«Сначала все вокруг да около, а позже я просто не могла здержаться и не рассказать как ты, кисуля, посадил меня на стол и лизал меня своим язычком прямо там... Я рассказывала бо этом так горячо и страстно, что аж забылась и не заметила как вся прямо загорелась от желания. Описывая момент, как я кричала, достигая высшей точки удовольствия я очнулась и бросила взгляд на подружку, сидящую в кожаном кресле напротив: эта милая брюнеточка в коротенькой беленькой юбочке и голубом топике вся аж пылала. Аромат ее то ли парфюма, то ли естественного благоухания дал мне в голову и я пристально посмотрела на нее. Пауза затянулась...»

«Отдыхая в кресле неторопливо тянущегося вверх подъемника, Славик краем глаза отметил, как какая-то очень дорого и ярко одетая женщина, неторопливо спускавшаяся по относительно пологому склону, потеряв вдруг равновесие, упала, попыталась встать и тут же, всплеснув руками, опустилась на снег.»

«- Я прочла ваш сценарий, -сказала Марина, возвращая ему рукопись. -Напрасно вы так стеснялись мне его показывать - для меня здесь нет ничего необычного, всё это мне хорошо знакомо. Не надо делать вид, что вы удивлены.»

«Восемь часов вечера. Ворота городской больницы закрываются. Этажи здания наполняет леденящая душу тишина. И лишь в кабинете дежурного врача теплится свет жизни.»

«Зовут меня Милена, мне тридцать восемь лет, блондинка, весьма привлекательная (по крайней мере, так мне говорят), слегка пухленькая, вот уже год, как живу одна, половую жизнь веду нерегулярную, скорее случайную, а главное - очень банальную. Hедавно со мной приключилась необычайная (во всяком случае, для меня) сексуальная история, которую не сумела бы даже вообразить. Мои старые друзья (супружеские пары Гена с Леной и Петя с Люсей) пригласили меня на "пикник".»

«Это было в начале лета. В мае, а может быть, в июне. Сейчас уже зима, и я не совсем четко помню "дела давно минувших дней..." Но кое-что отобразилось в моей памяти надолго.»

«Катpин любила кyпатьcя в ванной каждый день и тащила меня за cобой. Мы pаздевалиcь, ложилиcь в теплyю водy и подолгy лежали неподвижно и молча, как тpyпы. Иногда Катpин пpинималаcь меня мыть и, натиpая гyбкой мой живот, как бы невзначай теpла pyкой междy ног. Cначала я не обpащала на это никакого внимания, но поcтепенно пpивыкла и находила в этом yдовольcтвие. Я cтала cама пpоcить Катpин потеpеть мне пиcькy и пpи этом шиpоко pаздвигала ноги, чтобы ее pyки могли cвободно двигатьcя.»

«Hаступило утpо... обычное утpо обычного будничного дня сеpедины зимы. В пpедpассветной темноте загоpелись окна домов, на остановках начал собиpаться наpод, откpылись станции метpо и толпы пpолетаpиев хлынули вниз, тоpопясь к началу утpенней смены. Пpошел еще час и из подъездов показались ондатpовые шапки чиновников. Когда почти совсем pассвело, настал чеpед студентов и школьников.»

«Входит Вика.»

«Маленькая бронзовая табличка на двери: "Маргарита Шварц. Главный дизайнер", и немного ниже: "Только по предварительной договорённости", прямым, неприятным шрифтом. Я улыбнулся, не выпуская изо рта сигарету. Я успел узнать, что Маргарита была старой, чопорной и строгой. Таблички на двери подтверждали эти сведения. Но также я успел узнать, что её чопрность может капитулировать перед молодым, привлекательным мужчиной, каким я и считал себя. А так как я решил осесть в Нью-Йорке, то жизнь меня»

«Пахала баба в поле; увидал ее медведь и думает себе:»

