Прошло около года с тех пор, как Элли вернулась в Канзас из Волшебной страны, отрезанной от мира цепью огромных гор и великой пустыней. В Канзасе все оставалось по прежнему: и обширная степь кругом, и пшеничные поля, и пыльные дороги, пересекавшие равнину. Только на месте домика-фургона, в котором ураган унес Элли и Тотошку в страну Гудвина, фермер Джон построил домик.
В нем теперь и жила семья – сам Джон, его жена Анна и дочка Элли. Джон, как и прежде, каждый день усердно трудился в поле, а его жена Анна хлопотала по хозяйству. Элли усердно училась в школе, которая была достаточно далеко от дома, но для Элли это была не проблема, тем более верный Тотошка всегда провожал её в школу и обратно.
Ей очень нравилась такая привязанность пёсика к ней, который постоянно крутился у ног, стараясь ткнуться мокрым носом ей между ног. Сегодня, выйдя из школы, Элли была уже без трусиков, она сделала это для того, чтобы подразнить Тотошку, и ей это удалось. Сначала Тотошка бежал просто рядом с Элли, но отойдя достаточно далеко от школы, чтобы их уже никто не мог увидеть, Тотошка стал пытаться залезть под Эллину юбку.
Наконец, заглянув её под юбку, Тотошка тут же уловил знакомый ему запах возбужденной девченки, а так же увидел отсутствие на ней важной детали туалета. Такое открытие вызвало в нем естественную реакцию, от которой из его мешочка, сразу же показался красный кончик.
Вернувшись из волшебной страны, Тотошка утратил способность говорить и только несколько раз пролаял, но и без человеческих слов Элли знала, что он хочет ей сказать. Она остановилась, и протянув руку, погладила его по голове, а Тотошка подойдя ближе, стал облизывать сначала её ногу, а затем стал подниматься все выше и выше, пока его шершавый язык не попал между створками её щелки. И тут его язык заработал со скоростью, на которую способны только собаки.
По телу Элли пробежала дрожь, которая становилась все сильнее. Портфель полетел на землю, а Элли стала теребить Тотошку по голове иногда сжимая её бедрами. Вскоре она оттолкнула песика, упала на колени и с силой сжав бедра, стала кончать. Почувствовав сзади толчок и вес тела Тотошки на себе, она быстро пришла в себя и резко встала на ноги.
- Подожди! Не здесь! – сказала Элли.
- Мы же посреди степи, да еще и на дороге! Кто угодно может нас увидеть! Впереди пшеничное поле, давай спрячемся в ней!
Тотошка с пониманием посмотрел на Элли и отбежал немного вперед, как бы поторапливая девочку. Элли отряхнув от пыли портфель и коленки бросилась за Тотошкой в погоню.
Наконец, оказавшись внутри пшеничного поля, Элли вытоптала небольшую полянку, стянула через голову платье, оставаясь полностью голой, и постелила его на землю, вместо покрывала. Встав на коленки, Элли положила руки перед собой на платье а голову положила на руки. Прогнув вниз спину она как бы выпятила свою маленькую попку кверху.
Невероятно возбуждающая картина и Тотошка понимал, что это все для него, и он не стал медлить. Запрыгнув, песик обхватил Элли передними лапами за талию и, с первого раза, попал четко в разрез её писи и стал совершать быстрые фрикции. Она чувствовала, как его отросток стал быстро расти в ней, непрерывно стреляя горячей смазкой внутрь её лона.
Через минуту такого секса у Тотошки стал расти узел и он хотел выйти, потому что Элли говорила, что так ей немного больно и как правило доводила дело до конца ртом. Но сегодня она хотела кайфануть по полной и, протянув руку назад, обхватила двумя пальцами растущий узел и толкнула его внутрь. Войдя глубже, Тотошка надежно закрепился с ней узлом и ведомый инстинктами перекинул через её попу заднюю лапу, вставая как кобель с любой сучкой во время случки.
Тотошка тяжело дышал, вывалив язык, а из его раздутого члена периодически выстреливала горячая сперма и попадала, кажется в самую матку, вызывая у Элли невероятно приятные ощущения. Она уже была на грани, но вызывающий дискомфорт раздутый узел, не давал ей дойти до конца. Но это не сильно расстроило Элли и она быстро довела себя до оргазма при помощи своей нежной ручки, лаская свой клиторок.
Отойдя от оргазма Элли поняла, что Тотошка пробудет в ней еще минут десять, она вновь просунула руку назад и, нащупав заветный бугорок, вновь принялась его ласкать. Вскоре внутри что-то сжалось и её вновь накрыла волна оргазма. Элли все еще оставалась в том же положении, переводя дыхание, когда Тотошка покинул её приветливую пещерку.
Холодный нос коснулся её того самого места, а затем и язык. Движения его языка были целенаправленными и сконцентрированы четко внутри её разреза иногда даже проникая во влагалище. Мысли всё еще не вернулись к Элли, она вся была погружена в ощущения. Хоть Элли и пыталась сдерживаться, но невольный стон всё же вырвался наружу. Всё существование сузилось до пульсирующей точки между ног, а низ живота сжимало тугой, горячей пружиной.
