напротив меня, судорожно двигала коленями и сжимала руками пах. Она раскачивалась назад и вперед с закрытыми глазами и выражением ужаса на лице. Через одну или две минуты ее лицо исказилось гримасой. Я посмотрел на ее промежность и увидел, как моча затопила ее коричневые вельветовые брюки и скамью под ней. Бедняжка зарыдала от позора и унижения.»

«Взявшись за руки, парочка пошли на урок. После уроков старшекурсники были предоставлены сами себе, кто ушел в Хогсмит, кто остался в школе. Сделав все домашнее задание Гарри, размял затекшие мышцы и посмотрел на время, часы показывали девять часов вечера. Зайдя в комнату, парень взял шампунь и мочалку направился в ванную комнату старост. В этом году его назначили старостой Грифиндора. Подойдя к комнате старост, он краем уха услышал смех и всплеск воды в бассейне. Приоткрыв дверь Поттер увидел Рона и Гермиону, плавающих в бассейне.»

«Игаша заворожено смотрел как крошится синий мелок, как скрипят старые половые доски, покрашенные в противный темно-коричневый цвет, как красиво правильно? вырисовывается большой круг с пересечениями, звездами, рисунками и надписями.»

«Робин скрутила шорты между ног в комок и села на него. Она ерзала по этому комку ткани, и это немного помогло, но ненадолго. Новая струйка потекла на скамью, превращаясь в поток. Неимоверным усилием Робин смогла его остановить.»

«Губы сменялись изящным изгибом крепкой груди, изящным до невозможности, до легкого стона с досады, что ничего лучшего в мире не существует. Анна Евгеньевна высовывала язык и осторожно облизывала дерзко торчащие соски. Они темнели и сморщивались от удовольствия, внезапно сменяясь густыми зарослями мелких кудрявых волос, из самой гущи которых неторопливо и уверенно вырастал матовый банан фаллоса. И тогда учительница открывала рот, принимая на язык всю тяжесть крупной головки, круглой и пахнущей олифой.»

«- Может быть... Потом мы стали мерять мой... Петруччо сказал, что мой член вполне достоин того, чтобы участвовать в конкурсе. Он вытащил фотоаппарат и сфотографировал меня... ну, без трусов... Потом он спросил, умею ли я хранить взрослые тайны. Конечно же, я был сама могила... Он показал мне фотографии мальчиков, которые тоже, по его словам, претендовали на участие в конкурсе. И там я увидел знакомого пацана. Мы с ним отдыхали в загородном пионерском лагере. Почему-то это меня успокоило, и я поверил в честность намерений Петруччо. Перебирая фотки, я наткнулся на такую, где один мальчик держит во рту:»

«Девушка откинула голову назад, откровенно предлагая себя, и мужчина, наклонившись, короткими поцелуями спустился вниз по ее шее так далеко, как позволял вырез. Рука Малфоя соскользнула с горячей спины партнерши, и вклинилась между их телами. Он спешно расстегнул верхние пуговицы ее рубашки, обнажая кружевную белизну белья. Драко провел кончиками пальцев по краю лифчика, затем прикоснулся губами, мягко лаская нежную кожу, заставляя трепетать от предвкушения. Малфой улыбнулся реакции девушки, и обхватил жадным ртом твердую ягодку соска, резко прикусив его сквозь тонкую ткань.»

«К тому часу, когда в школу пришли вахтер и первые учителя, Сашка уже был вновь семнадцатилетним пареньком, студентом, подрабатывающим ночным сторожем. До следующей смены оставалось время, и Сашка был уверен, что сможет придумать что-то новое. А если нет, то продолжит сочинять эту захватывающую историю о запертых в школе.»

«После этого мы еще несколько раз менялись местами в течении часа. Не знаю откуда у нас взялось столь сил... Я обоим обкончал лица и волосы прямо как в кино, а на диване остались мокрые пятна от их писек. Потом мы еще выпили и легли спать.»

«Гарри напрягся. Драко почти нежно лизнул его щёку и перевернул на спину. На секунду гриффиндорец встретил взгляд серебристых глаз, после чего Драко исчез из поля зрения.»

«Анджелина поправляет бретельку, слетевшую с плеча, и подтягивает ноги к груди. Хочется отвернуться - подглядывать нехорошо - но не получается: слишком красивы близнецы, слишком похожи и слишком подходят друг другу.»

«От первого же поцелуя у меня затрепетало внизу живота. Одна моя рука легла ему на затылок и медленно-медленно поползла вдоль позвоночника вниз, вторая в это время расстёгивала пуговицы рубашки (сама удивилась, как ловко у меня это получается в темноте). Он в это время стащил с меня свитер и через лифчик гладил грудь - он всегда просто балдел от сочетания пятого размера и большой попы с тонкой талией. Не прекращая целоваться, мы упали на кровать. Он одним движением расстегнул на мне лифчик и сжал груди так, как никто больше не умел - до совершенно запредельного ощущения, когда приятно буквально на грани боли. Я выгнулась ему навстречу, почти встав на мостик. Он припал губами к соскам, а я занялась его заждавшимся членом. Пальцы на удивление быстро вспомнили, как расстёгивать его любимую пряжку, и через несколько секунд то, чего я так жаждала, оказалось у меня в руках. То, что я делала, явно нравилось ему так же, как мне - то, что делал он.»