«- Разве ты не хочешь трахнуть меня сзади? - и, не дожидаясь ответа, легла животом на стол, одним неуловимым движением руки задрав платье. Малыш еще только собирался кивнуть в знак согласия, а ноги девушки были уже широко расставлены, изумительная попка отклячена, мокрые половые губки, вывернувшиеся ему навстречу, призывно разошлись! Драгоценное женское хозяйство Тутты так ярко и откровенно сияло над черным кружевом чулок, что перед соблазном не устоял бы даже сфинкс, не то,что шестнадцатилетний мальчишка. Он засадил свой отнюдь не детский член в тропические глубины влагалища с такой охотой, с таким рвением, с таким неистовством, что Тутте показалось, будто ее глаза под напором кошмарной дубины вылезают из орбит. Но это ужасное и одновременно сладостное ощущение длилось всего миг и сменилось отчаянным удовольствием, которое порождал ритмично и мощно перемещающийся в ней фаллос. Малыш вцепился обеими руками в гладкие бедра девушки и делал размашистые движения тазом, надвигая их на свою несгибаемую твердь при каждом толчке. Тутта стала кончать практически сразу. Сначала она просто громко стонала, знаменуя наступление очередного оргазма, потом тональность издаваемых ею стонов приблизилась к истерической. А финал был просто неописуем! Ее оглушительный сладострастный вопль распугал, наверное, всех котов на окрестных крышах и разбудил не одну добропорядочную семью. Во всяком случае, в нескольких ближайших окнах загорелся свет...»

«Как говорят врачи, нет ничего извращенного, если "это" приносит высшее наслаждение обоим. Все дело в том, что минувшим летом, в июне, ко мне приезжала на неделю молодая женщина-мазохистка. Мне двадцать девять, она моложе меня на пять лет. В переписке между нами я узнал ее "наклонности" которые она не могла никак осуществить. Боялась признаться в этом мужу. После того, как я встретил ее на вокзале, мы поехали ко мне. Она не была красива на лицо, да и грудь опущена, но зато я с»

«Потом она почувствовала как чьи-то крепкие пальцы проникают в её дырочку между ног, растягивают её. Александр медленно начал вводить её в щель сзади свой член. Жернова заходили, и всё быстрее, резче. Саня проникал в девушку всё глубже. Его руки то сжимали её талию, словно держа за поручни, то ласкали живот и сисечки похожие на подушечки.»

«Он вошел в эту комнату, слегка волнуясь. В камине мерцал огонь, освещая своим колеблющимся светом небольшое пространство. На пушистом персидском ковре сидела Она, держа в руках бокал из тонкого стекла, на полу стояла открытая бутылка с красным вином. Звучала тихая мелодия.»

«Она любила оставаться одна поздно вечером в офисе. Тишина и уединение пьянили ее и возбуждали кровь. Она включила компьютер. О, этот интернет, соединяющий мгновенно ее с любым человеком в любой точке земли, эти виртуальные поклонники, эти заочные объяснения и свидания.»

«Проснулась я вся влажная. Ни то в поту, ни то... На скомканной простыне, слегка прикрытая покрывалом и даже в некоторых элементах моей домашней одежды... дома. Дома! В своей родной постельке. Естественно одна, если не считать игрушечного малюсенького пёсика, которого беру иногда к себе в кровать, потому что он подарен дорогим мне человеком... Хотя, пёсик был на полу. И это ещё раз доказывало, что я спала беспокойно... Блин! я спала... Именно спала! конечно спала! Сейчас я понимала, что никогда не смогла бы поступить так смело, так глупо. А она никогда не будет так благосклонна... Я в страхе стала замечать, что расползается потихоньку тёплое ощущение реальности сна. И я стала проговаривать его, еле шевеля губами. Только чтобы не забыть! Я повторила его три раза, добившись наконец очень реального и связного описания событий. Пришлось на некоторое время забросить все свои дела в Интернете и этот рассказ тоже, к сожалению.»

«Наташенька все продолжала нежные движения губами, а одной рукой, начала демонстративно теребить себе клитор, иногда погружая свой пальчик во влагалище. Мы не занимались анальным сексом, но я очень хотел увидеть ее пальчик в попке, о чем ее попросил. Она оторвалась от кота и сказала, что я ненасытный, но так уж и быть, ради меня...Взяв опять член в рот, и прикрыв эротично глазки, своей ручкой начала поглаживать себе бедра, пробегая по половым губкам, а затем остановилась на маленькой дырочке ануса, и не спеша начала погружать туда указательный палец. Потом снова его вытащила, поласкала клитор и опять ввела в анус. Я больше не мог выдержать такой сексуальной пытки, подошел к ней, и пристроился сбоку, свел ее ножки к красивой груди, и ввел свой член во влагалище, а палец засунул в анус, который с трудом прошел туда, хотя весь был в ее смазке. Сума сойти, но она не оторвалась от кота, а продолжала его ласкать ртом.»

