«Но Юлька не слышала. Ругаясь сквозь зубы, она боролась с организмом. В зеркало было хорошо видно, как начали темнеть красные брючки. Пришлось мне Юльку выпускать через водительскую дверь. Она выбиралась наружу мокрым задом вперед, брюки промокли уже до колен. В это время мимо нас стали пролетать машины с остальными участниками пикника. Юлька попыталась спрятаться от них, но остановиться уже не могла, присев за дверцей "восьмерки", она ссала действительно как лошадь. С мокрых ягодиц срывались толстые струйки и разбивались в брызги об асфальт. В промежутке между проезжающими машинами было слышно, как урчит и шипит в ее штанах струя мочи.»

«В стране Сексии удивительное телевидение. Хуйливер не мог оторвать взгляд от передачи - "Мокрое звено - слабое очко". Все семеро участников, а точнее участниц стоят голенькие. Ведущая с плёточкой вокруг них похаживает и задаёт вопросы Не сложнее 7 на 8 перемножить, или какой день перед четвергом, интересуется. Но во время ответа участницу отвлекают несколько помощников, коих из тени не видно и только их руки в перчатках умницу за все интимные места теребят, когда она вопрос слушает и отвечает. Когда раунд из десятка другого вопросов закончится, девочки согреются, выбирают "слабенькое зазвено". Но у ципочки есть ещё шанс забрать выйгранные командой деньги с собой, если она не потечёт, устояв под ласками своих однокомандниц, коим даётся право её возбуждать связанную минут 10, всеми доступными способами, пока их самих ведущая по задам розгой обхаживает. Редко кто из проигравших устоять может, обычно датчик влажности, торжественно вводимый в срамные прорези участниц, перед началом состязания начинает пищать довольно быстро. Тогда проигравшая получает титул "мокрое звено", и по заднице розгой, от ведущей - ударов по числу тугриков кои у команды отспорить хотела. Во время этой порки участница шоу прочно закреплённая в колодки обычно передаёт приветы родным, знакомым и коллегам по работе, которые смотрят передачу в городах: Сракт Сортиркруг, Хуя, Ебаново, Срамск, Хамск, Новопердыкск, и самой Красно - Пердольной Моркве., и говорит, что о подругах по команде думает. После этого почёсываясь покидает студию без выйгрыша и разумеется без штанов.»

«Я сначала не поверил своим ушам, и хотел даже переспросить, но потом одумался..- Что? А, да, конечно, я конечно не против, вместе веселее. - глупая счастливая улыбка всё-таки выскочила на миг, выдав все мои эмоции с потрохами.- Ну вот и отлично - радостно сказала она.Наступила неловкая пауза, в которую я лихорадочно начал думать о том, что я теперь, в связи с этим должен говорить и делать. Промелькнула мысль, что надо бы сбегать в магазин за подарком, но когда это сделать - до нового года оставалось всего четыре часа, а подарки я любил выбирать основательно, не торопясь... К тому же мы ещё даже не приготовили курицу. Видимо она тоже подумала о нашей ощипанной подруге:- Мы совсем забыли про горячее. Куру ведь ещё надо нашпиговать и поставить запечься, а мне надо перед новым годом принять ванну, привести себя в порядок...- Нет проблем, я сейчас займусь ей.- Отлично! Вот орехи, вот лук и яблоки, вот чеснок и приправы.- Разберусь.Пока я заправлял курицу, она ушла за перегородку, стала копаться в своих вещах и подпевать Луису своим бархатным голосом. За перегородкой мне были виден её силуэт и я увидел, как на соседнюю кровать полетела её футболка, потом джинсы.»

«Шум утих моментально, когда Каштанка усугубила свое грязное дело. Сначала раздался грохот выпускаемых газов, а потом по её ногам начали скатываться куски дерьма, и со шлепками падать в лужу на полу.»

