Гомосексуалы: Порно рассказы

«Все во мне дрожало от возбуждения, наконец, то осуществиться моя давняя мечта. Но, сохраняя собственно лицо, я усиленно делал вид, что мне это неприятно, и не нравиться. Уже секунд через двадцать он забыл о своих обещаниях и попытался проникнуть внутрь. О смазке никто не позаботился, поэтому его попытка не удалась. Тогда я нагнулся вперед а руками развел свои ягодицы в стороны. И вот он вошел в меня. В первый момент было очень больно и захотелось, чтобы он вышел. Что я и сделал, отскочив от него. Но, удивительное дело. Как только мой анус освободился мне опять захотелось его. И я уже не особо сопротивлялся. Он вошел снова. Это были незабываемые ощущения. Никакие предметы не сравняться с живым членом. Моя мечта сбылась. Кончил он почти сразу же. Но мне признаться в тот момент хватило и этого. Он пульсировал, он бил струёй мне в кишку и я это чувствовал. Я чувствовал как его сперма, мощными толчками выходит из него и остаётся во мне.»

«Когда он наконец вытащил из моей попы пенис, я скатился с лавки от бессилия. "А ну-ка вылижи мой хер, шлюха" - сказал он и придавил ногой мои гениталии. Я с трудом сдержал крик: боль была такой, что предыдущие ощущения в сравнении с ней казались лёгким дискомфортом. Я тут же встал на колени и стал слизывать с его члена мой собственный кал, удивительно, что меня не стошнило. Почему-то от всего этого у меня самого стал подниматься член. Он, конечно это заметил и сказал: "Да тебе это нравится! Вот педераст! Дрочи, пидор, дрочи пока я опять тебе не двинул по мудям!".»

«Я ускорялся, набирая скорость. Алексей извивался, и двигал попой навстречу моему члену, который как мне показалось, доставал ему до желудка. Вскоре я, засунув член как можно глубже ему в попку, кончил. Немного постояв, я вытащил член, дырочка Алексея была вся красная и немного в сперме. Теперь была его очередь долбить мою девственную попу. Он повернул меня, и смазал дырочку. Он сел на диван, и направлял свой член мне в попу, а я садился на него. Сначала было просто супер, только когда его член вошел в меня на половину, стало немного больно. Но я пересилив боль, продолжал опускаться на член. Вскоре член вошел полностью, и я начал делать ритмичные движения, было совсем не больно. Постепенно на меня накатывались волны удовольствия, которые я не получал с девушкой. Он взял мой член в руку и стал в такт движениям дрочить. Вскоре я моя сперма уже стекала с моего живота, и его руки на диван. Алексей положил руки мне на бедра и опустив меня на свой член, кончил в меня. Я слез с него и сел рядом. Я был опустошен, и так устал, что не мог пошевелить не рукой, не ногой. Прошло минут 15, и он пригласил меня в ванную. Мы вымыли друг друга, после чего он отвез меня домой. По дороге, мы не сказали ни слова. Я вышел из машины и он уехал. Больше в этом баре я его не видел... А жаль...»

«Итак, первого мужчину, которого я познал, звали Петя. Он был старше меня на 17 лет (ему было около 40) , невысокий, плотно сбитый, преуспевающий по жизни товарищ. Хотя у него была жена и двое детей, к женскому полу, в отличии от меня он был полностью равнодушен. Познакомились мы с ним банально по Интернету. В первый раз мы встретились в метро и поехали на квартиру его друга в раене Уручья. Друга застали дома, он уходил на два часа в бассейн. Мы посмотрели друг на друга, молча и не торопясь разделись. И тут это случилось: Первый отсосанный мной мужской член. Первый член запоминается на всю жизнь. Это как обряд посвящения, после которого начинается совсем другая жизнь, в которой ты совсем по другому относишься к случайно услышанному на улице ругательству "пидор". И вот я стою голый на коленях перед практически незнакомым мне мужчиной и делаю ему минет. Член у Пети был совсем маленький, сантиметров пять в длину и 2 в диаметре. Я вообще-то ожидал большего, мне представлялось мощное орудие, которое с силой будут запихивать мне прямо в горло. Но даже этот членик был для меня подарком, я облизывал и сосал его как сумасшедший, брал в рот целиком, лизал яйца, я запихивал его по самые гланды, стараясь доставить максимум удовольствия своему партнеру. Потом мы с ним легли на диван. Я с упоением продолжал сосать, а он в это время шлепал меня по попке, затем Петя одной рукой сильно, почти раздирая меня раздвинул мои ягодицы и начал неспеша, постепенно увеличивая давление засовывать два пальца мне в анус безо всякой смазки. Напряженное пульсирующее колечко моего девственного ануса отзывалось на эти манипуляции ноющей сладкой болью. и я был на седьмом небе. Член мой стоял как столб, голова была как в тумане, я был возбужден до крайности. Мне хотелось заглотнуть его орган вместе с яичками, вылизать ему анус, пить его сперму и мочу. Хотелось, чтобы он порвал мою попку, хотелось терпеть от него боль и унижения. Мне хотелось чувствовать себя шлюхой. Как бы услышав мои мысли, Петя обхватил мой член и мошонку и сдавил их так, что я ощутил тупую ноющую боль и тут он начал кончать. Он напрягся и начал изливать семя прямо мне в рот. Спермы было не много и она была не очень вкусная, но он был первым, кто спустил в меня, и я жадно глотал эту жирную жидкость с терпким вкусом и запахом.»

