«Я стала как он сказал, он просто порвал мои легкие трусики и швырнул их в угол, потом взял и начал меня по хамски там лапать, признаюсь мне не было страшно и мне чертовски нравилось. . но я не подавала виду, он засунул в меня 2 пальца и начал там грубо ими вилять, туда сюда, вытаскивая их и снова вводя, я начала сдаваться и стала мокреть, потом он засунул мне палец в мою тогда еще девственную попку, я аж подскочила и начала выть от боли и умолять чтобы он его высунул, но его еще больше это завело, он высунул его и харкнул прямо на мое колечко, сказал чтобы я не дергалась а то хуже будет, засунув снова туда палец, он начал меня просто им трахать, я почуствовала что хочу в туалет, он тоже это понял и сказал что если я усрусь он приведет своего ротвеллера и он меня трахнет при всех, а ребята снимут на видео, затем он с меня содрал сарафан и начал давить мои сисечьки, они так горели что я не могла терпеть. . но меня это заводило, он бросил меня на кровать и достал свой огромный член, наверно см 22 а то ибольше, он бы волосатый с заросшими яйцами, и приказал мне сосать, я начала засовывать себе его в рот и меня чуть не вырвало, тогда он взял меня за уши и попросту начал натягивать меня на его, через пару минут, развернул меня к себе спиной и начал трахать меня сзади в мою изнывающую от желания кису, она просто текла, я закрыла глаза и через 20 сек.»

«Я приподнялась и направила его член во влагалище, почувствовала, как что-то уперлось в меня, я практически села на его член всем весом своего тела, там внизу все натянулось, и вдруг резануло, так что я закричала. Он опрокинул меня на живот и вставил свой член в меня до конца. Я не понимала, что со мной происходит, была в шоке, когда он закончил мне на спину, а потом меня захотел трахнуть его приятель. Но я не подпустила его, мне было больно, все жгло и ныло. Тогда он заставил меня сосать, все было не реально, как во сне. После этого случая я несколько дней убегала из школы раньше обычного. Несколько дней было больно дотронуться до низа живота. Но потом боль утихла, и моя фантазия вновь толкала меня на новые приключения. Я знала, что меня поджидают возле теплицы и сама пошла туда. Их было пятеро малолеток.»

«- Без проблем - заявил Дима - Миша, ты меня знаешь много лет, я уже сказал Кате, что мы с тобой трахали одних и тех же девчонок, и это ее не смутило. Как ты смотришь на то чтобы мне присоединиться к вам. Отношения только между вами, а между нами только секс.»

«Даже вздрогнул, Тим подошел неслышно и обнял меня. Наклонился - и наши губы встретились. Не отрывая от его губ свои, нашел на ощупь пепельницу, загасил окурок и обнял его.»

«Оставаться в роли стороннего наблюдателя становилось все труднее, я подполз сзади к Тиму и стал целовать его в шею и плечи. Изредка мои губы сталкивались с руками лейтенанта, пальцам которого тоже доставалась своя порция ласки.»

«В ванной, где на одной из полок хранилась большая оранжевая груша с белым пластмассовым наконечником, Карина набрала в пол-литровую кружку теплой воды и бросила туда несколько обмылков. Растворив их в воде, она взяла кружку с мыльным раствором, грушу и старое полотенце, принесла всё это в комнату. Грушу и кружку Карина поставила на письменный стол, а полотенце дала Лике:»

«Чемоданов наши благие намерения принял со свойственной только ему логикой. Дождавшись ночи, он напился минералки и приполз в ординаторскую, где дежурила медсестра. Напомнив ей, что она обещала выполнять все его желания, задрал малышке халат и принялся делать то, что любил больше жизни...»

«Тем временем рука насытившись ее грудью опустилась ниже и коснулась промежности. Легкий смешок означал лишь одно, мужчина не ожидал что она будет вся мокрая. Не теряя времени он достал свой член и попытался вставить его во влагалище. Но к удивлению Натали у него это не получалось.»