«Во-первых, никто из мужчин не сможет одновременно войти в меня и ласкать языком. Во-вторых, резиновый член был как настоящий, и Настя управляла им так умело, как ни один мужик не управляет своим! Я не помню, что было дальше. Я просто потеряла сознание. Когда я очнулась, я открыла глаза, посмотрела в незнакомый потолок, и не разу поняла, где я нахожусь. Надо мной сидела улыбающаяся Настя.»

«Мы долго переписываемся, обмениваемся фото, фантазируем вместе, наслаждаемся друг другом, но это только в инете, это только мечты и фантазии. Тебе обязательно за 40, ты мудр и безумен, ты ищешь и не понимаешь что, ты фантазируешь, но не можешь испытать истинного наслаждения с НЕЙ, ты жаждешь и боишься, ты незнаешь что от нее ожидать, ОНА противоречива и строптива...она МЕЧТА твоя.»

«В какой-то момент я волна оргазма охватила меня и я бурно кончила. После чего отпихнула обоих и сказала - стоп, давайте по другому. После чего, я быстро стянула с них джинсы до колен и стала дрочить член одного и сосать член другого. Потом я стала сосать член первого и дрочить член второго, затем я снова поменяла их местами... Они молчали и только стонали. Чей член в какой момент я сосала я даже и не знаю, я просто отдалась этому вся. Почувствовав, что оба вот вот кончат, я с трудом запихнула оба члена к себе в рот и стала лизать их и сосать их, руками я чуть сжимала их яички. Они кончили почти одновременно. Я не отпускала их пока хоть капля спермы вытекала из них.»

«Я уже не заметила как моя расстегнутая блузка отлетела в сторону. Лёнечка гладил мои сисечки и окаменевшие соски, он целовал их, расстегивал мою юбку и я тихо шепнула ему: "Дверь!" Он кивнул мне метнулся к двери, и в следующую секунду щеколда веранды отгородила нас от всех. Кошачьим движеним Лёнечка освободился от своих брюк. Из его шелковых трусиков рвался наружу твёрдый змей. Я помогла ему освободиться и поцеловала в головку. Лёнечка застонал. Тогда я облизала головку, захватила её губами и стала медленно гладить руками ствол и яички. Лёнечка тихо постанывая опустился на топчан. Одновременно он легко подхватил и повернул меня так, что его лицо уткнулось в мои трусики. Я лежала на нём и держалась обеими руками за его член. В мгновение ока он смахнул с меня трусики и стал целовать мою киску, облизывать её языком, его пальцы ласкали мои ноги и попку. Я поджала ноги и раздвинула их. Я засасывала его головку и готова была проглотить весь член целиком, но он был слишком велик. Я вобуждалась всё больше, целовала его яички и гладила член руками взад и вперёд, мой язык проникал во все щелочки и дычку его головки, моя голова шла кругом, и я поймала себя на том что тихонько рычу при этом. Его губы и язык творили чудеса с моей киской и попкой! Он облизывал мою киску, высасывая всё. Потом он облизывал мою попку языком проникая в дырочку. И опять киску... Я почувствовала, что вся дрожу от возбуждения. И тут низ моего живота привычно ёкнул и меня охватили конвульсии оргазма. Сдерживая стон я сосала его член обхватив его обеими руками. Тут я почувствовала, что Лёнечка вздрогнул и напрягся. Через секунду из его члена ударила струя я её сглатывала и продолжала высасывать всё из его головки. Лёнечка тихо сладострастно постанывая ласкал мою промежность. Через минуту наши тела расслаблено успокоились.»

«Дэйв расстегивает верхнюю пуговицу ее белой блузки и запускает свою руку внутрь и ведет ее вниз. Несмотря на поцелуй, она мягко застонала. Теперь все было в порядке, веселье могло начинаться.»

