Гомосексуалы: Порно рассказы

Где можно гею взять в рот за ночь 16 разных членов в рот? Только в гей клубе. Вот она радость для истинных сосунков!

«С женщиной....Липко и влажно уж очень. Руки скользящие по талии , и заползающие в промежность. Мягкое обволакивающее тепло, влажность. Пальцы раздвигающие мягкие тонкие складочки. Вот палец заскользил глубже внутрь, не найдя опору провалился в теплый мешочек. Вынырнув нащупав бугорочек тот , от которого очень многие женщины приходят в восторг начал медленно массировать его. Опрокинув ее на спину, и запустив левую руку , вернее три пальца сложенные пикой, в ее теплый мешочек, а правую руку положив на лобок так , чтобы большому пальцу достался в распоряжение маленький бугорочек , который сокрыт как жемчужина в мантии. И массируя эту маленькую жемчужину, покусывая ее гладкие ножки, двигая пикой, что сложена пальцами левой руки. Ожидаешь стоны и учащенное дыхание. Потом когда она вздрагивает всем телом, левая рука ползет по телу как змея, ее цель ее грудь, что украшена куполами возбужденных сосков. Пальцы словно хищники набрасываются на эти трепещущие холмики, тискают и нежно пощипывают. Правая рука все по прежнему занята . И вот момент когда левая рука насладившись, устремляется к низу, туда где маленькая звездочка подрагивает в приближении оргазма, анусу. Смоченный слюной указательный палец, пытается пробраться сквозь закрытые врата анального отверстия. Она кричит и возмущается. НО ты уверенно продолжаешь совершать тот нахальный поступок. Она сжимает ягодицы не давая тебе проникнуть туда, куда она решила тебя не пускать. Но эти усилия только приводят к наступлению неминуемого оргазма.. Она вздрагивает всем телом выгибая спину и замирает. Сволочь ! - говорит она, поднимаясь удаляется в ванную. Но пройдет время и ей понравиться анальный секс, и это поможет ей ближе понять тебя.»

«Я попросил его остановиться, и лечь на живот, чтобы я мог заняться его крутой и красивой попкой. Ребята, это была попка с большой буквы П! Но наверное, злой рок преследует меня в таких ситуациях, потому что чертик этот не купил презерватив, хотя я попросил его, когда он остановился купить сигарет. Кожа на его ягодицах была такой бархатной, что одних только прикосновений моего члена было достаточно, чтобы скоро кончить. Здесь я конечно же не удержался, и за секунду до того, как кончить, засунул ему всю залупу в попку и кончил внутрь.»

«Опустив ноги я поворачиваюсь лицом к тебе. Немного приподнявшись снимаю с пениса презерватив полный твоей спермы. Я показываю его тебе, выражаю восхищение твоей мужской силой, завязываю и откладываю в сторону. Потом легко провожу рукой по твоему стволу, наклоняюсь и в благодарность за оказанное мне внимание вылизываю его, под конец сопроводив долгим поцелуем его головку.»

«Вот он, голубой ангел 22 лет от роду,разметал свои золотистые кудри по моей подушке и лежит словно ребенок в сладком сне,беззаботно и доверчиво раскрывшись в теплой постели! Вчера, преодолев наконец барьеры условностей он первый позвонил мне, поздравив с Днем Св. Валентина и предупредив, что хочет встречи и что это должно произойти именно этим вечером.»

«Будущие солдаты, толкая друг друга, исчезают в дверях казармы, - словно живое существо, казарма стремительно всасывает в своё чрево молодое пополнение, так что буквально через минуту перед сходом в казарму не остаётся никого.»

В фантастическом рассказе описана странная ситуация, произошедшая в одной из школ для мальчиков. Почти все ученики старших классов были влюблены в своего учителя географии. Разобраться в массовом заболевании гомосексуализмом директор школы просит специального агента.

Удобно иметь девушкам среди кучи своих подруг друга-гея. Он и накраситься поможет и совет даст как правильно отсасывать.

