Неоцененные вами: Порно рассказы

«Лена наклонилась и подняла с пола вторую палку. Медсестра рявкнула на Марину. Девушка подняла палку и ударила по пятке Марты. Удар получился слабый, и Марина тут же почувствовала боль в спине. Ульрих два раза сильно хлестнула девушку плёткой. Лена замахнулась и сильно врезала по подошве Марты, та завыла и задёргала всем телом. Марина повторила то же самое, и у неё получилось лучше. Фрау Ульрих перестала бить её. Девушки старательно лупили немку по пяткам и подошвам. Марта громко кричала и извивалась на станке. Её ступни покраснели и покрылись потом. Ульрих скомандовала, и девушки принялись лизать ступни Марты. Так повторялось несколько раз подряд. Медсестра подошла к голове офицерши и, сняв сланец, поставила ногу ей на лицо. Марта принялась истово лизать ступню Ульрих. Через пятнадцать минут экзекуции, медсестра подошла к перепуганной Алевтине, и потащила её за косу к станку. Алевтина хотела, было, сопротивляться, но получив по грудям плёткой, покорно поползла. Ульрих ткнула девушку, в промежность Марты и что-то сказала.»

«Марта позвала палачей, и они приступили к экзекуции. Марину раздели и положили на лавку, закрепили доски с прорезями для шеи и ног, привязали ремнём в области поясницы, завязали кисти рук. Девушка громко плакала и причитала. Василий взял розгу в руку, и сильно размахнувшись, начал сечь по ягодицам. Розга со свистом рассекла воздух и припечаталась к коже, оставив на ней красную полосу. Марина ощутила сильное жжение в области попы и начала визжать как поросёнок. Василий методично с интервалами наносил удары. Полосы на коже ложились параллельно. Покрывая постепенно весь зад девушки. Марина вспотела, глаза вылазили из орбит. Боль нарастала с каждым ударом и распространилась от попы к затылку. Единственное, что могла делать несчастная, кроме крика, так это вертеть головой. В глазах Марины плавали круги. Она охрипла и оглохла от собственного крика. После двадцатого удара, Василий начал сечь поперёк первых полос, боль ещё усилилась, Марина орала как резаная, и умоляла Марту прекратить наказание. Но та продолжала, вместе с майором, молча наблюдать за поркой. Василий сменил очередную измочаленную розгу, и продолжал наказание. После сорокового удара, Марта приказала остановиться. Марину отвязали. Рыдающая девушка встала, взялась руками за попу, даже не пытаясь прикрыть свою наготу.»

«Сейчас самое время посмотреть в ее наполненные страстью глаза - в них я увидал жажду продолжения. Ника - прекрасная моя Ника изнемогала от желания, и жар ее тела испепелял меня и заставлял задыхаться, словно от нестерпимого зноя. Кажется, что кружится голова, я не могу больше стоять сверху и припадаю губами к ее чудесной груди, небольшой, но такой вкусной. Я играю языком с ее соском, целую смуглую кожу вокруг, и спешу ласкать второй. Мокрые, они блестят и встают еще больше. Ника стонет и улыбается мне в ответ.»

«Лиза кончила. Она издала дикий вопль и от бессилия повалилась на стол. Но Эдуарду этого было мало. Он подошел к Лене, взял ее за талию и вонзил свое "острое копье" в цель. Девушка начала кричать. Рома даже испугался. Он быстро вытащил член и отпрыгнул назад. Но когда понял, что все в порядке, решил помочь другу. Они оба взяли ее...взяли без всякого сожаления, как звери...»

«Она задергалась, но я, схватил карандвш "Гигант" (помните такие - по советскому строю), который был в вазе на письменном столе, вогнал его ей во влагалище.»

«Дамир и Ленка ничего не слышали. Он думал о ней, а она о пошлости брака и пользе секса. Поезд набирал скорость, а их молодые тела беспощадно лишались калорий:»

«И понеслось... "Я губами чувствую, что тобой толком еще никто не занимался." Разве? Он поцеловал ее, сначала в губы, потом стал целовать ее тело, спустился ниже, к груди, затем к животу. Затем начал языком ласкать клитор, долго, упоительно... Да, подумала она, ТАК мной еще никто не занимался. Это был первый оргазм, который она ТАК получила. Она была ему благодарна и хотела как-то отблагодарить его, ее желание не ушло, а только еще больше выросло. "Иди ко мне". Резкий толчок. "Какой же он ограмный, как же это больно, как же это здорово..." Два, три... Не прошло и минуты, как от всего пережитого возбуждения он кончил... Она почувствовала легкое разочарование. "Сейчас я вернусь и мы продолжим." Так быстро? Он не переставал удивлять ее. Они занимались любовью два дня и чувствовали, что так хорошо им никогда не было.»

