И вот, наконец, мы в своем доме! И пусть это всего лишь домик в деревне недалеко от города, но это уже НАШ дом.
- Кажется, что мы убежали, спрятались здесь от всего мира... и теперь можем творить всё, что захотим! - с восторгом в голосе сказала Майка.
- И никто нам не будет мешать!
А что мы захотим? Разного и одного и того же. Женщина, всегда чего-то хочет от своего мужчины. Или спасения от забот, или твердой руки, или чего-то материального. Когда в очередной раз моя прелестница подошла ко мне с подобной, очень материальной просьбой, я ответил:
- Хорошо! Но взамен ты выполнишь любое мое сексуальное желание!
- Любое... - задумалась Майка, - хорошо. Я на все согласная! Только.... только не отдавай мое тело нашему собаку, ладно?
- О, как далеко могут простираться девические фантазии! - подумал я. Но спросил другое:
- А другим мужчинам? Им отдавать твое тело можно?
Майка думала недолго, всего пару секунд.
- Да... - услышал я ее тихий голос.
- Ладно, я подумаю над этим - строго ответил я, - а пока почитай мне вслух, ну, скажем, вот эту книгу - и я отдал давно заготовленную "Эммануэль". Да, моя фантазерка, оказывается, ничего ни про фильм, ни про книгу не слышала!
И Майка начала читать. Надо ли говорить, что дальше сцены в самолете, где Эммануэль отдалась сначала одному, а потом и другому случайному попутчику, мы не продвинулись, а деревянные стены долго слышали стоны влюбленных?
Эх, знал бы я тогда, как далеко заведет мою девочку путь, показанный Эммануэлью!
Пару месяцев пролетело насыщенно, но незаметно, когда Майя вдруг объявила, как всегда - громко и восторженно: "Я уезжаю в Москву, на учебу! На целый месяц! Я нашла специализацию!" Ну что ж, надо так надо, остались мы с собаком выть на луну, а железная гусеница унесла из нашего дома красоту, унесла далеко-далеко. Оставалось ждать, мечтать и читать редкие письма.
Все хорошее когда-нибудь кончается, но заканчивается и разлука, и вот наступает весна, а я стою на вокзале. Ловлю с подножки поезда Майю и мгновенно понимаю - что-то не так! Но расспрашивать некогда, вокзальная суета не способствует.
Уже по пути домой Майка раскололась.
- Знаешь... мне очень тяжело было без тебя целый месяц. Я же привыкла быть с мужчиной два-три раза в день! И в поезде, на обратном пути, я познакомилась с Сергеем. Представляешь, мы вместе пели целый вечер!
- И?
- Прости! - наконец, собравшись с духом, моя девочка выпалила:
- Я не смогла ему отказать. В тамбуре, ночью, он целовал меня. И я отвечала ему. Я же не могу не ответить, когда меня мужчина целует! А потом я ласкала его на коленях... пока он не кончил. Но я не приняла ничего в себя, всё пролилось на пол вагона. Ты не сердишься?
- Нет, - сказал я после некоторого раздумья. У меня было много женщин, много больше десяти, а у тебя только я. Это несправедливо, так что я разрешаю тебе догонять. Но только всегда мне рассказывай, если что-то такое с тобой случится!
- Смотри, Сергей подарил мне свой музыкальный плеер! Он был... совершенно ошарашен почему-то, наверное влюбился? Дал телефон, очень хотел встречаться еще и еще.
- А ты хочешь еще встречаться?
- Я... я не знаю.
- Ну что ж - тебя можно поздравить: ты, как Эммануэль, отдалась попутчику!
- Ой... я и не думала, что так получится. Да... Но я же с ним сначала познакомилась!
По пути домой мы проходили мимо мусорных баков, и я увидел быстрое движение - Майя что-то кинула в мусорку. На мой вопросительный взгляд она смущенно сказала: "Я все-таки выкинула и номер его телефона, и плеер. Пусть эта история закончится."
Зима прошла и пришло лето этого безумного года, первого года вдвоем в новом доме. Дни были похожими и непохожими.
- Давай, у нас сегодня ничего не будет? Только поцелуемся! - говорила частенько Майя вечером. - А то завтра рано вставать на работу...
И мы целовались. Целовались с продолжением, а потом вдруг, внезапно, появлялись первые лучи солнца и нужно было перехватывать хотя бы три часа сна до утреннего автобуса.
И так бывало почти каждый день. А кому легко? Понятно, что и днём в выходные мы не могли отклеиться друг от друга.
То я делаю забор вокруг дома, а красавица моя, такая нежная и домашняя в незастегнутой мужской рубашке, вдруг прибегает ко мне и со словами: "Прости! Я соскучилась, не могу дотерпеть до вечера", падает на колени, а я оглядываюсь и увлекаю прелестницу за непрозрачные доски, чтоб деревенские не видели. А то мы едем на родник за водой и заканчивается это тем, что капот нашей старенькой машинки познает мягкость женского тела и дрожь его оргазма. И Майка восхищенно кричит:
- О! Я с детства мечтала отдаться хоть раз на капоте машины!
Ох, эти девичьи мечты - что еще скрывалось в них?