«Лешка не мог понять, почему он позволил этому случиться, но все, чего он сейчас хотел - это любить этого человека.»

Двое парней уже давно поняли, что любят друг друга, но до сих пор боятся этого чувства. Ведь общество против, да и совать член в задницу негигиенично.

Эту ночь герой рассказа заполнит надолго. Впервые в жизни он сосал член и давал мужику в попку. Что ж, рыбалка получилась весьма необычной.

«Поэтому я позвал Тебя. Чтобы прекратить это добровольное насилие над ним, и над собой тоже, и над всеми мальчишками, которые приходят ко мне почти каждый вечер. И Ты помог мне. И помогаешь... Только с каждым разом я нуждаюсь в Тебе все больше и больше...А влияние Твое становиться все меньше и меньше...И скоро Ты не сможешь больше помогать мне. Что тогда? Искать замену? А потом другую замену, а после - другую?»

«Я проговорил хриплым от ненависти и бешенства голосом: "Не смей называть меня девочкой" после чего начал избивать его с тупой жестокостью, не обращая внимания на его вопли. Когда я устал от этого, я молча перевернул его на живот и резким, сильным движением пропихнул горлышко бутылки в его жопу. От ужасной боли он сначала взвыл а потом начал угрожать мне, он ругался, боже, как он ругался...он кричал, что убьет и закопает меня, кричал что сделает мою жизнь невыносимой, кричал что посадит в колонию и еще много чего...но разве я мог остановиться? Бутылка была уже почти наполовину в его жопе, когда я решил сделать его боль еще сильнее. Оставив его с окровавленным анусом, я сходил на кухню за солонкой, перечницей и ножом. Я не думал о последствиях, я думал лишь о мести. Вытащив бутылку из его развороченной задницы, я всыпал туда половину солонки. Отчим взвыл так, что задрожали стекла, потом он опять начал бешено ругаться. Взяв нож, я нисколько не дрожа и не жалея его, вырезал у него на спине слово "ПИДОР" после чего присыпав это слово солью и перцем...он не прекращал кричать, выть и извиваться от ужасной боли. Но и этого мне показалось мало...я снял штаны м нассал на него, обоссал его с ног до головы (ведь я перед этим выпил целую бутылку шампанского), потом присел и насрал ему на спину, сопровождая действо ужасными словами уже с моей стороны...на земле нет таких жесточайших и циничных слов, которые я ему не высказал в эти минуты...он уже не кричал, на его лице ясно читался панический ужас, он уже считал себя наполовину мертвым, ибо думал, что я лишу его жизни.»

«Он случайно застал меня, когда я переоделся. Неожиданно подошел и прижался ко мне сзади. Я вскрикиваю от неожиданности - какой ужас: меня застал мужчина, когда я в таком виде. Он поворачивает меня лицом и начинает целовать шею, уши. Я как могу отстраняюсь, пытаюсь вырваться, но он крепко сжимает меня. Его руки гладят мою попку, опускаются ниже, нащупывают кружевную резинку чулок, а затем и то, что между моих ног. У меня дыхание перехватило, но моего гостя не смутила такая находка. Он старается поцеловать меня в губы, его руки поглаживают мои ножки, обтянутые красивыми чулками и мне это очень нравится, хотя я и продолжаю по инерции сопротивляться. Он начинает шептать ласковые слова, называет меня "нежной девочкой", "прелестью" - тут я окончательно сдался. Стал потихоньку отвечать на поцелуи. И вот я в красивом женском одеянии наслаждаюсь мужскими поцелуями и ласками (а как он восхитительно меня целовал). Я понимаю, что одними поцелуйчиками дело не ограничится, и он захочет, чтобы я стал его "девочкой" полностью. Он берет меня за руку и ведет к кровати. Я сажусь, ложу ногу на ногу и коротенький халатик не может скрыть полоску тела над резинкой чулок. Говорят, мужчин очень возбуждает именно контраст тела и чулочек. И я вижу, что мой мальчик впился взглядом именно в это место. Тут я кокетливо приподнял краешек халата, что произвело нужный эффект. Он стал торопливо снимать с себя одежду: майку, джинсы, а потом, глядя мне в глаза, снял и трусики. Все стало ясно и никакие объяснения (ах, я случайно оказался в белье, ах, я не специально отвечал на поцелуи и ласки) не смогут предотвратить его интимных отношений со мной. Да я и не думал об этом. Мой взгляд и мысли были прикованы к его члену. Наконец-то я смогу взять в ротик возбужденный мужской член, поцеловать его, обхватить губами головку. Почувствовать, как он прикасается к моему нёбу, как яички прижимаются к подбородку, а его волосы на лобке щекочут мой нос. Он прочитал всё это в моем взгляде и подошел к кровати. Его пенис как раз оказался перед моим лицом, я почувствовал исходящий от него запах. Мне показался он самым приятным ароматом.»