«Она вынула член Дэйва изо рта и простонала, что кончает, и несколько быстрых качков, которые она сделала его члену, пока говорила это, было достаточно, чтобы он дошел до конца, и разрядился первой порцией спермы поперек ее носа и щек, за чем последовали вторая и третья, которые он направил на ее лоб, покрыв его, и еще немного попало в ее волосы. Я всегда считал, что какая бы женщина не была красивая, лучше всего она выглядит с лицом, покрытым спермой, и она не была исключением. Она пробормотала что-то насчет того, что хотела бы все это внутрь себя, а не на себя, и я в знанк согласия разрядился глубоко в ее вагине, доведя ее до второго оргазма за вечер.»

«Наутро по поведению Тани я понял, что ей стыдно. Она не встречалась со мной взглядом и не вступала ни в какие разговоры. На следующий день мы уехали. Вот и все.»

«Вошла молодая женщина. На вид - вовсе девушка, немного за двадцать, хотя строгая форма старшего лейтенанта прибавляла ее облику зрелости. Но при этом - нисколько не скрывала форм самой девушки. А они были впечатляющими. Тонкая, осиная талия, убийственная для слова "целибат" в голове священника. Высокая упругая грудь, от вида которой и под епископской митрой взметнутся нечестивые мысли, и это будет не единственное, что взметнется у епископа. И такие изящные ягодицы, чья безупречность лишь подчеркивалась форменной юбкой, что даже лик самого благочестивого кардинала зарделся бы в тон облачению. В довершение портрета, девушка была жгучей брюнеткой с демонически красивым смугловатым лицом и выразительными глазами редкой, "каннской" лазурности.»

«Нэнси видела, что девушка практически готова кончить, поэтому она убыстрила все свои движения. Два пальца массировали точку G все сильнее, в то время как ее большой палец продолжал ласкать чувствительный клитор Денис.»

«Повела ту в ванную, показала маленькую электрическую машинку с насадками для регулирования длинны волоса. Показала крем, безболезненно растворяющий волосы И после себя оставляющий лишь гладкую не раздраженную кожу. Потом показала свою гордость - очень дорогой приборчик, со сменными насадками, для создания фигурных контуров из волос. Мила растерялась, она даже и не представляла себе, что все это существует на свете.»

«Галя руководила новой сменой мест. Толика уложили на спину. Милу посадили на его член, Галя сама разместилась над головой мужа, предоставив ему возможность поупражняться в оральных ласках. Гриша во весь рост стоял сбоку, между двумя женщинами. Его член отправлялся поочередно то в один рот, то в другой. Потом женщины поменялись местами, через некоторое время и мужчины. В последний раз смену повторили женщины. Для Грини это было уже слишком. Он стал бурно спускать во влагалище жены. Толик не стал затягивать финал, следом и он изверг сперму под гостеприимно подставленный ротик жены.»

«Сейчас же Наталья уже во второй раз шуровала в своей прямой кишке. Она чувствовала пальцем какашку, застрявшую там. За время почти беспрерывных потуг она, казалось, продвинулась лишь на пару сантиметров. Такого сильного запора у Натальи не случалось давно-пожалуй, уже около года. Поняв, что деваться некуда, она набрала побольше воздуха и что есть силы напряглась. Наконец, когда силы почти уже закончились, Наталья почувствовала, что непослушная какашка потихоньку начинает выглядывать между ее загорелыми и стройными ягодицами. Поднеся палец к своему анусу, она в этом убедилась. Это воодушивило Наталью. Но до конца было еще далеко...»

