Дом у озера Кира нашла сама, за два месяца до дня рождения. Деревянный, двухэтажный, с верандой, печкой и шаткими мостками, уходящими в тёмную воду. Хозяйка сдавала его на выходные и просила только не топить печь в жару и не кормить соседских котов. Осталось лишь уговорить своих лучших подружек не слиться в последний момент.
В день икс все, наконец, собрались.
— Мне двадцать один, — заявила Кира в пятницу вечером, разливая вино по бокалам. — Это возраст, когда уже можно всё, но ещё почти ничего не страшно. Поэтому мы никуда не спешим, пьём, болтаем и напоминаем друг другу, какие мы были дурочки.
— Мы и сейчас дурочки, — сказала Лера, забираясь с ногами в продавленное кресло. — Просто теперь у нас есть дипломы. Или скоро будут.
Лере тоже исполнился двадцать один в марте, она заканчивала юрфак и умела произносить слово «дурочки» так, будто цитирует статью кодекса.
Соня, которая работала во флористической студии и пахла свежими стеблями даже в городе, сидела на полу у печки и молча улыбалась. Ей исполнилось двадцать один в январе, но именно она в этой компании всегда считалась младшей, хотя разница была в два месяца.