«Когда эта залупа вышла из пизды моей Лельки раздался звук, как будто штопором открыли бутылку вина. А потом эта залупа уже в другой позе влетела в ее пизду и скачка вновь продолжилась. Конечно они уже видели, что я стою рядом - это их ничуть не смущало и несколько раз я встречался взглядом с Лелькой и видел в ее глазах бешеный кайф, а в Володькиных глазах я видел наслаждение и восхищение - было видно, что такие бабы ему еще не попадались. Бешеная ебля закончилась минут через 10 - они замерли в объятиях друг друга, тяжело дыша. Минут через пять Лелька снова потянула к себе Володьку - я понял, что сегодня он более притягателен для нее - все-таки новый мужчина, но я тоже в стороне не стоял и мы вдвоем ебли ее как только хотели - она позволяла ВСЕ - ее попка, пизда и ротик работали без устали. Но как я говорил я уже имел опыт с мужчинами и глядя на крепкое волосатое тело Володьки у меня было огромное желание здесь же в этой постели и этой групповухе схлестнуться с ним. Но как это сделать - ведь неясно какая будет у всех реакция и я начал в общей ебле как бы невзначай ласкать Володьку, дотрагиваться до его хуя, а когда он ебал Лельку раком - я ложился под нее валетом и она сосала мой хуй, а я снизу губами и языком ласкал ее пизду и входящий в нее ствол Володькиного хуя и очень желал, чтоб его хуй выскочил из пизды, чтоб самому заглотнуть его - и вот наконец его елда случайно вылетела из пизды и он тут же снова подался вперед, но я не зевал и широко открыв рот принял в себя эту прелесть - Володька не сразу понял, что ебет в рот меня, а не Лельку, а когда секунд через 10 до него дошло, резко вытащил свой хуй и вогнал его опять в Лельку.»

Герйо рассказа находится внутри черного ящика. Он отлично зафиксирован и возможности выбраться у него абсолютно нет. Зато он может подставлять свою задницу под члены и активно брать в рот.

У парня странная привычка - когда он сильно нервничает его тянет сосать члены. Вот и сейчас он расстался с девушкой, а его рот буквально требует заглотить член!

Два гея решили попробовать иностранца. Сайт знакомств им в этом помог, и вот они уже стоят на пороге дома некоего Альфредо.

Похоже супруг в этом семействе сосет даже лучше чем его жена. Во всяком случае соседи так утверждают.

Зарплата, увеличенная в два раза, звучит просто офигенно. Учитывая, что в договоре и так были прописаны не маленькие суммы. Ник же дурак, обрадовался, что за простую работенку получит столько денег. А тут, оказывается, ничего простого. Одна оплошность и недосказанность, приводи волка в незаурядноё положение, где его воспринимают за женищну лёгкого поведения и используют... и используют.

Света, мужчина-женщина, служит своему господину Мартину во всех его прихотях, но больше всего он любит унижать ее, оставив голой на улице или заставив бежать следом. Но однажды и этого ему оказалось мало - он привез ее в тюрьму и позволил всем желающим воспользоваться ею.