«Долгое время Никита не мог влюбиться. Прошло полтора года. И все его считали импотентом. Родители постоянно его жалели, от чего ему было еще хуже. Поэтому ему пришлось покинуть родные пенаты и идти, куда глаза глядят. Никита был теперь импотентом, да еще и без квартиры. Жизнь не предвещала ничего хорошего. Пока он не встретил ее.»

«Мама повиновалась, и мне предстала уже знакомая по подъезду картина, только вместо покачивания попки можно было заметить ее легкое подрагивание. Тут я сделал то, что очень хотел сделать еще там, на лестнице, - осторожно, чтобы не напугать женщину, положил свою раскрытую ладонь на внутреннюю сторону ее левого колена. Нога все-таки слегка дрогнула от неожиданности или от того, что ее владелица поняла: вот все и началось. Потом она успокоилась, и я ощутил легкое тепло, исходящее от женской кожи и еще более откуда-то сверху, прямо из-под напрягшейся юбки. Немного выждав, я двинулся вверх по внутренней стороне бедра, пока рука не ощутила край материи. По мере движения я чувствовал, как усиливается исходящее к моей руке тепло. Когда же я достиг предела, то понял, что там совсем горячо, и скоро будет очень влажно, хотя это уже могла быть чистая иллюзия. Женщина едва заметно сжала ягодицы, но тут же постаралась снова расслабиться, насколько это было возможно.»

«Когда они перевернули меня на живот, мне поневоле пришлось приподнять зад повыше и, таким образом, предоставить им полный доступ ко всему, к чему им было нужно. Пребывая в такой мало удобной позе, я утешался лишь ласками, которыми они сопровождали свое копошение меж моими половинками. Последними были мои бедра - дальше крем подошел к концу, да и желание продолжать тоже.»

«Step four. Резко разворачиваюсь к нему и успеваю заметить, как его взгляд быстро метнулся вверх на уровень моих глаз, но теперь я точно знал, что еще секунду назад он ночевал на том уровне, где до этого была моя попа. Все, Сережка, все с тобой ясно, натурал ты какой-то ненатуральный, должен тебе сказать. Но естественно про это молчу, а говорю совсем другое.»

«Теперь мы поменялись местами - он встал, а я сел перед ним на колени. Член его так и был снаружи, поэтому мне оставалось только расстегнуть ему джинсы и спустить их до колен, чтобы не мешались. Я осторожно приблизился к его паху и лизнул блядскую дорожку! О, что это была за дорожка! У него вообще практически не было волос на теле, он был весь гладкий, как я всегда называл его - атласный, а в этом месте на ровном фоне белой гладкой атласной кожи был ровный тонкий след маленьких завивающихся волосков, который не спускался с живота вниз, как у других, а, наоборот, поднимался от лобка вверх, к животу и там терялся, уходя в пупок. Я стал буравить языком его пупок, пытаясь понять, куда ушла дорожка разврата, а затем спустился вниз и облизнул член. Он уже почти встал - красавец, около 16 см, он дергался у меня перед глазами, пытаясь встать и отчаянно прося помощи у меня. Я не мог бросить его в беде и так же, как раньше Сережка, сразу взял его целиком в рот. По тому, как он резко стал расти у меня во рту и стучал мне в небо, я понял, что сделал все правильно. Правой рукой я подхватил снизу его яйца и стал их нежно поглаживать, а левую руку просунул дальше между ног и нащупал дырочку безымянным пальцем. Тем временем Сережка схватил меня за голову - видимо, решил отомстить - и стал яростно долбить меня членом в рот и в глотку. Не скажу, что я был в восторге от этого, так как дышать было нечем и периодически хотелось блевануть, но я старался держаться. Пальчиком я прорвался в его тугую дырочку и стал аккуратно двигать им внутри, стараясь нащупать простату. Сережа стал убыстряться, я тоже все быстрее и быстрее двигал пальчиком у него внутри вдоль простаты, пока он не замычал и стал просто стучать по мне клювом как дятел. Я почувствовал, как его сфинктер туго сжал мой палец и тут же Сережка зарычал и мне в горло стали биться струи, одна за другой, мне даже глотать не надо было, они сами стекали внутрь в глотку. Но я отодвинул Сережку немного от себя, и последние брызги попали мне в рот. Он вытащил член и, тяжело дыша, сел прямо голой попой на землю. Я облизнулся.»

