Гетеросексуалы: Порно рассказы

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

Миша годами носил свою фантазию в самом тёмном уголке души. Слишком стыдно, чтобы кому-то признаться. Слишком страшно, чтобы попросить. Каждый раз, представляя этот сценарий, он замирал от ужаса перед насмешкой и осуждением. Но Алла — зрелая, мудрая женщина, она не отшатнулась и ее ужаснулась. Она сделала единственное, что умеет настоящая мать (даже если не родная по крови): приняла целиком. Вместе со стыдом, трепетом и самой запретной мечтой. В её спальне нет места насмешке. Только тепло. Только безопасность. Только любовь, которая позволяет быть любым — даже слабым, даже «неправильным», даже жаждущим того, о чём не говорят вслух. Алла становится для Миши не просто женщиной, а той самой фигурой, где страх превращается в нежность, а вина — в глубочайшее доверие.

«Ты была напряжена, не совсем понимая, чего от меня можно ожидать. Ничего не сказав, я взял тебя за руку и ввел внутрь, закрыл дверь и защелкнул замок.»

«- Ой, миленький, какой у тебя огромный член! Он даже лучше, чем я себе представляла.»

«Я сажаю тебя сверху, и мы начинаем любовную скачку. Я помогаю тебе, нанося удары снизу, ласкаю твою грудь, ты упираешься в меня ладонями, и я перехожу на твою спинку. Затем я кладу тебя набок, и мы ласкаем друг друга, пока мой член медленно ходит в тебе. Но тебе этого уже мало, тебе хочется еще, быстрее, сильно. Я кладу тебя на спину, закидываю ноги себе на плечи и начинаю входить в тебя. То ударяя снизу вглубь, натирая твою переднюю стеночку, то перемещаясь наверх, когда ствол моего члена трет тебе клитор.»

«Чувствуя накатывающую волну оргазма, Петр с силой отодвинул подругу от своего лица, направив ее губы к уже начавшему пульсировать пенису. Лиза едва успела уступить ей свое место. Поток спермы вырвался из Петиного члена с такой силой, что Полина даже не успела сделать глоток, хотя и очень этого хотела: молочно-белая жидкость залила ей лицо и грудь. А Лиза закончила дело, снова обхватив пенис губами.»

«- Любимая! - спокойно и чуть насмешливо ответил мой Хозяин. - Я чуть ли не минуту назад слил пол-банки спермы тебе в глотку, извини: Мне надо чуточку подзарядиться, ты не против? Пойдём, я тебя немножко полечу словами, ОК, милая? Странно, но я действительно мгновенно успокоилась. Уже через минуту я сидела в кухне у него на коленях (я, конечно, вру, что успокоилась, моя пизда откровенно хотела ебли, а моя рука нежно, но настойчиво дрочила оживающее сокровище) ; тем временем я невнятно рассказывала свою нескладную жизнь вице-президента российско-американской фирмы, которая вышла замуж по любви на четвёртом курсе, после диплома родила, через год забеременела и опять родила, а ещё через три года успешной карьеры внезапно застала своего любимого и единственного мужа в кабинете вылизывающего пизду своей секретарше. - Ну хватит, милая! Ты меня действительна растрогала, а заодно и надрочила - открывай свои нежные губки и садись на хуй: Осторожненько, головку не помни. Умница! Господи, что это - в меня впозло что-то очень большое, твёрдое и постоянно растущее. Да, я об этом читала, что хуй у мужика занимает форму влагалища, но: Ааа-ааа! Блядь, он вырос так незаметно и уже забил мою пизду, и уже тыкает мою матку, ёб твою мать, я уже кончаю: Милый, я твоя сука, я твоя блядь, нет, проблядь, блядища, еби, еби меня, тыкай своей залупой в мою пиздищу! Я буду тебе отсасывать, отлизывать, только не останавливайся, еби, еби меня! Ё-ё-бан-ный в рот! В меня что-то стало брызгать горячее и:»

В корпоративном аду, где слоганы бьются как тела в экстазе, Елена — буря розового хаоса — врезается в Максима, стену синего перфекционизма. Их проект тонет в спорах, но искры летят: от чата к бару, от касаний ног к поцелуям в полумраке. Дверь офиса захлопывается — и вот она на ковре, трусики в зубах, горячие ласки, стоны страсти. Уже никто не помнит о разногласиях — их объединили глубокие толчки, хлюпающие звуки и цунами оргазмов.

Артём во всём ищет со мной оптимальную гармонию. А я не могу понять - это свобода или клетка? Кажется моё тело мне не принадлежит - наш секс это красивое искусство, настолько, что нас можно впору в музей выставлять.

Системный администратор Алексей держит периметр в хрущёвке, ставшей убежищем для двоих. Ольга и Марина приходят сюда, чтобы смыть с себя маски и грязь большого города. В тесной квартире они спят втроем на одном диване, греют друг друга телами и лечат раны грубым, честным сексом. История о выживании, инстинктах и поиске тепла в мире, который давно сошёл с ума.

Впервые они позволяют себе заботу — и сразу же совершают ошибку, которая подрывает всю систему. Таблетка, купленная на последние деньги, становится не защитой, а оружием, направленным против собственного тела. Организм бунтует: рвота, боль, химическая пустота. И тогда приходит осознание — искусственные решения не работают. Их тела не хотят «спасения». Они хотят друг друга, даже если это опасно. Даже если это смертельно.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

«Как бегут года! Вспоминаю Алену. Так хорошо ее помню, будто разошлись прошлым летом. Когда я познакомился с ней, ей было ровно восемнадцать. Мы прожили вместе два года. Получается, что ее нет со мной уже около трех лет!»