Да, Майка всегда радостно раскрывалась в ответ на мои прикосновения и поцелуи. Но в чем же тогда игра-то состояла? В том, что задолжавшая девчонка не раздумывая, сразу - без предварительной ласки и каких-то своих устремлений выполняла любое мое сексуальное желание. Заботу о приличиях и безопасности она полностью доверяла своему мужчине. И, судя по тому, с какой радостью она залезала в долги "по желаниям", эта ситуация её полностью устраивала.
Однажды в своих долгих и поцелуйных прогулках по городу мы забрели в интим-магазин. Майка остановилась перед длинным рядом резиновых членов разного размера, потом подбежала и шепнула мне на ухо: "Я хочу... самый большой!" Но денег у нас тогда с собой не было, и мы пошли дальше. Впрочем, я запомнил её желание и позже, когда завел нашего старенького железного коня, пошутил, глядя на дрожащий рычаг передач автомобиля с большим черным набалдашником:
- Самый большой, говоришь? А можешь ты, например, отдаться нашему верному коню? Столько раз ты скакала на нем нагая, он, наверное, совсем истосковался по твоему молодому телу. Смотри, как его инструмент дрожит от возбуждения и хочет тебя пронзить! И он как раз... серьезного такого размера.
- Ну, если ты этого желаешь... - легкомысленно ответила девочка, а потом нагнулась и поцеловала дрожащую черную головку. И спросила уже почти серьезным, заинтересованным тоном:
- Ты хочешь, чтоб я его впустила в себя прямо сейчас?
Не дожидаясь ответа, Майка откинулась на спинку сиденья, быстрым движением спустила трусики с бедер и сложила их в карман на двери машины. Потом вытащила оттуда же пачку влажных салфеток и медленно, с любовью протерла дрожащую от возбуждения головку, а потом и весь железный рычаг. Тонкие пальцы девочки обнимали, будто лаская, теплый металлический стержень, и от этой картинки внутри меня поднималась волна возбуждения.
Наконец Майка подняла голову и спросила с отчаянно - веселой решимостью в голосе:
- Ну всё, и твой конь, и твоя всадница полностью готовы!
- Отбой - ответил я, - я ж просто пошутил!
- Ну и шуточки у вас... - облегченно выдохнула Майка, - а я ведь и вправду была ко всему готова...
Так что в тот раз мы обошлись без конских размеров. Но появилось другое развлечение, я взял на работе у начальника цифровой фотоаппарат!
- А давай, ты заведешь анкету на сайте знакомств (они как раз тогда, в начале двухтысячных, только появились) и выставишь туда свои фотографии! - однажды повелел я.
Майка послушно зарегистрировалась, выставила самое приличное из того, что у нас было снято и стала ждать реакций. И они, конечно, последовали! Но не совсем такие, какие ожидала моя прелестница.
Майка возмущенно жаловалась:
- Ну чего эти мужики такие? То начинают ходить вокруг да около неделями, то вообще присылают мне свои длинные сексуальные фантазии - фу! Нет бы просто сказать "я тебя хочу", честно и понятно, что делать. А то у меня просто не хватает терпения!
- А что, ты сразу отдашься любому, кто тебе такое предложит?
- Конечно! - ответила моя девочка с неожиданной горячностью, - я же уже устала ждать!
Думаю, секрет был в том, что моя уже двадцатилетняя героиня даже на фотках для сайта знакомств умудрялась выглядеть так строго и невинно, что даже закоренелые ловеласы не решались говорить прямо. Знали бы они, что скрывается за той строгостью с университетским образованием... Наконец, через месяц, нашелся тот, кто сразу взял быка за рога.
- Может быть секс?
- Может быть! - радостно напечатала буквы Майя и сразу отчиталась о находке мне:
- Ты отпустишь меня? Я хочу увезти его на берег, где мы с тобой так много... были. Там как раз почти нет людей и красиво!
- Ладно, но будь на связи!
И она упорхнула на утреннюю электричку, сказав, что будет вечером. Я же остался в волнении и беспокойстве. Но слово нужно держать, да и понимал я, что такой талант удержать в одних руках занятие почти невозможное.
Вечером она не приехала. Телефон сначала не отвечал, а потом искаженный расстоянием, но узнаваемо-родной голос сообщил: "Мы опоздали на электричку!" И вот, чуть не первая одинокая ночь со времён зимней командировки. Ночь без безумного секса, но не менее беспокойно-звонковая. Майя сообщала, что они мерзли, шли на другую станцию и вообще приключались.
Наконец, передо мной утренняя Майка, возмущенно-взволнованная!
- Представляешь! - почти кричала она, раздеваясь в коридоре, - я сказала ему надеть хорошую обувь, а он надел новые берцы, которые стерли ему ноги! И не мог идти, потому мы и на электричку опоздали. И вместо еды три килограмма пряников с собой взял!
- А что между вами было-то?
- Ну, поласкала его один раз и он быстро кончил, ничего интересного. Он ведь совсем мальчик оказался, первый раз у него был! Хотя большой, здоровый на вид парень, никогда не подумаешь. Надо бы его с какой-нибудь подружкой познакомить, а то совсем пропадет без женского внимания! Он ведь, глупый, когда мы ночью на рельсах сидели, достал такой большой нож и стал его разглядывать со всех сторон. А мне и страшно, и смешно одновременно, я ж и безо всякого ножа на всё согласная! Обняла, расцеловала его, отобрала холодное оружие, да опять штаны с него стянула. Ну и ласкала его, пока не замерз-задрожал.
