«Наконец она начала сдаваться... "Ладно, давай я тебе помогу... только слушайся меня!" Она поставила меня несколько в полоборота, присела на табуретку и сжимая одной рукой яйца, принялась другой быстро-быстро дрочить...! Я так бурно кончил, что сперма полетела ей на самое плечо...! При этом я норовил подсунуть ей член ко рту, но она все время отводила его в сторону, давая понять, что "нам нельзя"...»

«Она взяла его руку под столом и поместила себе на колено. "Посмотри на мои ноги" сказала Анна. Он смотрел вниз: длинная юбка закрыла ее ноги, но он мог видеть их очертания. "Видишь, как мои колени разведены?"»

«Анна даже испытала чувство благодарности к Сабре, когда та, протянув Анне руку, произнесла: "Тебе пора на демонстрацию пояса", и вывела Анну из комнаты.»

«- Ну, пусть на лавке свой характер показывает! - мужчины привязали строптивицу вышитыми ручниками за руки и ноги к скамейке и встали по бокам, вооружившись розгами.»

«- Нет, пожалуй. Ремня будет маловато! - Борис, догадавшись о предназначении отверстий, пристегнул ремешком воровку за поясницу, взял с полки моток капроновой веревки и привязал ее за руки и за ноги к ножкам лавки. "Интересные веревки. Тонкие, узкие, но явно очень прочные, - скамейка почувствовала, как девочка пробует путы на разрыв, - такими ко мне еще не привязывали!"»

«На этот раз после порки Катя лежала на спине, запястья и лодыжки были вновь привязаны под доской, а Борис уселся на нее в позиции 6 на 9, не позабыв и про сметану для себя и для Катеньки.»

«Работал как-то мужик у себя в огороде, а жара в ту пору стояла, ну, просто жуткая! В общем, разделся он до трусов, а как притомился и стало морить его на солнцепеке от выпитого самогона, то улегся прямо посреди грядок и дал храпака.»

«У Игоря Васильевича Ивановой была самая большая коллекция женских трусиков. Розовенькие, голубенькие, беленькие, ярко красные, черные, с гипюром и без, с узорами, кружавчиками и вышивкой. Были близкие по форме к мужским плавкам и длинные, облегающие ляжки, как мужские "семейные трусы". В горошек и цветочек, с "окошками" и глухие, и бог весть, какие еще. Он мне сам об этом рассказал, и я имел возможность в этом удостовериться, так как видел очень большую часть его собрания. В любых женских трусиках его член вызывал с моей стороны совершенно бешеную реакцию. Говоря самокритично, наши свидания носили с моей стороны любовно припадочный характер. Меня начинала быть лихорадка. Я устремлялся в кабинку, закрывал за собой дверь, сбрасывал с себя полотенце, которым был опоясан, - и с вознесенным к пупу членом приближался вплотную к Игорю Васильевичу. Обнимал его и сильно упирал свой член в его, находящийся в трусиках. Или под поясом для чулок. Или в трусиках, поясе и в дамской комбинации. Игорь Васильевич никогда не надевал бюстгальтер, потому что у него была костлявая грудная клетка, прорезанная с обеих сторон ребрами. Но и без бюстгальтера он смотрелся во всем остальном или только в чем-то одном, как настоящая женщина. Нет, как дама, оказавшаяся внезапно голой под взглядом незнакомого мужчины.»

«Когда Снейп кончил, его снова смазали, и снова пришла очередь Драко и бешеного секса. Так продолжалось чудовищно долго. Поттер и Малфой сменяли друг друга и не давали Снейпу отдохнуть. Когда же он на несколько минут отключался, то, приходя в себя, видел два тела, сплетающихся рядом и рвущие друг друга от страсти.»

«От первого же поцелуя у меня затрепетало внизу живота. Одна моя рука легла ему на затылок и медленно-медленно поползла вдоль позвоночника вниз, вторая в это время расстёгивала пуговицы рубашки (сама удивилась, как ловко у меня это получается в темноте). Он в это время стащил с меня свитер и через лифчик гладил грудь - он всегда просто балдел от сочетания пятого размера и большой попы с тонкой талией. Не прекращая целоваться, мы упали на кровать. Он одним движением расстегнул на мне лифчик и сжал груди так, как никто больше не умел - до совершенно запредельного ощущения, когда приятно буквально на грани боли. Я выгнулась ему навстречу, почти встав на мостик. Он припал губами к соскам, а я занялась его заждавшимся членом. Пальцы на удивление быстро вспомнили, как расстёгивать его любимую пряжку, и через несколько секунд то, чего я так жаждала, оказалось у меня в руках. То, что я делала, явно нравилось ему так же, как мне - то, что делал он.»