«Потом его пальци пробрались мне под футболку. Я тоже ласкал его тело руками, и вот я снял с него футболку. Он был очень красив, он не был качком, но не был жирным, грудь его покрыта темными волосами. Он встал, и я опустился перед ним на колени, и растегнул ему джинсы, Потом он снял их вместе с трусами, я тоже разделся, он попросил меня не снимать трусики, так как сам хотел это сделать чуть попозже. Я взял в руки его член, который уже стоял, и направил себе в рот, прошолся по головке язычком, потом облизал его, одновременно, другой рукой играя с его яйцами. Он шумно дышал, а член его ещё больше увеличился и стал сантиметров 19 в длинну... Потом я начал продвигать член вниз по своему горлу, он придерживал меня за голову и сладко приговаривал что-то. Минут через пять он остановил меня, я выпустил его член изо рта, мы легли на кровать и начали ласкать друг-друга руками.»

Наш герой дал волю своим рукам. Благо перед ним сейчас стоит его подчиненный, который не в праве осуждать действия старшего по званию.

«Потом совершенно по-будничному он вытащил свою елду, которая уже снова была готова к бою, и приказал мне встать спиной к нему и расставить ноги. По шороху сзади меня я догадался, что он натянул презерватив и чем-то смазал его, наверно гелем. Затем, все еще с папиросой в руке, он крепко ухватил меня этой рукой, в то время как другой рукой нажал своим концом в мой тесный задний проход. Я куда-то полностью провалился, чувствовал давление, иногда оглядываясь назад, видел его отвратительно гримасничающее лицо в зеркале и догадывался, какое удовольствие доставляло ему напяливать меня. При этом он продолжал с полным удовольствием курить, придерживал мой зад и спокойно и равномерно трахал меня в задницу, иногда похлопывал по ней. Ему не мешали мои периодические вздрагивания или умоляющие взгляды, когда мне было особенно больно. С моего конца капало само по себе, член был полу стоячим и раскачивался из стороны в сторону, мои яйца угрожали взрывом.»

«Мне очень нравиться, теперь я стараюсь ходить чаще в бассейн по вечерам и стою под душем и жду у кого отсосать, приходите непожалеете, я бываю по вечерам. А бассейн называется Олимпийский! Меня там все имеют, да и в рот даю многим!»

«Во время одной из встреч, когда я уже стал забывать о Рыжем, Чемодан сам заговорил о нем, причем пересказал мне же мою историю в интерпретации Рыжего. Я был возмущен до глубины души тем, что он обнародовал наш почтовый роман и, хотя и не подал виду и посмеялся вместе с Чемоданом над своими неумелыми ухаживаниями, загадал себе все-таки встретиться с Рыжим и поглядеть в его глаза. Ой, как тесен мир!»

«Уже стали привычными наши встречи! Уже настолько, что я стал их ждать! И радоваться, видя его после двух-трех дней разлуки! И радоваться, что и ему наши встречи приятны, и он их ждет! И что так легко, когда нас двое, и больше никого нет - не для секса, ни для других отношений. Да и секс стал не дико важен! Гораздо важнее, что я ему нужен! Постоянно! Всегда! Все! Хватит! Чудес не бывает! Он все имеет в своей семье - и тепло, и ласку, и заботу. И деньги он исправно берет, так что основа взаимоотношений не меняется! Но почему же такое жгучее ощущение, что ты ему нужен? Что без тебя ему будет плохо и одиноко? И хочется его обнять, обогреть, окатить теплом, сделать так, чтобы ему было в этой жизни спокойно от того, что ты у него есть!»

«В ванной я нашел крем для смазки, раздвинув его попочку, мой член начал расширять его анальное отверстие. С каждым толчком, входя как можно глубже, сжимая его ягодицы. У меня раньше был опыт анального секса с женщинами, но это совершенно другое ощущение. Знать, что ты полностью обладаешь сильным, красивым мужчиной с безупречным телом и в тоже время таким чувственным, что не в силах сдерживать громкие стоны, почти переходящие в крик, каждое прикосновение к его коже находит отклик. Лаская его член рукой, пока он не кончил, содрогаясь, я излился в него.»

Такое было не раз, знаешь человека, даже двух, а через время узнаешь, у нас общие интересы.

