- Ты заявил, что у тебя почти постоянно стоит хуй и ты боишься совратить товарищей… Вот и проверю, не брехал ли ты… Давай-ка, вылезай от своих ёбарей и иди ко мне. - Заявил вожатый и, оголившись, встал раком на свободной кровати.
Генка ебал Сергея, а Петька трахал его в рот. Я же (ну, прямо фобия какая-то), вновь вылизывал Генкин анус. Что поделать, если он мне так нравится… И сам Генка, и его дырочка.
Ночью было ещё несколько взаимных потрахушек, потому что пенисы у молодёжи всегда готовы к сексу с любым партнёром, а, особенно, с понравившимся соседом по постели, не только ебущим, но и отдающим свои прелести, доверяющим тебе самое сокровенное...
Оставшиеся дни всё шло по наезженной колее: подъём, завтрак, клизма, водный массаж; секс с Петром и Глебом; минеральная водичка в кишечник у доктора и секс с ним; обед; так называемый "тихий час", проходивший у нас под возгласы оргазма; полдник, бассейн, развлечения на свежем воздухе, ужин, катание на расчищенном и дополнительно залитом участке пруда на коньках или с горки; подготовка ко сну и ожидание нашего любимого вожатого.
Настал день расставания. После завтрака нас загрузили в автобус, отвёзший на железнодорожный вокзал Можайска. Даже в вагоне, предчувствуя неминуемую разлуку, я неистово целовался, с так полюбившимися мне пацанёнками.
Вот и Москва. Парни поехали на свои вокзалы, отправляясь по своим городам (они не были москвичами), а я отправился домой.
До сих пор жалею, что не выпросил у них адресов, не оставил своих координат. Этих любовников своей молодости к сожалению, я больше не встречал. А жаль!