«Я залез рукой под простыню и гладил ее бедра и ягодицы, затем, слегка отстранившись, распустил складку на груди, откинул простыню в стороны и стал ласкать ее груди. После душа ее кожа была еще немного влажной и бархатистой, но соски были так же восприимчивы к ласке. Когда я начал ласкать их кончиком языка, Наташа застонала и стала выгибаться мне навстречу.»

«Когда Анна очнулась, ее мочевой пузырь был готов разорваться. Она лежала лицом вниз на диване, ее запястья и лодыжки были связаны. О Боже, она должна писать прямо сейчас; она просто не может терпеть больше.»

«или - нет! давай лучше прикинемся-приколемся... знаешь - кем? скаченными килобайтами, что застыли-замерли на чьих-то бессонных мониторах, - запечатлённые в миг соития - в момент сладострастного совокупления - мы, симпатичные пацаны, трахающие друг друга в юные попки, будем будить в душах смотрящих на нас неистребимое желание делать то же... да-да, то же самое! - и смотрящие, тиская в кулаках напряженные члены, будут воображать себя на нашем месте и, сладострастно содрогаясь от нарастающего удовольствия, будут тихо мечтать о чём-то подобном, - слушай, давай... давай прикинемся фотомоделями, беззаботно и весело позирующими для голубых порносайтов... о, да у тебя уже стоит! и такой твёрдый... блин, как кремень! и размер ничего... оснащен ты, однако, прилично! господи, да не щупаю я тебя, не лапаю! ну, скользнула моя рука вперёд, скользнула - и что с того? подумаешь, запретная зона... ты еще знак прицепи, что запретная зона... или - шлагбаум на брюки приделай, - вот смеху-то будет! у меня, кстати, тоже стоит... нет, не шлагбаум стоит - не смеши, - хуй у меня стоит... да нормально всё это, нормально! ненормально будет, когда он не встанет... кстати: ты измерял? что значит, "в смысле"? без всякого смысла, - линейкой когда-нибудь измерял, на сколько сантиметров твой агрегат в боевом состоянии тянет... нет? и даже мысли такие в голову не приходили? ну, ты даёшь... у тебя что - не было в детстве нормальных друзей? были? и чем же вы, интересно, занимались - чем, взрослея, интересовались? в шашки играли? н-да... потому тебе и вспомнить нечего, что нечего вспоминать; а мы в детстве измеряли - сравнивали, у кого больше... что значит - "зачем"? во-первых, интересно было... а во-вторых, игра у нас в детстве была такая: у кого писюн больше - тот, значит, круче, и не просто круче, а тот - "мужчина", и он - в роли мужчины - сверху... ну-да, кто-то сверху, а кто-то снизу, - я же говорю, что игра у нас в детстве была такая - детская игра "в папу-маму": друг друга мы, пацаны, типа трахали... почему "типа"? а потому что друг другу не засовывали, один в другого не проникали - не по-настоящему, то есть, всё это было... так, баловство! конечно, приятно... еще как приятно! - ёрзая друг по другу, тёрлись друг о друга писюнами... конечно, кончали! еще как кончали... а чего ты, собственно, удивляешься? - многие в детстве так играют, и удивительного в этом ничего нет... где находился в таких играх я? а это - смотря с кем! у одноклассника Толика, к примеру, писюн был чуть больше, чем у меня, и с Толиком, когда мы шли после школы к нему домой, я выступал "в роли женщины": мы приспускали брюки, я ложился на живот, он на меня ложился сверху и, обнимая меня за плечи, судорожно сжимая свою голую попку, с сопением ёрзал, елозил по мне - тёрся своим напряженно торчащим члеником о мои пацанячие булочки... нет, я же сказал, что всё это было по-детски, и в попу, в очечко то есть, он мне не всовывал - на это ума у нас ещё не хватало... а у Игоря и у Жеки - у обоих - писюнчики были чуть поменьше моего, и об их упругие попки своим писюном тёрся я... ну, и Толик, конечно, тоже... тоже тёрся, - я "ебал" Игоря и Жеку, а Толик "ебал" нас троих; а когда приходил Серёга, то "в роли женщины" запросто мог оказаться уже сам Толик, а не только Игорь, Жека или я, - писюн у Серёги был больше всех... кроме того, у Серёги уже росли вокруг писюна - у основания - длинные черные волосы, и кустик чёрных курчавых волос уже был над писюном - на лобке, и - когда Серёга, с сопением елозя и содрогаясь, кончал, на моём теле всегда оказывалась его клейкая горячая влага... нет, в жопу он мне не всовывал; хотя, нет - вру, - однажды, когда мы - я и Серёга - были вдвоём, Серёга попытался мне вставить по-настоящему, но у нас ничего из этого не получилось: мне было больно, и я от такого новшества категорически отказался... да, отказался; а мог бы и согласиться - потерпеть немного... что - моя рука? у тебя в трусах? и в самом деле... ну, не знаю, как она там оказалась! блин, это не рука, а какая-то Мата Хари - везде пролезет... да откуда ж я могу знать, как моя озябшая рука оказалась в твоих жаром пышущих плавках-трусиках? говорю тебе: Мата Хари... и ничего я тебе не дрочу, - не выдумывай! говорю тебе: не выдумывай, - не дрочу я тебе твоего пацана... и не поддрачиваю, - стой спокойно... ну, в трусах моя рука, в трусах, и - что теперь? вытаскивать её, что ли? пусть уже будет там... да ладно тебе! не обкончаешься... а я говорю: не обкончаешься! и вообще... ничего плохого моя рука тебе не сделает - пусть она будет там, где есть... типа - с визитом дружбы... ох, какой ты несговорчивый! ну, хочешь... хочешь - засунь свою руку в трусы мне тоже... ну-да, в трусы, - а что здесь такого? ни засады, ни капкана там нет... говорю тебе: не бойся - засовывай! ну, смелее... вот так! чувствуешь, какой он горячий? губы можно обжечь... что значит - на что я намекаю? ни на что я не намекаю, - стой... а тебе что - послышался намёк? ишь ты! какое у тебя игривое воображение...»