«Девчонка оглянулась, остановилась, повернулась и медленно подошла ко мне. Никогда не забыть мне ее взгляда - отрешенный какой-то, безучастный, словно она с ума сдвинулась. Она присела передо мной на корточки, потом на колени встала и молча начала меня худенькими руками откапывать. Песок в стороны отгребать. Ей было, наверное, лет четырнадцать - не больше. Она и в женщину-то еще толком оформиться не успела. Губы у нее до крови искусанные были и как-то подрагивали. Она вся дрожала в нервном ознобе. У нее синяк над глазом синел. Ключицы выступали. Засосы на шее, на груди темными пятнами выделялись. Видно, поизмывались ребята над ней изрядно, от всей широты юной и еще неутоленной поганой души и плоти. Когда руки из песка высвободить смог, я стал сам себя откапывать. А она села рядам, отрешенная, и молчала. Она была похожа на изнасилованного кареглазого ангела с вырванными крыльями. Живьем вырванными.»

«Скрыть то, что Надя безотказная шалава, оказалось невозможно. Дошло до того, что однажды, когда мы с ней шли по улице, рядом остановилась машина, из которой вышел настоящий вышибала, подошёл к моей девушке и не обращая на меня внимания сказал, что надо помочь отдохнуть пацанам, после чего особенно не церемонясь запихнул Надю в джип. Посмотрев на мой растерянный вид, он осклабился, сказал, что меня взять не сможет и предложил пока погулять, а девушку мне через некоторое время вернут. По его решительному виду было понятно, что возражать себе дороже.»

«Никогда еще даму так не унижали. Даже те пэтэушницы казались по сравнению с этими беспредельщицами, невинными овечками. Шолпан Дамировна понимала, что ей придется пройти и через это унижение, поэтому чтобы уголовницы не задавали ей больше таких унижающих вопросов, она ответила:»

«Уголовницы с гадскими ухмылками наблюдали за тем, как глаза Шолпан Дамировны расширились, когда Нинка прикрепила к своим бедрам самотык, полностью легла на пленницу и стала медленно вводить это длинное приспособление во влагалище дамы.»

«Мокрые от наших выделений медицинские перчатки, надетые на женские пальчики, скользили по нашим членам, нажимая на вздувшиеся уретры, прощупывали каждый миллиметр на теле наших членов, вызывая приступы сладостно-мучительных сокращений "вхолостую", умело останавливаясь у того порога, когда никто из нас уже не в силах был бы сдерживаться и разразился бы вулканом чисто мужской страсти, обрызгивая и осеменяя все вокруг...»

«После "кульминации", медсестричка наклонила поддон и сцедила наши драгоценные выделения в мерный стаканчик, набрав около 20 миллилитров еще теплой спермы...»

«Какой же это кайф лежать на полке в поезде, не двигаться и получать такой сладкий поцелуй ниже пояса. Её губки были очень даже ладными, они замечательно чувствовали, что мне в этот момент надо, какой темп необходимым и насколько сильно надо сжимать мой член. Было такое ощущение, что они уже отлично знакомы с моим дружком. А может быть просто соседка это делала от души. В общем, сейчас это было не важно, так как она уже полностью овладела моим телом, и оно начало понемногу входить в дрожь, которую уже нельзя было остановить. Спина от этого внутреннего напряжения и ожидания взрыва удовольствия, выгнулась и дальше уже нельзя было сдержаться. Горячая струя спермы хлынула из меня прямо ей в рот, но она даже и не подумала отпустить мой член из объятий своих губ, она жадно начала впитывать в себя мои жизненные соки, получая, по-видимому, в это же время огромное удовольствие, так как весь этот момент сопровождался её стоном. Она не могла остановиться, но и у меня продолжались конвульсии тела, иначе и не скажешь. Но это не могло продолжаться долго, так как я же живой человек, пришлось сделать усилие и остановить этот безумный кайф. Я схватил её за голову и со словами "Стой!" прижал её к своему члену.»