«...Эта ночь покажется мне бесконечной. Я буду видеть и слышать во сне только тебя. Уже сейчас я прошу... прости меня, моя маленькая белая звездочка - за темные круги, нарисованные акварелью бессонницы и тоски под моими глазами. Как бы мне хотелось, чтобы ты поцеловала их... потом, когда - ни будь, позволив принять этот поцелуй и сделав мне такой подарок. Зная, что этого никогда не произойдет и что мое чувство, такое одинокое и неправильное - неразделенное навеки, я все же прошу у тебя прощения. Мне почему то кажется, что тебе бы не понравилось, что я так тоскую по тебе...»

«Не в силах больше терпеть Максим прислоняет Марину к стене, она обнимает его ногами за талию, и орудие парня входит в Маринкину норку. Она стонет и тяжело дышит, он щекотит язычком Маришино ушко , а зубками нежно покусывает мочку. Они стоят почти не двигаясь, только девушко слегка то поднимается, то снова насаживается на член.»

«Девушка вытянула язык, мужчина задрал свой член кверху. Ольга провела языком от головки члена до мошонки и обратно. И ещё несколько раз. И тут он кончил. Брызнула сперма, девушка отпрянула назад. Сперма стекала её по волосам, по лбу. . .Мужчина шагнул к ней.»

«21.00 - Он был трезв. Кроме двух рублей денег не было вообще. На его плече сидела довольная крыса, которую больше никто не мучил. Он развернулся, сказал приятелю что пора. На оставшуюся двошку купил бутылку "Славутича" и свалил. Даже не ушел, а просто свалил... Его никто и нигде не ждал...»

«В марте я снимал проституток через агентство там, где я живу. Недалеко от моего дома. Первая - Ксюха, пошла якобы мыться, но когда я кончил, стал снимать презерватив, у меня рука вся воняла каким-то ссаньём. Через 10 дней, в марте, я снял там-же, только другую (Алесю). Тёлка просто заебись. Она потекла, так дрыгалась подомной, что это была самая лучшая ёбля за всё, что у меня были предыдущие.»

«Моя попутчица была небольшого роста с полными ногами и внушительного размера бюстом, обтянутого шикарным лифчиком, кружева которого просвечивали сквозь белоснежную блузку. На ней была короткая не для ее форм юбка. Но от этого ее великолепные ножки выглядели еще аппетитней. Лучи света исходившие от уличных фонарей, постоянно, то и дело подчеркивали ее формы. Подошел кондуктор и я пытаясь достать мелочь на билет, 'случайно' роняю ее на пол. О ее бедра, ее шелковистая кожа, как восхитительна она в лучах тусклого света. Нагнувшись еще чуть-чуть, нетрудно было разглядеть ее трусики. Поднявшись, я ловлю ее взгляд, взгляд хищницы. Мужское достоинство уже не умещается в штанах. Моя королева автобуса замечает это и прикусив пухленькие малиновые губки наклоняется вперед. Ее великолепные груди чуть ли не вываливаются мне на встречу и приглашают их теплом. Но, к сожалению, моей мечте так и не суждено сбыться. Мы подъезжаем к метро, и моя прекрасная незнакомка как птица выпархивает в ночную неизвестность. И я предвкушая желание новой встречи изо дня в день езжу на моем автобусе N...»

«Киса повернулась ко мне задом, рукой через свою промежность взяла меня за член и вставила в себя. Я взял ее за талию на начал входить. Она терла свой лобок иногда касаясь моего члена. Так мы сношались в коридоре - кончил я во влагалище, все что вытекло из нее она растерла по своему лобку и животу. "Пойдем мыться" - сказала она. Киса вымыла меня и сказала - "Тебя надо побрить" - но взяла мой член и начала медленно и с наслаждением брить. После этого я выглядел как мальчишка.»