«Хуй мулата увеличился, побагровел, полностью обнажив блестящую головку. Охранник застонал и с шипением выпуская воздух сквозь зубы, наподдал бедрами, загоняя свой член почти мне в горло. Я было ткнулся, чтобы вытолкнуть его, уперся в головку языком и почти вытиснул ее, как мулат снова наподдал и загнал ее вглубь, затем снова, и снова, и снова:»

«Пришли, разделись. Зашли в парную. Да, уже не парилка, но еще пока нормально, попариться можно слегка. Стали мыться. Не выдержал, посмотрел на него, а он до сих пор хорош, хоть и тридцать уже, такой же худой, тело молодое, поджарое. Блядь, как же я его хочу. Отвернулся. Да не отворачивайся уже, видел все равно уже, что член твой не совсем спокойный. Видимо, предчувствует. Сереж. Что? А ты меня вообще-то вспоминаешь? А что? Ну, как, я тебя часто вспоминаю, особенно, наши старые дни. Ну да. Весело было. Давай, я тебе спинку потру? Не надо. Да ладно, че ты? Я сам. Ну, как хочешь. Подошел к нему вплотную. Дим, не надо. Почему? Если ты не хочешь, почему тогда не сказал, чтобы я не приезжал? А? Просто хотел тебя увидеть. И я тоже. И не только увидеть. Все, я в тазике сижу и отсюда не вылезу. Ну и сиди. Кто тебе мешает? Я и так все сделаю. Нет. Почему? Окна. Что? Окна. А, сейчас, сейчас. Взял одно полотенце, зацепил его за гвоздики по краям рамы. Второе повесил на другое окно. Ну, все, теперь ты спокоен? Дверь закрой. Ты что думаешь, Катька к нам войти может, когда ты здесь не один? Все равно. Ладно. Пошел. Закрыл на щеколду. Ну, вот, теперь все. Может, не надо, Дим. Тише, все будет хорошо. Сел на лавочку под ним. Нагнулся. Вот он, мой друг, целый год по нему скучал. Взял член в руку, он уже стоял. Хорош. Первый раз я его видел при свете. Красив. См 16-17, наверное, не толстый, не тонкий, средних размеров. Взял его в рот и стал сосать. Сережка закрыл глаза, голову запрокинул и сидит, кайфует. Вот так, раз, вниз, два, вверх, раз, вниз, два, вверх. Жаль до попки не достать, а то бы пальчиком ему там поласкал. Ну, славу богу, хоть не притворяется теперь, что ему все равно. Даже вроде постанывает. А может тогда... Вставай, Сереж. Чего это? Ну, встань, пожалуйста. Встал. Я сел на корточки. Снова взял в рот. Обхватил его руками за талию и начал двигать его на себя, от себя, на себя, от себя. Проникся. Через пару движений мне уже не надо было им руководить, сам стал двигаться. Раз-два, раз-два. Но я не хотел, чтобы он кончал сейчас. У меня были другие планы. Я встал. Взял его за руку. Подошел к лавке и повернулся к нему спиной. Взял мыло с полки, намыл себе руку и смазал себе дырочку. Сереж, возьми меня. Он стоит. Сереж, ну, пожалуйста. Давай. Смотрит на меня. Вижу, что пытается бороться. С одной стороны, нельзя это, неправильно, а с другой стороны, вижу, что хочет. Наконец, решился. Я нагнулся и уперся руками в лавку. Он