«Не было ничего удивительного в том, что у Вани Рассудина на правой руке, там, где она закругляется, переходя в плечо, - была родинка в виде треугольника, или в виде сердца, если читателю так кажется поэтичнее. Не было ничего удивительного, потому что у кого же их нет, хотя и не на плече и не в виде сердца? - не было ничего удивительного и в том, что эту родинку никто не видел, а кто видел, то не обращал особенного внимания. Несколько удивительно было то, что в это утро, стоя у раскрытого, но зан»

«Вот - лето... к нам в гости приехали родственники, и с ними смазливый, на девчонку похожий Славка - их сын; мы со Славкой ровесники, - вечером Славку, который мне сразу же понравился, определяют спать со мной вместе - на одной тахте, благо тахта в моей комнате широкая-преширокая, и, едва наши мамы выходят, пожелав нам спокойной ночи, Славка тут же придвигается ко мне близко-близко, отбрасывая в сторону свою простыню; "Ты с кем-нибудь долбишься?" - шепчет он, блестя в темноте глазами; вопрос застаёт меня врасплох, - я ни с кем не долблюсь, но сказать об этом Славке честно у меня почему-то не поворачивается язык, и я неопределённо хмыкаю в ответ - хмыкаю так, чтоб это хмыканье не было похоже ни на утверждение, ни на отрицание; но Славку такой мой невнятный ответ явно не удовлетворяет, и он, совершенно не церемонясь с моими чувствами, спрашивает снова - переспрашивает, поясняя: "Я не понял, что ты сказал"; хуже всего, когда правду не скажешь сразу, а тебя начинают пытать - начинают выспрашивать-уточнять, и тогда приходится изворачиваться... вот это хуже всего!"Я сказал, что да... было несколько раз", - вру я, чтоб не выглядеть в Славкиных глазах полным отстоем; "Я тоже... ну, то есть, тоже - несколько раз, - шепчет Славка, обдавая моё лицо горячим дыханием; я лежу на спине, повернув к Славке голову, в то время как он, приподняв голову - опираясь щекой о подставленную ладонь, нависает надо мной, глядя на меня сверху вниз. - А когда нет девчонки - когда без девчонки... ты в таких случаях что делаешь?" - неугомонный Славка бесцеремонно атакует меня новым вопросом: вдруг выяснятся, что смазливый Славка на девчонку только похож, а характер у него напористый, мужской - в характере Славкином ничего девчоночьего нет; "Я? Ничего я не делаю... а ты?" - я, пробормотав первые пять слов, возвращаю Славке его же вопрос, и голос мой, когда я спрашиваю "а ты?", звучит уже совершенно по-другому - отчетливо и внятно; "Когда нет девчонки? Ты это имеешь в виду?"- горячим шепотом уточняет Славка, глядя мне в глаза; "Ну-да, - шепотом отзываюсь я. - Когда нет девчонки... "; и здесь Славка произносит то, что я в то время не смог бы выговорить ни под какими пытками, - всё так же глядя мне в глаза, Славка говорит: "Когда нет девчонки, я это делаю с Серёгой... " - Славка, мой ровесник, лежащий рядом, говорит мне "я это делаю с Серёгой", и я чувствую, как у меня от неожиданности приливает к лицу кровь; "Как - с Серёгой?" - шепчу я вмиг пересохшими губами; член мой, наполняясь саднящей сладостью, начинает стремительно затвердевать; "Обыкновенно, - шепчет Славка. - Так, как будто с девчонкой... "; я молчу, невольно сжимая мышцы сфинктера, - я смотрю Славке в глаза, пытаясь осмыслить то, что он только что сказал; "А Серёга... это кто?" - не узнавая своего голоса, я выдыхаю шепотом один из миллиона вопросов, которые хаотично возникают - роятся - в моей пылающей голове. "Серёга? Мой одноклассник. Мы дружим с детского сада, - отзывается Славка и тут же, не давая мне времени осмыслить эту новую информацию, задаёт свой очередной вопрос: - А ты что - никогда не пробовал?"; "Что - не пробовал?" - шепчу я, не слыша своего голоса; "Ну, как я... с пацаном, - Славка смотрит в мои глаза неотрывным взглядом; и горячее его дыхание щекотливо касается моего лица. - Никогда не пробовал?"; "Никогда", - еле слышно отзываюсь я; член мой, распираемый изнутри, в трусах гудит, и я, глядя Славке в глаза, то и дело с силой сжимаю мышцы сфинктера - мне хочется сжать, стиснуть горячий член в кулаке, но Славка лежит рядом, и делать это при нём мне кажется совершенно невозможным; "Мы можем попробовать... если ты хочешь", - шепчет Славка таким тоном, как будто предлагает мне прокатиться на велосипеде; я лежу на спине со сладко гудящим членом, и сердце моё колотится так, что мне кажется, что бьётся оно у самого горла; я снова - делая это непроизвольно - облизываю горячие сухие губы; "Ты что - пидарас?" - шепчу я, причем слово "пидарас", обращенное мной к лежащему рядом смазливому Славке, возбуждает меня почти так же сильно, как само Славкино предложение, - в интонации моего голоса нет ни обвинения, ни насмешки, ни страха, а только одно обжигающе горячее, почти телесно ощущаемое любопытство; "Почему пидарас? Я делаю так, когда нет девчонки... и ты так можешь делать, когда нет девчонки. Любой так может делать, когда нет девчонки, - объясняет мне Славка, и я, глядя ему в глаза, не могу понять, говорит он про девчонок серьёзно или это у него такая уловка. - Что - хочешь попробовать?" - шепчет Славка; я невольно облизываю пересохшие губы; "Ну, давай... если ты сам хочешь", - отзываюсь я, причем последние три слова я добавляю исключительно для того, чтобы вся ответственность за подобное поведение была исключительно на Славке; но Славку, кажется, совершенно не волнует, на ком будет "вся ответственность", - сдёргивая с меня простыню, он тут же наваливается на меня своим горячим телом, вжимается в меня, раздвигая коленями мои ноги, и я чувствую, как его напряженно твёрдый - волнующе возбуждённый - член через ткань трусов упирается в мой живот... ох, до чего же всё это было сладко! Ни орального, ни анального секса у нас не было, и даже более того - сама мысль о таких более интимных формах наслаждения нас почему-то ни разу не посещает, - две недели дядя Коля, тётя Света и Славка гостят у нас, и две недели мы со Славкой каждый вечер перед сном, приспуская трусы, поочерёдно трёмся друг о друга возбуждёнными члениками, мы обнимаем и тискаем друг друга, содрогаясь от мальчишеских оргазмов... и что это - форма совместной, ни к чему не обязывающей мастурбации или один из явно "голубых" эпизодов на пути к будущей идентификации себя как любителя своего пола - я особо не думаю, - делать то, что делаем мы, в кайф, и это - главное; главное - удовольствие, а не слова, которыми оно называется...»