«После поцелуя, мы легли на наши одежды и жадно обнимая друг друга, предавались самым изысканным ласкам. Я оседлала Алекса и, наклонившись, поцеловала в шею. Опустившись ниже, провела язычком по его затвердевшим соскам. Не отрывая язычка, проложила влажную дорожку к животу, ласково куснула такую манящую плоть и захватила губами налившуюся головку члена: Алекс застонал. Двигая бедрами на встречу моему горячему рту, он немного резко, но от этого еще слаще схватил мою грудь и начал пощипывать торчащий сосок. Я ускорила темп и теперь Алекс, как бешеный нанизывал меня на свой член. Мне казалось, что так глубоко я еще никогда не могла взять в рот мужское естество: Когда Алекс схватив меня, попытался войти в мое жаждущее мужчины тело, я вывернулась в его руках и, повернувшись к нему попкой встала на колени. Сперва, он ничего не заметил, но потом по его победному рыку я поняла - он увидел ЕЕ. Уходя на свидание, я не удержалась и захватила с собой одну из многочисленных игрушек, вставив симпатичную резиновую морковку себе в попу.»

«Я залез рукой под простыню и гладил ее бедра и ягодицы, затем, слегка отстранившись, распустил складку на груди, откинул простыню в стороны и стал ласкать ее груди. После душа ее кожа была еще немного влажной и бархатистой, но соски были так же восприимчивы к ласке. Когда я начал ласкать их кончиком языка, Наташа застонала и стала выгибаться мне навстречу.»

«...Одни девки вываливали наружу роскошные сиськи, другие стеснительно снимали трусики, третьи нагло раздвигали ноги. Офигительно красивые бабы ложились на спину, опускались на четвереньки, становились перед ним на колени, брали в рот, дрочили его конец нежными пальчиками, облизывали яркими губками его Болванчика и глотали сперму, рвущуюся из голодного до баб солдата.»

«Когда Анна очнулась, ее мочевой пузырь был готов разорваться. Она лежала лицом вниз на диване, ее запястья и лодыжки были связаны. О Боже, она должна писать прямо сейчас; она просто не может терпеть больше.»