«"Мама, не мацайте писю,»

«"Открой, козёл, я тебя в жопу выебу! А не откроешь - я выломаю дверь и не только выебу, но и хуй тебе отрежу!! Я вам покажу, суки! Да я таких сволочей как вы в рот ебал!!!" Я много раз видел мужа Эльвиры - это был здоровенный мужик с огромными волосатыми ручищами, и ему ничего не стоило выломать дверь. "Давай лучше откроем" - прошептала Эльвира - "Он ведь выломает, и тогда нам действительно не поздоровится!" Я подумал, и решил, что она права. К тому же, было бы большой подлостью с моей стороны продолжать прятаться и тем самым вынудить Фёдора обрушить весь свой гнев на Эльвиру когда она явится домой. С этими благородными мыслями я решительно подошёл к двери и повернул ключ в замке. Ударом ного Фёдор распахнул дверь и , ворвавшись в квартиру, быстро запер её изнутри, а ключ положил себе в карман. "Ну что, натрахались, суки?"- спросил он тихо и вкрадчиво - "Дурака из меня решили сделать? А вот теперь вы отсюда не выйдете, пока я не захочу! А я разрешу вам выйти лишь после того, как посчитаю, что достаточно наказал вас за такое блядство!"»

«Я не просила этой любви, я вообще не просила никакой любви. И его любовь я старалась не замечать. В конце концов, как можно заметить то, чего не было, и, скорее всего никогда не будет? Но чем больше я ничего не видела, тем сложнее было ничего не видеть, пока в один из дней я не поняла, что дышать больше без него не могу, и, скорее всего уже не буду. Вот тут то и начался кошмар - губы, которые до этого использовались только для разговора, начали искать его губы, а тело жаждать его ласки. Он же, как непревзойденный змий-искуситель, поддерживая разгорающуюся страсть, искал параллельно пути к отступлению. Добившись своего - нет не банального секса, но чувственности и желания, испугался за свое доброе имя и не найдя способа лучше - отдалился. Я же, не заметив перемены, по прежнему льнула к тому, чей образ стал для меня подобен ангелу и богу, и чьи ласки возносили на пик блаженства. Возможно ль, содрогаться всем телом от одной мысли о поцелуе и желать объятии так, что сердце забывая биться, замирало. Каждую ночь, каждую проклятую ночь, я надеялась, нет, я искренне верила, что он не лжет, что он любит. Я жила только его словами о безграничной любви и истинной преданности. Но в тот миг, когда я поверила и сдалась, когда раскрыла губы навстречу его ищущим губам - я проиграла. И дело не в том, что, добиваясь цели, мужчина ищет новую цель, а лишь в том, что, достигнув ее, он боится ее последствии и, поджав хвост, возвращается в конуру, которую сам себе отвел.»

«Теперь он входит в меня намного резче. Я вскрикиваю и через пару движений снова уплываю в космос. Он целует мои губы, и я отвечаю ему с какой-то дикой страстью. Он движется все быстрее, его ладонь сильно сжимает мою грудь...»

«Вот теперь все в порядке, каждый пальчик так эротично смотрелся. Ноготки были выкрашены в перламутровый белый цвет. Осталось поехать домой, и одеть платье, взятое в прокат, новые белые туфли и ждать своего любимого.»

«Закончив главу, Нина встала и развернула педаль к коромыслам. Госпожа моя встала туда. Я потому так подробно запомнил, что это было первым вторжением ко мне в зад. До этого я был там девственником. Клизмы, конечно, не в счет. Да, так Нина потянула коромысло вниз. Я тут же поднялся по члену. Нина нажала педаль, одновременно подняв коромысло. Член ввинтился в меня, как шуруп. И я опять заорал. Так продолжалось недолго. Ведь вскоре мне стало приятно, от удовольствия кружилась голова. Минут через десять я кончил. Тогда Нина оставила меня снова на члене, а сама стала собираться в город - пора... В электричке я еле сидел, а Нина спокойно читала.»

«Однако на этом я и не думал останавливаться. Из сладкой щелки ее письки я переместил язычек выше, пока не попал на еще нераскрывшийся цветочек ее ануса. Я ласкал его до тех пор, пока он не обмяк и не пропустил меня внутрь. Оказалось, что здесь еще слаже. И моей девушке тоже оказалось еще приятнее, когда я стал ласкать ее попку, она стала снова возбуждаться и постанывать, пока повторная волна сладострастной судороги не прокатилась по ее телу!»

«По щекам этого хрупкого создания вновь полились слезы. Одной рукой он уперся в кровать, наклонился над ней, и начал слизывать с её лица кровь - слезы. Затем облизал её шею, прикусил мочку ушка, в которое так любил нашептывать всякую нежность. Левой рукой он сжимал её бедро, и рывками входил и выходил из неё.»

«"Я очень хочу пописать, пустите зайти?" Детский сад! Она же почти студентка, самостоятельная, серьезная женщина. Ни за что! Полчаса на метро, пять минут пешком - и она дома.»