подошел сзади и стал пристраиваться. Я вытянул руку назад и старался помочь ему, взял его член в руку и направил в себя. Он надавил. Ай, вошел. Так. Теперь давай, двигайся. Он начал движения. Сначала потихоньку, потом полностью вошел в меня. Как ни странно, но боли в этот раз я почти не чувствовал. Было только чувство заполненности. И счастья. Что он снова во мне, что я добился опять своего! Ну, давай же, давай, двигайся. Раз-два, раз-два. Он стал убыстряться. Быстрее, быстрее, я не выдержал, стал стонать. Слышу, он тоже постанывает. Еще быстрее, еще быстрее. Меня больше нет, я где-то растворился. Какое же это великолепное чувство, ощущать в себе частичку самого дорогого и любимого человека! Уф. Все, кончил. Вышел. Сел на лавочку. Я тоже. У меня по ногам течет сперма. ЕГО сперма. Взял в руку свой член, два три движения и я кончил. Он взял ковш и стал поливаться. Помыл член, ополоснулся. Молчит, нахмурился. Я подошел к нему. Спасибо, Сереж, я так счастлив. Да пошел ты! Ты чего? Да ничего. Кто тебя просил? Но я же люблю тебя, Сережа! А я тебя ненавижу, ненавижу, понял? Ты мне всю жизнь поломал! Только все приходит в норму, и тут появляешься ты и все портишь! Ты понимаешь, что не может у нас ничего быть, не может! У меня семья, жена, ребенок и меня все устраивает. Я их никогда не брошу. Блядь, что я говорю. Я вообще не принимаю этих отношений. Я не голубой, понял? Я тебя не обвиняю, это твоя жизнь и ты можешь жить, как хочешь. Хочешь спать с мужиками, ради бога. Мое отношение к тебе не изменится. Но я никогда не смогу быть с тобой. Быть с тобой постоянно. Пауза. Тишина. Долгая тишина. Другими словами, Сереж, ты хотел сказать, что можешь быть со мной только иногда, изредка? Смотрю в глаза, попался. Не цепляйся к словам, Дим. Я хотел сказать, что это не правильно, мы больше никогда не должны этого делать. Ты понял? Понял. Только не очень. Я же вижу, ты тоже этого хочешь. Зачем ты скрываешь это от меня, а главное, от себя. Ну, признайся, не бойся. Меня устроит, если мы хотя бы иногда будем с тобой встречаться. Хоть раз в месяц. Хоть раз в полгода. Но я должен знать, что это будет. Тогда мне будет, зачем жить, и я буду ждать. Ну, все, хватит, поговорили. Он ушел в предбанник. Когда я вышел, он уже оделся и ушел.»

«До дома мы шли молча, но войдя в лифт начали целоваться, и как входили, как ложились в постель, я уже плохо помню, я чувствовал себя на седьмом небе, все было просто нереально, Артур был сама нежность и забота. Я был в диком восторге, наконец полностью познав все прелести гейского секса.»

Геи тоже любят подчиняться. Перед нами как раз один такой экземпляр, который прямо сейчас светит голой задницей перед своим Хозяином.

Герой рассказа почувствовал в себе настоящую женщину. теперь он уже думает о себе как о женщине. Путь назад отрезан полностью!