«или - нет! давай лучше прикинемся-приколемся... знаешь - кем? скаченными килобайтами, что застыли-замерли на чьих-то бессонных мониторах, - запечатлённые в миг соития - в момент сладострастного совокупления - мы, симпатичные пацаны, трахающие друг друга в юные попки, будем будить в душах смотрящих на нас неистребимое желание делать то же... да-да, то же самое! - и смотрящие, тиская в кулаках напряженные члены, будут воображать себя на нашем месте и, сладострастно содрогаясь от нарастающего удовольствия, будут тихо мечтать о чём-то подобном, - слушай, давай... давай прикинемся фотомоделями, беззаботно и весело позирующими для голубых порносайтов... о, да у тебя уже стоит! и такой твёрдый... блин, как кремень! и размер ничего... оснащен ты, однако, прилично! господи, да не щупаю я тебя, не лапаю! ну, скользнула моя рука вперёд, скользнула - и что с того? подумаешь, запретная зона... ты еще знак прицепи, что запретная зона... или - шлагбаум на брюки приделай, - вот смеху-то будет! у меня, кстати, тоже стоит... нет, не шлагбаум стоит - не смеши, - хуй у меня стоит... да нормально всё это, нормально! ненормально будет, когда он не встанет... кстати: ты измерял? что значит, "в смысле"? без всякого смысла, - линейкой когда-нибудь измерял, на сколько сантиметров твой агрегат в боевом состоянии тянет... нет? и даже мысли такие в голову не приходили? ну, ты даёшь... у тебя что - не было в детстве нормальных друзей? были? и чем же вы, интересно, занимались - чем, взрослея, интересовались? в шашки играли? н-да... потому тебе и вспомнить нечего, что нечего вспоминать; а мы в детстве измеряли - сравнивали, у кого больше... что значит - "зачем"? во-первых, интересно было... а во-вторых, игра у нас в детстве была такая: у кого писюн больше - тот, значит, круче, и не просто круче, а тот - "мужчина", и он - в роли мужчины - сверху... ну-да, кто-то сверху, а кто-то снизу, - я же говорю, что игра у нас в детстве была такая - детская игра "в папу-маму": друг друга мы, пацаны, типа трахали... почему "типа"? а потому что друг другу не засовывали, один в другого не проникали - не по-настоящему, то есть, всё это было... так, баловство! конечно, приятно... еще как приятно! - ёрзая друг по другу, тёрлись друг о друга писюнами... конечно, кончали! еще как кончали... а чего ты, собственно, удивляешься? - многие в детстве так играют, и удивительного в этом ничего нет... где находился в таких играх я? а это - смотря с кем! у одноклассника Толика, к примеру, писюн был чуть больше, чем у меня, и с Толиком, когда мы шли после школы к нему домой, я выступал "в роли женщины": мы приспускали брюки, я ложился на живот, он на меня ложился сверху и, обнимая меня за плечи, судорожно сжимая свою голую попку, с сопением ёрзал, елозил по мне - тёрся своим напряженно торчащим члеником о мои пацанячие булочки... нет, я же сказал, что всё это было по-детски, и в попу, в очечко то есть, он мне не всовывал - на это ума у нас ещё не хватало... а у Игоря и у Жеки - у обоих - писюнчики были чуть поменьше моего, и об их упругие попки своим писюном тёрся я... ну, и Толик, конечно, тоже... тоже тёрся, - я "ебал" Игоря и Жеку, а Толик "ебал" нас троих; а когда приходил Серёга, то "в роли женщины" запросто мог оказаться уже сам Толик, а не только Игорь, Жека или я, - писюн у Серёги был больше всех... кроме того, у Серёги уже росли вокруг писюна - у основания - длинные черные волосы, и кустик чёрных курчавых волос уже был над писюном - на лобке, и - когда Серёга, с сопением елозя и содрогаясь, кончал, на моём теле всегда оказывалась его клейкая горячая влага... нет, в жопу он мне не всовывал; хотя, нет - вру, - однажды, когда мы - я и Серёга - были вдвоём, Серёга попытался мне вставить по-настоящему, но у нас ничего из этого не получилось: мне было больно, и я от такого новшества категорически отказался... да, отказался; а мог бы и согласиться - потерпеть немного... что - моя рука? у тебя в трусах? и в самом деле... ну, не знаю, как она там оказалась! блин, это не рука, а какая-то Мата Хари - везде пролезет... да откуда ж я могу знать, как моя озябшая рука оказалась в твоих жаром пышущих плавках-трусиках? говорю тебе: Мата Хари... и ничего я тебе не дрочу, - не выдумывай! говорю тебе: не выдумывай, - не дрочу я тебе твоего пацана... и не поддрачиваю, - стой спокойно... ну, в трусах моя рука, в трусах, и - что теперь? вытаскивать её, что ли? пусть уже будет там... да ладно тебе! не обкончаешься... а я говорю: не обкончаешься! и вообще... ничего плохого моя рука тебе не сделает - пусть она будет там, где есть... типа - с визитом дружбы... ох, какой ты несговорчивый! ну, хочешь... хочешь - засунь свою руку в трусы мне тоже... ну-да, в трусы, - а что здесь такого? ни засады, ни капкана там нет... говорю тебе: не бойся - засовывай! ну, смелее... вот так! чувствуешь, какой он горячий? губы можно обжечь... что значит - на что я намекаю? ни на что я не намекаю, - стой... а тебе что - послышался намёк? ишь ты! какое у тебя игривое воображение...»

«Нравиться мне это поза, выражает полное смирение и желание подчиниться любому приказу хозяина, да и грудь приподымается, позволяя хорошо разглядеть состояние сосков.»

«Через пару минут Гермиона стола издавать первые стоны, напоминающие сопение. После этого Гари стал неторопливо поглаживать и теребить ее клитор, который медленно набухал от их действий. От этого Гермиона начала тихонько постанывать и ее киска стала увлажняться. Рон тем временем тихонько стол массировать ее груди сжимая и переминая их.»

«Влажный язычок коснулся его самой большой гордости и из груди снова вырвался легкий стон, его от приятных ощущений, а ее от понимания, что сейчас ни о чем другом, кроме нее он не может думать...»

«Я не понимаю, почему женщины стесняются маленькой груди. НЕПОНИМАЮ! Маленькая грудь всегда подчеркнута. Аккуратна. Ее приятно ласкать и чувствовать на себе ее маленькую упругость. Девушки. Не стесняйтесь своей небольшой груди! Она прелестна в своей компактности! Просто гимн написал!:)»

«Второй, он приподнял меня, и поставил раком. Затем нагнул вперёд так, что попа была выше остального тела. Вытащив руку, он ещё раз семь ввёл в меня раствор, и сжав мои ягодицы, оставил в таком положении на целую вечность, как мне тогда показалось. Затем снова засунул в анус один, два, три, четыре пальца, а затем всю руку. Меня перекосило от боли. Ужасно скрутило живот. Наконец-то я смогла освободить свой кишечник. Меня чисто наизнанку вывернуло. Пару раз жаже вырвало. Не до конца прийдя в себя, я оказалась снова на боку, и в изнасилованый анус снова зашёл носик клизмы. Он был теплее чем тогда.»