«Андрей, лёжа на спине с поднятыми, к плечам запрокинутыми ногами - содрогаясь от ритмично долбящих толчков, поступательно совершаемых нависающим над ним Максом, закрывает глаза... всасывая в себя воздух приоткрытым ртом - с шумом выдыхая воздух носом, Макс, ритмично двигая задом, снова трахает Андрея в очко, а в это время Андрей, в ожидании Максова оргазма лежащий с закрытыми глазами, представляет на месте Макса Игоря, - Андрей, без труда сосредоточиваясь на своей мысли-фантазии, живо представляет, что это не Макс, ритмично двигая бёдрами, сладострастно трахает его в зад, а это делает Игорь - симпатичный весенний "запах", при одной лишь мысли о котором у Андрея начинает сладко сосать в груди... и - в реале переживаемое ощущение твердого, обжигающе горячего Максова члена, взад-вперёд скользящего в глубине тела между ног, переплетаясь с невидимой Максу фантазией, рождает в душе Андрея острое чувство жаркого и вместе с тем томительно-сладостного удовольствия...»

Герой рассказа делится со своей мамой своими сокровенными фантазиями. Оказывается, любовь к женской одежде парню привила его мама.

«Я стал поглаживать его член через трусы, чувствуя, как он, изначально небольшой и вялый, постепенно набирает силу. Вскоре он встал в полный рост. Не в силах сдерживать себя больше, я одним рывком стянул его трусы почти до колен и прильнул губами к предмету своего вожделения. Сперва я облизал крупную круглую головку, ее слегка кисловатый вкус показался мне восхитительным, затем вобрал в себя как можно больше твердой плоти и принялся сосать. Хотя я делал это первый раз в жизни, мне казалось, что я делаю все очень хорошо. Олег зашевелился и стал постанывать от удовольствия, однако не просыпался. Его член раздулся еще больше и стал пульсировать. Наконец, он взорвался у меня во рту, наполнив его теплой дурманящей спермой. Некоторое время я наслаждался вкусом этой живительной влаги, затем проглотил ее.»