«Я нагнулся и просунул одну руку под ее обнаженное бедро, впившись в пухлую жопу. Другая моя рука, сжимавшая ее бедро, быстро переместилась на полную, подпрыгивающую грудь. Я сжал крупный темный сосочек Мэнди и тогда начал спускать в нее. Она задыхалась, когда я толкал моего петуха глубже, выдаивая малафью в тесную дырочку. Я прилег сверху на ее безвольное тело на пару минут перед тем, как мой съежившийся член выскользнул из ее щели. Я посмотрел ей в лицо и сказал: "Спасибо, Мэнди."»

«Сын не находит себе места и крутится на сиденьях. Потом он бегает по залу, шалит. Становится так скучно, что он начинает лазить по креслам. Во все это время мать делает своему чаду скромные замечания. Вдруг ребенок захотел мороженого. Он начинает просить у родителей купить сладость. Те ему отказывают. Тогда он начинает настаивать на своем.»

«

О. думала - или ей так хотелось думать, - что Жаклин будет изображать из себя неприступную добродетель. Но стоило ей только попробовать проверить это, как она тут же убедилась, что все совсем не так. Она поняла, что та чрезмерная стыдливость, с которой Жаклин закрывала за собой дверь гримерной, когда шла переодеваться, собственно, предназначалась ей, О., чтобы завлечь ее, чтобы вызвать в ней желание открыть дверь и войти в эту комнату. В конечном счете все так и произошло, но »

«Но гложило молодую барыню дело одно- кузнец-то совсем неотесанный, в постели, как холопы свечку не держали, ничего у них не выходило (точнее выходило, но реже чем входило...)»

«Яркое солнце, снег... Он, наслаждаясь скоростью, спускался с горы. Впереди на снегу распласталась девушка, лыжи валялись по разные стороны, она заливалась смехом, вызванным непредвиденным падением. Он сделал несколько умелых поворотов и оказался рядом, протягивая руку помощи.»

«На следующее утро Лили, спотыкаясь вышла из спальни, и, хмурясь от ярких лучей солнца, вошла в столовую. Жаннет высунула голову из кухни, эй, соня! Ну как? Я чувствую, этой ночью у тебя был партнер!»

«- Герман, дурашка, открой дверь, сумасшедший парень, - Он стучал в дверь свободной рукой, гадкий, непослушный Герман, дурашка, - Ларри с сожалением покачал головой, - и такую публику принимает Мейт?!»

«Это пpоизошло чеpез два года после тех событий, котоpые описываются в пеpвом pассказе. Hа исходе последнего года обyчения в МГУ Лена все-таки yхитpилась влюбиться... неожиданно для самой себя. Встpечи со стаpым школьным дpyгом стали ее слегка тяготить, потомy что с одной стоpоны иногда она испытывала к немy стpанное физическое пpитяжение - хотелось к немy пpикоснyться, взять за pyкy или под pyкy...было пpиятно с ним видеться, pазговаpивать... но пойти дальше этого ей что-то мешало... Hесмотpя на»

«Обхватив голову руками, она не отрывала глаз от толстенной книги и слегка раскачивалась, разводя и вновь соединяя ноги, - как обычно делают при интенсивной зубрежке. Иногда девушка распахивала бедра настолько широко, что виднелись трусики из белой полупрозрачной ткани. И мое воображение постепенно разыгралось так, что яйца готовы были вот-вот взорваться, "Эх, - невольно подумалось, - попалась бы она мне в каком-нибудь другом месте, а не в читальном зале этой занюханной библиотеки..."»

«Дочка маме говорит:»

«Таня встала с дивана, на котором сидела, погружаясь в воспоминания, открыла свой шкафчик и выбрала оттуда баллончик для клизмы, купленный ею недавно в аптеке. Она просила дать ей самый большой размер из имеющихся в аптеке и аптекарша продала ей грушу объёмом 400 мл. "Вообще для таких барышнь как ты лучше подошлабы кружка Эрмарха!", на прощание она сказала Тане, указав рукой на резиновую грелку с длинным шлангом в конце. Таня густо покраснела и ушла, ничего не ответив. Она знала, что есть такое устройство для постановки клизмы взрослым, но не знала, как ею пользоватся, ибо не разу не видела её применения на практике. "Подойдёт мне и это!", она подумала, "если одного балончика окажется мало, я же могу впустить его ещё раз!".»

«Марина нетерпеливо подала мне наконечник для второй клизмы. Она принимала ее сначала тихо, но потом снова начала стонать, когда в положении "задница в воздухе" вода скопилась в середине живота и начала распирать его. Марина поблагодарила меня, когда я снял с нее лифчик, позволяя легче дышать. Торчащие напряженные соски выдавали ее состояние возбуждения, давая дополнительное значение ее стонам - она наслаждалась заполнением.»