«Я расстегнул брюки и высвободил член из трусов. Он сам вошел головкой куда надо. В порыве страсти я поддал вперед. Он уперся во что-то (был ли это изгиб влагалища, или его дно, или же плева - я не понял). Лена ойкнула и отпрянула назад. Я опять вперед - она опять назад. Не в силах себя сдерживать, я обхватил ее руками и перебросил через себя, прижав спиной к стенке. Я снова поддал вперед. Лицо девушки исказилось гримасой боли. Она с силой толкнула ладонями меня в грудь и, проявив какую-то змеиную гибкость, подтянула колени себе под мышки и уперлась ступнями мне в живот. Ослаблял я давление, ослабляла и она. Если я усиливал, усиливала и она, для большей чувствительности еще поворачивая ступнями, ввинчивала каблуки мне в тело. Отрегулировав, таким образом, глубину погружения моего члена, она и сама теперь начала мелко двигать вперед-назад. Член входил только головкой, максимум наполовину. А мне хотелось на всю длину, чтобы упереться лобком. Я никак не мог сладить с миниатюрной, но гибкой и резкой подругой и все больше опасался ее резких движений ногами. Постепенно страстное желание уходило, сменялось апатией и слабостью. Я даже сделал попытку отодвинуться, но Лена уцепилась пальцами мне в плечи. Я смирился. Я провалился в забытье. Но Лена ногтями стискивала кожу на плечах, "давала шпоры" в живот. Вдруг она разжала пальцы.»