Парень, работая грузчиком на складе находит ящик с множеством латексной одежды, приспособлений для бондажа и многое другое вдобавок начальник сказал избавиться от этих вещей. Парень не выдерживает и забирает все эти вещи домой и решает испытать на себе все эти вещи, надев несколько слоёв резины и вонзив пробку в задницу он подключает вибраторы и связывает себя в этом положении. Что же его ждёт?

Как-то я познакомился в клубе с необычной девушкой и решил пригласить к себе, еще не зная чем это обернется.

«При чтении советую слушать "Этюд Ля бемоль мажор" Шопена.»

«Первый поцелуй. Не буду описывать подъезд, если были школьникам, то знаете, что значит целоваться в подъезде. Сашка еще никогда не испытывал такого чувства при поцелуе, его переворачивало и трясло изнутри.»

«- Я решил для первого раза смягчить наказание и разрешить тебе не считать вслух удары - вместо этого мы будем просто беседовать - совместим так сказать приятное с полезным. Сила и количество ударов будет зависеть от того, как быстро и искренне ты будешь отвечать на поставленные вопросы. Понял меня? - спросил я и наотмашь хлестанул по выставленной жопе.»

«Наше с ним знакомство произошло как-то само по себе, просто в один из дней начали здороваться. Узнал я, что зовут его Ваней, учится он в параллельной группе. Я старался не пропускать ни одного занятия, где наши группы были вместе. И что самое ужасное нравился мне этот парень с каждым днём всё больше и больше. Выспрашивая, у тех с кем уже познакомился, о других однокашниках, в том числе интересовался, как бы невзначай, и о нём. Слухами земля полнится. Много чего новенького я узнал о незнакомых мне людях, но интересовал меня только один. Как оказалось, этот изящный брюнет, с тонкими чертами лица, и бездонно голубыми глазами занимался танцами, и подрабатывал в одном из ночных клубов города. Конечно же, этот человечек отличался от всех окружающих, он был всегда стильно одет, хорошо причёсан, ухожен и уверен в себе. И по слухам, был он самым настоящим Геем, но, слухи - слухами, а в поведении его читалось именно это. А мне, вот именно такие и нравились. По разговорам ни парни, ни девушки его не воспринимали. Отношение к Геям у большинства людей показушное, говорят много, громко, и плохо, просто не понимая, а может, понимая, но ведь как можно - стереотипы. Поэтому мои хорошие отношения с ним, наверное, многим показались подозрительными, но кроме рукопожатий нас ничего не связывало. А мне хотелось, безумно хотелось вдыхать его аромат, бесконечно тонуть в голубизне его глаз, говорить и говорить с ним. В своих фантазиях я подходил к нему, прижимал к сердцу, обнимал со всей нежностью и утопал в его горячем поцелуе. Мои пальцы путались в его кудрях, сердце выскакивало из груди, а всё моё существо закипало в порыве страсти. Но всё это только картины воображения, наяву- только две sms-ки, причём отправленные мной, ответа я так и не дождался. Сколько человек может скрывать свои чувства? Рано или поздно всё должно было открыться, но итог был непредсказуем. Любя, и не зная чувств другого человека, внушаешь себе, что ты ему безразличен, и боишься быть отвергнутым и сделать первым шаг. Но жизнь проходит и, наверное, нет более глупо потраченных дней, чем в ожидании, страхе и незнании. Развязка пришла сама собой. Один из выходных дней, ночной клуб, Ванька на сцене, безмерное количество алкоголя в моём организме, такси. Мы ехали на заднем сидении по ночному городу, молча смотрели друг - другу в глаза, держались за руки, и каждый, наверное, думал о своём, и казалось, что вот там за поворотом - конец света. Так хотелось умереть, на глазах слёзы а в голове цепная реакция. Нет, это не рай, наверное, это и есть обычная земная жизнь. Жизнь в которой нет завтра, не было вчера, а есть только мгновение счастья. И не важно, отдам всё, за этот миг молчания, шума мотора и шуршания шин. За этого человека, и дальше пустота. Ночь пролетела. Нежные поцелуи, от которых кружилась голова и хотелось бежать, бежать от этого сумасшедшего мира в дикие джунгли. Аромат любви, заставляющий каждый нерв в мозгу притуплять ощущения, и чувствовать, как по телу проносятся электрические разряды. Мы слились в единое целое, и я в первый раз занимался именно любовью, а не сексом. Я входил в него и чувствовал, как он принимает меня, как наши пульсы бьются на одной частоте, как наши тела, только что познавшие друг друга, при прикосновении лихорадило, и мы растворялись. Губы покрывали нежными поцелуями каждую клеточку обнажённого юношеского тела, и не было ни чего прекрасней слов шептаемых на ухо. Тёплое дыхание заставляло мурашки бегать по всему телу, и мы находились в лёгком ознобе. Я его любил. Он меня любил. Всего один миг. А завтра уже не наступило.»