«Господи, девочка моя, что же ты со мной сделала? Я не знаю, как я доживу до утра... Точнее, не доживу, а "досуществую" - "живу" я только рядом с тобой!.. Будь проклято время, которое течет слишком медленно, не давая нам встретиться... Но вот, пока я пишу, уже осталось меньше - около 10 часов... Но, тем не менее, я не знаю, как я вытерплю эти длинные часы, каждый из которых для меня - вечность...»

«-В самое ближайшее время ты узнаешь, как классно, когда тебя ебут подряд много мужиков, ты будешь вылизывать все пизды , какие мы только найдем. Тебя, шлюха будут ебать все кому не лень... от малолетки до собаки...»

«Плача, Инна покорно опустилась на колени, руками оперлась об пол. Доктор подошёл к ней, развернулся спиной и коленями обхватил бока девушки. Замахнулся и опустил ремень на её ягодицы. Девушка жалобно вскрикнула и дёрнулась вперёд.»

«Да.. я чувствую твой член внутри себя.. он легко погружается в меня и так же легко выходит ..ты стонешь, я тоже ..я чувствую, что ты скоро кончишь ..я шепчу тебе об этом на ухо, и ты вытаскиваешь свой чудесный пенис из меня ..я лежу пот тобой, ты наклоняешься, я развожу в стороны свои прекрасные белые груди, и ты очень нежно и осторожно кладёшь его между ними ..я свожу груди и начинаю медленно массировать твой член ..ты подаёшься тазом вперёд, затем назад ..и ещё несколько раз ...я приподнимаю голову, и в этот момент фонтан "твоей страсти" бьёт мне прямо в лицо ..но я к этому готова.Твоя сперма стекает по моим щекам, по шее ..ты очень нежно и ласково вытираешь мне лицо ладонями и обнимаешь меня ..вновь целуешь, но уже не страстно, а нежно, ласково ..ложишься рядом со мной и мы так и лежим ..кутаясь в неге ...»

«- Скорее давай, - прошептала она, - моя рука ещё немного помедлила и двинулась от её лба к макушке. Длинные черные прямые локоны падали на диван и пол, но она уже этого не замечала, она вошла в заключительную фазу. Вот уже ничего не осталось на затылке и висках. И вот передо мной предстала Алёна, бритая наголо. И тут я почувствовал, что она стала необычайно красива. Полная, с большими бёдрами и грудью. И бритая наголо. Женщина бритая наголо - красива. Подобно тому, как нас волнует, когда женщина обнажает лоно и грудь, также нас может волновать, когда женщина обнажает голову. Она знала это. Зигмунд Фрейд не знал, а она знала, или хотела узнать? Кровь ударила мне в голову, я больше не мог себя сдерживать. Мы испытали это практически одновременно с криком несказанного блаженства.»

«Я кивнул: "бери, бери, развлеки нас". Он взял пиво и залил шлюхе в глотку. Она все послушно выпила, так как очень хотела пить. И, видать, быстро окосела с голодухи. После этого Вик припал ртом к ее половым губам и заработал там языком, как добросовестный посудомойщик после вечеринки. Уж не знаю, что именно он там вытворял, нам не видно было, но через несколько минут Аманда начала вздыхать и двигать задом навстречу фейсу Вика. Еще через пару минут она стала стонать и просить, чтоб он разрешил ей кончить. И вот Кассиди не выдержал: он матюкнулся и, запрыгнув на кровать, вставил свой аппарат ей в рот. Вик тут же засадил ей в "киску".»

«Ее язык скользил по его телу, она уже добралась до живота и, чуть прикусывая его тело, двигалась вниз, к повлажневшему напряженному члену. Вот она лизнула его бедро, отозвавшееся судорогой на недолгое прикосновение шершавого влажного языка, затем чуть подняла голову и дохнула на головку члена, так что она непроизвольно качнулась к животу. Он ждал, чтобы она наконец взяла в себя его готовый разорваться орган, но женщина вновь опустила голову, и продолжила исследование его тела... ее язык скользнул ниже, к коленям Андрея, затем опять выше, по внутренней стороне бедра, прошелся по мучительно сжавшейся мошонке и вновь остановился у основания ствола. Он не выдержал... Схватив ее руками за волосы, забыв об ошейнике на шее, он притянул ее рот к головке, пытаясь преодолеть сопротивление плотно сжатых губ. Она хотела было возмутиться, и открыла рот, и в этот момент он наконец ввел ей в рот свой инструмент, так что она издала только сдавленный стон. Раз за разом он всаживал в ее рот член, она мычала и пыталась упираться руками, и это мешало ему кончить... Наконец она сумела вырваться, и уставилась на него совершенно бешеными глазами...»