«Жаль, что у тебя в кабинете нет ни кресла, ни дивана. Я молча встаю раком на полу. Смотрю на тебя глазами, молящими: Ты встаёшь, подходишь к столу, берёшь крем и подходишь сзади. Берёшь крем на палец и осторожно вводишь в моё заднее отверстие. Мне чуток больно, но я терплю: Будущее удовольствие того стоит. У тебя такой толстый член, что до сих пор, а мы вместе уже год с лишним, мне немного больно, когда ты входишь в меня. Чувствую, как ты ввёл в меня уже три пальца: И вдруг ты второй рукой начинаешь дрочить мне. Мне так нравится, когда ты делаешь это мне: Твоя ладонь словно предназначена для того, чтобы ласкать и ласкать мой член: И вот я выдыхаю: суй скорее: Ты медленно проталкиваешь в мою попку головку своего члена, но я теку как сучка. И поэтому стараюсь сам насадиться на кол. Мгновение - и ты полностью овладел мной. Начинаешь остервенело вонзать в меня свой кол. Ты то резко и быстро трахаешь меня, то, замедляя темп, медленно наслаждаешься сексом, доставляя мне необычайное наслаждение: мой великолепный мужчина, а я - твоя сладкая девочка. Наконец-то с тобой я понимаю, чего именно мне не хватало в этой жизни. Руками сжимаешь мои бёдра и трахаешь меня. Спиной чувствую твоё тяжёлое мужское дыхание. Твой рык самца, овладевшего своей сучкой. Перестаю что-либо понимать, всё летит: чувствую только резкие и грубые толчки внутри себя. Ты вонзаешь в меня свой член, и я чувствую горячее семя: трахай, трахай меня, сейчас я твой, я твоя. Я уже больше не могу стоять на коленях, и поэтому падаю на живот, ты полностью на мне, вонзив до конца в мою задницу свой член, обильно кончаешь в меня. Лежим так. Потом я поднимаюсь, ты переворачиваешься на спину, я сажусь тебе на лицо, из моей попки тебе в рот и на глаза вытекает твоя сперма. Размажь её по щекам, я буду слизывать её. И вот одной рукой ты размазал мою сперму по лицу, а другой снова обхватил мой напряжённый член, инстинктивно двигаю бёдрами: я быстро ложусь на спину, по-женски, согнув в коленях, раздвигаю ноги, между ними устраиваешься ты и играешь с моей головкой. Ласкаешь её кончиком языка, одновременно пальцем трахая мою попку: вдруг отрываешься от моего тела и я с сожалением вздыхаю, только не это: грузно ложишься на меня, целуешь в губы, шепчешь: малыш, трахни меня. Именно так, ведь тебе почти сорок, а мне только месяц назад исполнилось двадцать лет. Помню нашу с тобой первую встречу: первый секс. Мы гуляли по парку, было тепло. Незаметно мы вышли на какую-то уединённую полянку, вокруг которой росли кусты, и никого из людей по близости мы не заметили. Обняв меня, ты стал целовать меня, покусывать мочку уха, лизнул мои губы, я приоткрыл рот, и ты мгновенно просунул туда свой язык, мы целовались: долго: руками лаская мою спину, ты снял с меня футболку, я остался в одних джинсах. Спускаясь ниже, вёл языком линию по моей шее к соскам, целовал в живот и расстёгивал молнию моих штанов. Ты опустился на колени передо мной и стал нежно облизывать мой ствол. Он тебе очень понравился, как ты позже признавался. Впрочем, позже мы в очень многом признались друг другу, любовь моя. А в тот момент ты уже яростно, самозабвенно сосал мой член, а я, положив руки тебе на голову, зарывшись пальцами в твою шевелюру, слегка направлял твои движения, но ты и сам старался заглотить мой член как можно глубже. И проглотил выплескивающуюся сперму. Облизнувшись, ты поднялся, обнял меня, приник к моим губам в поцелуе: и передал мне в рот остатки моей спермы: мм, она побывала в твоём ротике, что может быть чудесней. И тут мы заметили, что из-за кустов на нас смотрят двое симпатичных мужчин лет тридцати пяти. Не растерявшись, мы жестами пригласили их присоединиться. Теперь уже я стоял на коленях и сосал твой член, а руками дрочил стволы этих парней. Втроём обкончав меня, вы приставили свои члены к моему лицу, и я их с удовольствием облизал. Потом, целиком раздевшись, ты стоял раком, и я нежно трахал тебя в зад, а в рот тебя ебал один из парней. Второй парень пристроился сзади меня. Вот так получилось, что на нашей с тобой первой близости меня выебал не ты, а незнакомый мужчина: кстати, мне понравилась такая групповушка.»