Любовь – любовью, а попку рано или поздно все равно подставлять придется, раз уж это однополые отношения. Наш герой ужасно переживает на этот счет.

Парень буквально с первого взгляда влюбился в... парня. Как теперь быть? Что делать? Он так хочет ощутить его член в своей заднице.

«Денис, между тем подтянулся, к Нику, залез на него, Ник уже стонет под ним и широко разбрасывает ноги. Снизу он чувствует, как Рене массирует его яйца и, кажется, отдает предпочтение ногам моего партнера, так как он гладит и целует их снова и снова. Денис тоже раскрутил на себе резинку, поворачивает Ника на живот и осторожно ползает по нему. Тот уже в полном трансе и тихо постанывает, Денис спрашивает, можно ли ему войти в него. Ник слабо выдыхает "да" и что это у него первый раз. Ещe прежде чем Денис по-настоящему вошел в него, он услышал за собой первый стон: Рене, очевидно, не мог вынести такой страстной картины и первым кончил, забрызгал себе белой густой спермой всю грудь и живот. Когда Денис медленно проник в Ника, малыш слегка вскрикнул, но как только тот стал ебать его быстрее, он медленно, но уверенно настроился на толстый член и лихорадочно стал целовать руки Дениса, не переставая дрожать. Рядом с этой парой лысый продолжал добросовестно трахать меня , а я сосать Паулю его совсем не к маленький конец. Лысый признался, что сделал бы паузу, чтобы сходить в туалет, но тут же Пауль пристроился за мной, и мой партнер мог теперь только смотреть со стороны и сзади, как Пауль засовывает свой хуй в мою задницу и начинает двигать своим упругим задом. Его ноги в белых носках в полуметре от Дениса с Ником, и Денис иногда касается их рукой. Пауль, похоже, лихо возбудился, и, когда лысый вернулся в комнату и похотливо ухмыляясь встал рядом с кроватью, чтобы полюбоваться оргией вокруг себя, Пауль вскрикнул, скрючился надо мной, и, не переставая завывать излился в меня. Лысый довольно быстро отстранил его и с новым презиком стал дико продолжать ебать меня как прежде. Пауль улегся рядом со мной, стал целовать меня и массировать мой хуй, что усиливало мое возбуждение. А когда он взял его еще и в рот, я с трудом сдерживался, но убедил себя, что кончу лишь после того, когда кончит мой партнер.»

«Ты пропускаешь руки ему под пальто и стягиваешь трусы так, чтобы его задница оказалась свободной, берёшь ее в ладони и начинаешь мять, потом ты поглаживаешь ему бедра и массируешь яйца. Ты отсасываешь ему со всей своей фантазией. Ты то заглатываешь его хуй целиком, то только головку, то проводишь его членом по своему нёбу, то тыкаешь в свою щёку... Он начинает подмахивать тебе и ты чувствуешь, что он вот-вот кончит и тут ты вертикально насаживаешь свой рот на хуй японца. Он кричит... "БЛЯ-Я-Я-Я!!!" (вот ведь что запомнил, а?) и выстреливает тебе в рот. В твои планы не входит пить его семя и поэтому ты устраняешься. Он помогает себе кончить руками и удовлетворённый уходит. На твою просьбу отсосать он отвечает отказом. Ты не удовлетворён, в твоём хуе столько энергии, а отсосать её некому. Ты открываешь двери кабинки и нечаянно ударяешь какого-то парня. Он, вероятно, подсматривал и теперь стоит и смотрит на тебя. Ты тоже вызывающе смотришь на него, но он боится сделать первый шаг. Тогда ты подходишь к нему ближе и кладешь свою ладонь на его ширинку, он, почуяв свободу, начинает мять твой член через штаны. Ты предлагаешь ему уединиться в кабинке, и он соглашается. Ты заходишь первым и расстёгиваешь свои джинсы.»

«Я переношу его руки себе на бедра, убирая их от члена, запрокидываю его голову на спинку кресла и вцепившись в стенку обеими руками, начинаю его трахать.»

«РАССКАЗ Паши Ангелиной»