Главный герой рассказа сам того не желая подглядел за своей любовницей в скайпе. Девушка забыла выключить камеру и поспешила заняться диким сексом сразу с двумя горячими парнями.

«Майк прилип к ее манде, словно металл к магниту. Волосня лезла в глаза, колола лицо, но он не обращал на это внимания, и, чавкая, вылизывал жирную пизду Моны, заменившую в его системе ценностей То-кийскую биржу! Когда ее дыхание участилось, он поднял глаза и увидел, что она засунула себе в рот собственную сиську и сосет ее. Майк, чувствуя, что женщина вот-вот кончит, выпрямился и по яйца за-сунул свою дубинку в кипящий котел ее пизды.!»

«Мы с Людмилой вместе уже почти шесть лет, и, кажется, знаем друг о друге всё. Порой, однако, я в этом сомневаюсь. Возможно, она знает обо мне действительно всё (или почти всё, если касаться только нас двоих), а вот я: До сего дня не перестаю удивляться волшебной силе её тела, погружаясь в буйное море похоти и почти погибая в её жарких объятьях. Бывают минуты, когда, возлегая рядом по утолении страсти и обоняя терпкий аромат её гладкой и обильной плоти, я хочу от избытка чувств вцепиться зубами и»

«А теперь резко повернуть малышку спиной ко мне, приказать упереться руками покрепче о край ванны и прогнуть спинку сильнее, трусики с нее к черту вниз, увидев как струйка крови потекла между бедер и она дернулась снова... стоять я сказал... стоять, я сделаю все как надо... и резко ввести мой крепкий как кол мачо в истекающее кровью влагалище...о как у тебя горячо у тебя,как мокро,как классно... и сквозь струйку крови тебе ввести член по самую шейку матки, слыша как ты закричала как волчица в лесу...еще...и поглубже... о как мокро там у тебя... как печет,как хочется тебя крошка... и еще тебя на всю длину члена...как ту сучку во время течки... сквозь алые капли... поток горячей воды...поглубже и резче... еще резче... сквозь твой крик... и кровь между бедер... вводить и вводить до упора...закричать...и кончить в тебя и вместе с тобою...»

«Угомон был недолог... от нежных слов и трепетных поглаживаний я неожиданно для себя проявил искренне желание поближе познакомиться с этим невероятно гостеприимным влагалищем. а вот и секрет -словно рожок, в фалангу детского мизинчика величиной, выступает бордового цвета, бесстыдно трепетный клитор. раздвигаю бёдра локтями, ладони-на губищи и всей мордой лица-в сок и мякоть пизды. когда борода и усы напитываются её влагой, прикусываю слегка рожок-и наступает власть мужчины. танечка отзывается на самоё лёгкое движение губ, языка и невероятно возбуждающе дрожит животиком и бёдрами. дёргая себя за соски, она доводит возбуждение до пика, а мой пальчик, потирающий ребристую "крышу"вагины -последняя капля. в ещё сокращающуюся пизду ввожу свой хуй и начинаю долбить совершенно безжалостно, заботясь только о своём удовольствии. женское тело растворяется -мну обеими лапами задницу, всасываю груди до самого горла-и быстро достигаю апогея. остывая, болтаем обо всём.»

Безбашенная. Настя потеряла над своими желаниями контроль. И тот, кого она так недавно хотела, стал свидетелем... Впрочем, читайте сами

Алексей — архитектор цифровой реальности, гений, чьи алгоритмы управляли жизнью мегаполиса. Он был богом в своей системе. Пока система не решила, что он устарел. Увольнение стало лишь первым сбоем. Настоящий коллапс произошел в его собственной спальне, где его тело предало его, превратив близость с любимой женщиной в протокол унижения.

Брат и сестра оказываются заперты в пустом родительском доме, где воздух пропитан невысказанным напряжением и призраками прошлого. Каждая вещь, каждое воспоминание становится катализатором их взаимного, подсознательного влечения. Геометрия отсутствия обнажает то, что они так долго скрывали, заставляя столкнуться не только с тенями прошлого, но и с запретной природой их собственной связи.

Ольга не продаёт тело — она продаёт иллюзию власти. За полмиллиона рублей в новогоднюю ночь она становится Богиней для тех, кто привык покупать всё, кроме собственного спокойствия. Но когда клиент нарушает протокол, а риск превращается в удовольствие, граница между работой и желанием стирается. В её мире нет места слабости — только контроль, боль и холодный расчёт. Но что произойдёт, когда даже она захочет нарушить собственные правила?

Попался мне парень. Всем хорош, и трахается неплохо. И вдруг я выясняю, что у него таких как я - сколько волос у меня на лобке.

Чем ближе угроза разоблачения, тем сильнее их связь. Алина примеряет маску опасной женщины, Кирилл ловит в её взгляде вызов — и они трахаются у входной двери, пока за ней уходит участковый. Страх превращается в возбуждение, а шутка одногруппника — в подтверждение их тайны. Они играют в «брат с сестрой» на людях, но за стеной их квартиры рождается нечто большее: не просто связь, а замкнутая экосистема, где внешний мир — лишь фон, а законы диктуют их желания и раны.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

Директор добивается своего и в его распоряжении появляется готовая ко всему горячая школьная училка. А Вика решает что одних мальчиков ей будет мало.