«Босс двигался все быстрее, потом начал звучно хлопать меня правой рукой по правой ягодице, причем хлопки с каждым разом становились все чувствительнее и чувствительнее, а левой он изо всех сил впился в мою левую ягодицу, как будто хотел оторвать ее. Внезапно он резко подался вперед, и я ощутил, как поток теплой маслянистой жидкости излился в мою многострадальную попку, смягчая и увлажняя ее. Босс резко выдернул из меня свой полуобмякший член, секунду полюбовался моим очком, которое превратилось в красную рваную дыру в потеках крови и спермы, схватил меня за волосы и поставил перед собой на колени. И тогда я понял, что мне предстоит изысканное унижение - поработать язычком и очистить этот великолепный агрегат. Не секунды не колеблясь, я приоткрыл губы и всосал ослабшую голову в рот, лаская ее языком со всех сторонни, и ощущая как мой рот наполняется пряным вкусом семени и кала:»

«Мы поужинали, курили в зимнем саду, стали смотреть кино, которое он предложил мне выбрать. Вот думаю, началось. Сейчас откроет шкаф, а там полон шкаф гей-порнухи. Нет девочки, не угадали. Мы смотрели "Сибирский цирюльник" и "Эвиту". Потом я стал зевать и ушел в душ. Выхожу, везде притушен свет. Захожу в спальню.»

Герой рассказа теперь не только внутренне, но и внешне стал больше походить на девушку. Кто догадается что раньше она была мужиком?

«У Игоря Васильевича Ивановой была самая большая коллекция женских трусиков. Розовенькие, голубенькие, беленькие, ярко красные, черные, с гипюром и без, с узорами, кружавчиками и вышивкой. Были близкие по форме к мужским плавкам и длинные, облегающие ляжки, как мужские "семейные трусы". В горошек и цветочек, с "окошками" и глухие, и бог весть, какие еще. Он мне сам об этом рассказал, и я имел возможность в этом удостовериться, так как видел очень большую часть его собрания. В любых женских трусиках его член вызывал с моей стороны совершенно бешеную реакцию. Говоря самокритично, наши свидания носили с моей стороны любовно припадочный характер. Меня начинала быть лихорадка. Я устремлялся в кабинку, закрывал за собой дверь, сбрасывал с себя полотенце, которым был опоясан, - и с вознесенным к пупу членом приближался вплотную к Игорю Васильевичу. Обнимал его и сильно упирал свой член в его, находящийся в трусиках. Или под поясом для чулок. Или в трусиках, поясе и в дамской комбинации. Игорь Васильевич никогда не надевал бюстгальтер, потому что у него была костлявая грудная клетка, прорезанная с обеих сторон ребрами. Но и без бюстгальтера он смотрелся во всем остальном или только в чем-то одном, как настоящая женщина. Нет, как дама, оказавшаяся внезапно голой под взглядом незнакомого мужчины.»

«СЕРГЕЙ. Придумаю, бля, что делать. Пацанов подключу - из колледжа. Сам буду пиздить его каждый день. Да мало ли есть способов... сосать у меня будет - пока не отдаст!»