- Я, я, я сейчас — только и смогла выдавить она из себя.
Элли, с силой сжав бедра, затряслась в очередном оргазме и рухнула на землю. Тело выгнулось в немой судороге, а из сжатых губ вырвался приятный мужскому слухи девчачий то ли писк то ли стон. Когда наконец она пришла себя, то увидела затуманенным взором приводящего себя в порядок Тотошку и хоть её тело было как бы налито свинцом стала приводить и себя в порядок.
Найдя в портфеле снятые еще в школе трусики, она тщательно вытерла ими свою раскрасневшуюся щелочку, удаляя остатки вытекающей из неё спермы. Затем отряхнула платьице от травы и соломы надела его прям на голое тело.
Вскоре наступили каникулы и Элли большую часть своего времени тратила на помощь своей матери по хозяйству. Однажды летним вечером к ферме Джона подошел усталый путник с рюкзаком за плечами. Был он средних лет, широкоплеч и крепок, с длинными мускулистыми руками, а вместо левой ноги у него была прикреплена к колену деревяшка, оставляющая в дорожной пыли круглые следы. Смелые, широко расставленные серые глаза на загорелом обветренном лице смотрели так, будто вглядывались в даль океана.
Тотошка с лаем набросился на незнакомца и попытался укусить его деревянную ногу. На звонкий лай обернулась Анна, кормившая кур. Она бросилась к путнику и обняла его, заливаясь слезами.
– Братец Чарли! – всхлипывала Анна. – Ты вернулся, ты жив!
– Конечно жив, коли вернулся, – хладнокровно согласился Чарли Блек, обнимая сестру.
– Но ведь твой капитан написал нам пять лет назад, что ты попал в плен к людоедам на острове Куру-Кусу!
Элли, стоявшая на крылечке, вздрогнула от страха, она-то ведь знала, что такое людоеды. Но почему мама никогда не рассказывала ей про дядю Чарли, который плавал на корабле и попал на людоедский остров? Впрочем, эта загадка вскоре разрешилась.
– Элли, – сказала Анна. – Поздоровайся с дядей Чарли!
Элли шагнула вперед и протянула руку, но Чарли приподнял девочку и поцеловал.
– Ты помнишь меня, малышка? – спросил он. – Хотя вряд ли, тебе было всего три года, когда я был у вас в последний раз. Но мама, наверное, рассказывала тебе про меня?
Элли взглянула на мать, не зная, как ответить на этот вопрос дядюшки.
– Прости, братец, когда к нам пришло письмо про тебя, Элли было всего пять лет. Мы с мужем решили не огорчать девочку такой ужасной вестью и ничего ей не сказали. Время шло. Элли все реже вспоминала, что у нее есть дядя Чарли, а потом и совсем позабыла про тебя.
Чарли не рассердился.
– Ну, что ж, в конце концов вы оказались правы: я жив! Ну а теперь, Элли, я думаю, что мы станем друзьями?
– О, да, дядя Чарли! – восхищенно ответила Элли. – Но как же тебя не съели людоеды? Ты дрался с ними и победил их?
– Нет, Элли, это было не так, – рассмеялся Чарли. – Победить людоедов я не смог, их были тысячи, а я один. Но знаешь они оказались славными ребятами, эти людоеды. Когда я доказал, что живой принесу больше пользы, чем изжаренный на костре, обитатели Куру-Кусу охотно оставили меня в живых. Меня приняли в племя, а я научил островитян пяти новым способам готовить рыбу и нашел на острове девять новых сортов съедобных растений… Когда я прожил у них четыре года, островитяне дали мне лодку, нагрузили ее припасами и бочонками с водой и вывели далеко в море, призывая на мою голову благословения всех богов. Я встретил корабль и вот я у вас, а кстати, сюда скачет Джон!
Джон, узнавший от соседей, что на ферму прошел незнакомый путник, примчался с поля верхом на лошади и очень обрадовался, узнав в госте своего шурина Чарли Блека. Мужчины сердечно поприветствовали друг друга.
– А я к тебе по делу, брат Джон! – заявил Чарли, когда кончились рукопожатия.
– Просто в гости не мог приехать? – упрекнул моряка Джон.
– Да знаешь, у такого всесветного бродяги, как я, везде найдутся дела! – оправдался Чарли. – Есть у меня мечта – купить суденышко и навестить моих друзей на Куру-Кусу. Мне всего то не хватает тысчонки монет…
Фермер давно знал, что Чарли любит затевать неожиданные предприятия и предложение не удивило его.
– Ладно, – сказал он. – Поговорим о деле завтра, а теперь пошли ужинать.
Хозяева и гость сели за стол. Расспросы о приключениях Чарли продолжались далеко за полночь, когда усталая Элли уже давно спала крепким сном.