«- А что, ты предлагаешь, Катюша? - Сжал соски сильнее. У девушки заслезились глаза. - Вот так, сразу, во время первого знакомства? Катя почувствовала горячее дыхание на правом соске. Через мгновение он уже был во рту у Жака. Щетина кололась - Жак отпустил правый сосок и лизнул левый. - Катя, скажи, ты блядь? Любишь сосать и ебаться, как последняя шлюха? Говори!!!! - и он нервно закричал. Катя испуганно молчала...»

«Расстроенная и злая она добралась до своего дома, и с полными штанами, распространяя вокруг специфический запах, поспешила к своей квартире, что было очень неудобно делать в роликах. Самое трудное для неё было снять их стоя, потому что сесть для неё по понятной причине было невозможно. Она прислонилась к стенке, подняла правую ногу, чтобы скинуть эти чёртовые ролики, но не смогла удержать равновесие, и плюхнулась на бетон прямо на пятую точку, ощутив, как "отходы жизнедеятельности" прижались к её попе и одновременно расплющились. Проматерившись, она сняла второй ролик, встала и зашла в квартиру. Прошмыгнула в туалет, сняла с себя испачканную одежду и ушла в ванную приводить себя в порядок.»

«И вот впервые в жизни мои грудочки лежат на ладонях мужчины. Ну, пусть не мужчины, а молодого красивого паренька. Ладони, широченные, как чайные блюдца, легонько приподнимают мои верхние полушария. Мне хорошо, но приятно и ладоням, приятно большим пальцам, которые нежно поглаживают сквозь рубашку девичий фасад. Моим нижним полушариям тоже приятно, в складку между ягодицами упирается его напряженный хулиган. Высоко упирается, не пытается хулиган опуститься ниже, не покушается на мою девичью невинность. Хулигану и так хорошо: его впервые близко допустили к девичьему телу. Моя попа сама оттопыривается навстречу робкому хулигану: "упирайся в ложбину, раздвинь мягкие половинки".»

Автор описывает унижение и позор, которым теперь подвергается наша главная героиня, сотрудница Института сравнительной истории - она вынуждена в различных позах подставлять свою попочку юнцу из враждебного племени, пленницей которого она стала.

Еще недавно невероятно страдавшая от того, что вынуждена отдаваться в попку юному булгарину Айдару, наша главная героиня вдруг сама начинает ластиться и просить члена. Что это - внезапная страсть или трезвый расчет?

Казалось бы обычная пятница оказалась очень необычной для героя рассказа. К ним с супругой в гости приехала ее красавица-сестра. Эта девушка со стройными ножками и хорошей грудью давно хотела оттрахать нашего героя. На этот раз ее желание сбылось.

В летние жаркие деньки даже женатому мужчине далеко не просто сдерживать свои сексуальные порывы и не заглядываться на хорошеньких молоденьких девушек. Как на зло, жена находится на отдыхе и не сможет помочь утолить сексуальный пыл мужа. Что же делать? Может отправиться на нудистский пляж?

Вы не поверите, геи тоже рады новым знакомствам. Особой любовью пользуются те, кто имеет в штанах увесистое достоинство, желательно какой-нибудь необычной формы.

Главный герой рассказа знакомится случайно с девушкой в баре. Немного побеседовав парочка отправляется на прогулку, а потом и на квартиру. Испытав райское наслаждение телами друг друга, любовники засыпают, а на утро таинственная незнакомка исчезла как сон. Суждено ли любовникам повстречаться вновь?

Если вас вдруг застукали писающим на берегу моря в компании со своим мужем, то лучшее что вы можете сделать в этой ситуации – это заняться сексом с тем, кто за вами подглядывал.