«Он грубо вытащил меня на середину помещения и начал трахать в рот еще интенсивнее. Другие повытаскивали свои члены из брюк и наблюдали, подрачивая свои хуища. Один из них, похотливо ухмыляясь, начал стягивать с меня джинсы, но его, однако, остановили:»

«-Короче, тут такая шняга. -продолжал он. - Я в вашем клоповнике (так оскорбить любимый город, ссука) проездом, типа, из парижу в рио де крыжополь. Оно вам и на хуй не надо знать. Мочить вас не собираюсь, чего и в маске парюсь, чтоб если че ментам, типа, особые приметы. Сечешь? (как будто его стать 195- 120 не есть самая приметная примета.)»

«Я рухнул на диван. Сил не осталось никаких. Я не мог даже шелохнуться. Боль в попе была адская, всё тело ныло. Вдруг я почувствовал, как Лена начала вытаскивать свою ладонь из моей попы. Боль усилилась многократно. Я громко закричал. Почувствовав, как рука выскочила наружу, я вдруг ощутил сказочные ощущения от быстро проходящей боли. Как мне показалось, я даже повторно кончил и стал проваливаться в сон. Последними моими видениями было то, что Елена взяв в рот, сильно сосала мою головку.»

«Два пальчика мои находились в ней, а большим я играла с её клитором. Язычком я ласкала её соски, Она постанывала, всё ближе и ближе подходила точка кипения, и тут я почувствовала как её сокровищница сжала мои пальцы и она начала дёргаться от накатившего её оргазма, а я не убирала руку, а наоборот продолжала и продолжала так весь вечер и всю ночь я доставляла ей удовольствие.»

«Когда мы оказались на лестнице, было уже начало двенадцатого. Мы раздали все подарки, и даже посох и мешок кому-то отдали. Я был теперь налегке, и оставалось только дойти до дома, чтобы там тихо справить Новый год. В конце ноября меня бросила девушка, уйдя к какому-то кооперативщику, и я остался совсем не у дел. Встречать новый 1990-й год с родителями мне не хотелось, и я решил встретить его в гордом одиночестве.»

«Надо сказать, что моя прежняя пассия - Ирина - целовалась очень хорошо, умело, с энтузиазмом. Да и в сексе была изобретательна не по возрасту и очень активна, но все же только сейчас я понял, что такое опыт и желание взрослой женщины. Наташин поцелуй завел меня до беспредела, и я попытался рвануть с нее кофту, но тотчас же получил увесистую пощечину: "Как ты смеешь? Я замужняя женщина! Кофта должна остаться чистой и не помятой!". Странно, но пощечина не остудила, а скорее еще сильнее завела меня. Но вот инициатива была уже в Наташиных руках. Стащив с меня куртку, она кинула ее на пол, а на нее уже положила, грациозно стянув через голову, свою кофту. Я увидел ее довольно большую грудь, скрытую черным кружевным лифчиком. Желание было столь сильно, что я высвободил ее груди из лифчика, оттянув его вниз, и припал к ним губами, даже не спросив ее. Какое там припал - присосался, все сильнее и сильнее посасывая, покусывая ее левый сосок. Правую грудь я поглаживал рукой. "М-м-м-м, какой хороший мальчик. Давно их так не целовали", - после похвалы я старался еще сильнее, и это продолжалось несколько минут. Оторвавшись, наконец, от ее соска, я хотел было прильнуть к другому, но Наташа вместо этого впилась поцелуем в мои губы, а потом толкнула меня на колени. Я воспринял это как знак, и стал расстегивать на ней брюки, стянул их ниже колен, потянул вниз трусики... . Но, возбужденный до крайности, я даже не снял их, а стал осыпать поцелуями ее ноги, от колен и выше. Она развела колени в стороны, насколько позволяли не до конца снятые брюки - я целую ее бедра, засовываю голову между ее ног и целую там. "Боже, какой ласковый мальчик мне достался", - услышал я довольный голос: "Смелее, приспусти трусики, Андрейка!"»