«День начиналса почти как всегда, но под обед было нечто необычное.»

«Ни одна девушка не находила в себе сил ответить ни чего кроме "да сэр", и покорно, как овечка приходила к нему на квартиру. На квартире, он тем же приказным тоном, заставлял девицу ему отдаться, хоть и не имел, по уставу, на это ни какого права. И редко хоть одна девушка попадала к нему второй раз. И ни одна не посмела пожаловаться на него начальству.»

Автор предлагает нам ознакомиться со своими эротическими фантазиями, выраженными в возбуждающих и иногда комичных рифмованных строчках.

Школьные годы чудесные! Но вот останутся ли они такими же замечательными и радостными, если обосраться перед всем классом прямо на уроке? А добрые одноклассники еще долго будут вспоминать этот позорный случай.

-Ё Эу’Z*ѓУ"?ѓCНjіЛ]dUОiЖвХђ1Uj GЗ$Яй(+Щ¦8±Ѕа#„f…ушaўx- ч/ХЧаЙSЇoccЁР~фэpЩєNWЮщКРovЯЂ8ЩшbњёхsО"W.ы…XДЦ™и;<&

Об одном приятном эротическом сне вам расскажет эта история. Кто знает, может, вы решите воплотить ее в реальность? Или рассказ вас настолько возбудит, что эротический сон с вашим собственным участием присниться сегодня ночью.

Главная героиня, ее мужчина и ее же подруга отправились на пляж в поисках чувственных удовольствий и фотосессии. Отдохнули как надо. Особенно повезло подруге с ней однохнула и подруга и ее мужчина.

После первоклассного отсоса Господин решил поощрить свою рабыню и решил сломать ей анальную целку. Обрадуется ли соска такой награде от своего Господина?

Есть ли разница между минетом с зубами и без? Конечно, есть! Обо всех обстоятельствах подробней в рассказе!

Вот и подошли летние каникулы нашего бизнесмена. Пора и отдохнуть как следует на каком-нибудь курорте со своей подружкой. А за делами пока последит верный друг.

Муж снял двух девчушек прямо на лестничной клетке и сразу же повел их знакомить со свей женой. Супруга с радостью встретила новых знакомых и через несколько минут уже предстала перед ними в полной боевой готовности - голая и со страпоном на лобке.

Герой рассказа обожает женское доминирование. Вот только достойную кандидатуру на роль своей Госпожи найти очень трудно. Именно поэтому парень решает воспитать Хозяйку для себя из одной своей знакомой девушки.

Герои рассказа - люди отчаянные. Мало того, что они трахнулись у всех на глазах на пляже, они еще и поехали через весь город в машине голыми на радость пешеходов и водителей.

Слышали о снежном оргазме? Героиня этой истории поделится с вами всеми подробностями этих незабываемых ощущений и передаст читателем весь свой многолетний опыт.

Героиня рассказа ищет все новые и новые пути получения сексуального наслаждения. Она уже давно научилась получать оргазм от купания голышом в снегу. Что следующее на очереди?

Уже знакомая нам ранее героиня продолжает наслаждаться приятным холодом снега. Сидя голой задницей на свежем снежке она и не заметила как к ней подошла группа подростков, надрачивая свои члены.

Не стоит пить много воды перед походом с другом в кинотеатр. Вдруг захочется писать прямо во время фильма, а возможность выхода в туалет отсутствует?