«Джиллиан продолжала стискивать кулачки и внутренне бороться. Время от времени она вставала, выпрямлялась, поглаживала руками свой мочевой пузырь, приговаривала "Терпи, мой милый", делала несколько шагов по комнате и садилась обратно. В то же время она понимала, что её поведение глупое, и несколько раз уже убеждала себя, что должна пойти найти ключ, а затем сходит в туалет. Чтобы избежать собственного обписывания, поскольку любой объём ограничен и всё шло к тому. .»

«"Отлично, вы все меня трахнете!", - сказала Тая, потеряв равновесие и уткнувшись лицом в ксерокс, поскольку руками она больше не держалась, а приспускала свои трусики до колен.»

«Я посмотрела на девушку в кабинке. Она улыбнулась, сильнее развдинула ножки, окунула палец в сперму, уже обильно вытекающую из ее лона и облизала палец. Окунув его во влагалище еще раз она медлено протянула руку в моем направлении, как бы призывая и меня испробовать спермы ее приятеля. Я вышла из оцепенения, одернула платье и, ничего не говоря, вышла из туалета. Уже в проходе я поняла, что несу в руках свои трусики. Быстренько засунув их в сумочку я присоединилась к нашей компании. За очередной порцией коктейля они и не заметили мое десятиминутное отсутствие. Чтобы не выделяться из коллектива я залпом выпила свой бокал, закусила вишенкой, одетой на шпажку, откинулась на спинку удобного диванчика и оглядела зал... .»

«Я ни разу девушке не ласкал анус, т. ч. для нас обоих это было новое. Я не знал с чего начать, решил понемногу крутить пальцем по анусу, чтобы она расслабилась и пустила меня. Когда мой палец вошел в нее, я думал ей больно, она так охнула, но ей было приятно. А как мне было приятно, видеть, как девушка от моих ласк клитора языком и движением пальца в попе просто извивается от удовольствия. Интересное ощущение. Когда твой палец сжимает ее попа. Я сам чуть не кончил от такой картины.»

«Она опять коварно ухмыльнулась и стала копаться в черном ящике, достала большую иглу. Ева протестующе замычала. Амира поднесла иглу к соску зажатому клипсой и слегка надавила на нежную кожу. Ева извивалась всем телом и кричала умоляя Амину остановиться. Насладившись ужасом Евы Амина вдруг бросила иглу в ящик и сняла клипсы и стала нежно целовать измученные соски. Она их бережно облизывала и посасывала, пытаясь снять боль. "Целуй лучше, Ева, милая Ева, просто целуйся лучше, намного лучше" - руки Амины скользнули вниз по ее плоскому животу, рисуя круги, косясь крыльями бабочки нежной кожи, пробираясь к вожделенному цветку. Дыхание Евы постепенно становилось тяжелее, обрывалось, когда дразнящая рука Амины ласкала лобок.»

«Через полгода я сбагрил Соню своему двоюродному брату. Он ее сделал шлюхой, сдавал братве, которая поставляла девочек военнослужащим. Те за небольшие бабки ебли таких телок хором. Кончила Соня плохо, выбросившись с восьмого этажа общежития, построенного возле парка для вьетнамцев, работавших тогда на Глуховском хлопчатобумажном комбинате. Бытовала версия, что вьетнамцы выкинули ее из окна. Никакого уголовного дела по этому поводу органы не возбуждали, дабы не сеять у местных граждан национальную неприязнь и ненависть к братьям-вьетнамцам.»

«Она от боли физической, он - от душевной. Потом эти животные стали насиловать её тело руками и бить одновременно: Она начала терять сознание: В этот момент он рванулся, почти вырвавшись из цепких рук державших его, но в этот мир клинок коллекционного самурайского меча генерала снёс ему голову. Он уже не видел, что следующим движением генерал снёс голову и ей:»