Неоцененные вами: Порно рассказы

В маленькой квартире на окраине живут Елена и её 18-летний сын Алекс. Она — уставшая мать за сорок, он — застенчивый парень с длинными волосами, узкими плечами и широким тазом, который всегда казался чужим. Всё начинается с одиночества: любопытство к маминому белью, запах шёлка, первое прикосновение. Потом — надевает. Чувствует, как ткань меняет кожу, дыхание, мысли. В зеркале рождается Маша. Елена замечает — и принимает. Обнимает, целует, шепчет: «Ты моя девочка». Первая ласка, первая ночь вместе. Дальше — бельё под мужской одеждой в институте, взгляды однокурсников, первый секс. Жажда растёт: вебкам, клиенты, импланты, большой член. Маша становится Мери — королевой разврата. 30 глав. Медленно. Смакуя ткань, дрожь, вкус похоти. История о том, как мальчик стал девочкой — потому что захотел. И его приняли.

Главный герой отправляется на пляж с девушкой на которой нет нижнего белья, при этом в пути к ним присоеденяются друзья его попутчицы. Что-же из этого получится...

«Молодая девушка случайно обнаружила дар совращения. Разводя сына маминой подруги на лёгкий куни, она не знала, чем это закончится на самом деле.»

Она стоит у могилы в чёрном платье, которое прилипает к мокрой спине. Она не спала три дня. Она даже не заметила, как он смотрит на её задницу, пока священник читает отходную. Саша — брат её мужа. В машине он задирает ей подол. В спальне он заставляет её встать на колени. На кровати, где она спала с его братом, он трахает её так, что она кончает, плача, кусая подушку, чтобы не разбудить детей...

Шуточное стихотворение про двух сестёр учительниц

Шуточное стихотворение про училку Верку и физрука

Шуточное стихотворение про двух сестёр зуб учительниц

Сорокавосьмилетняя Людмила, успешная владелица бизнеса, давно забыла, каково это — чувствовать себя женщиной. Рутина, безразличие мужа, хроническая усталость и остеохондроз — её верные спутники. Но случайный разговор с подругой приводит её в элитный массажный салон «Сакура». То, что начиналось как попытка снять телесные зажимы, оборачивается путешествием в глубины собственной сексуальности, где границы между болью и наслаждением, стыдом и свободой стираются, а старые представления о себе рассыпаются в прах.

Наш герой увидел своими глазами, что если отказать своей шлюхе-жене, то она обязательно что-нибудь придумает и его это вполне устраивает. Теперь его главная страсть - любоваться, как посторонние мужики сношают ее во все отверстия почем зря....

Аня, 20-летняя нищая студентка, в отчаянии открывает OnlyFans. Чтобы заработать, она арендует фотостудию с силиконовыми секс-куклами и решает сделать «безобидный» контент в латексном костюме одной из них. Но молния на костюме застревает. Вибратор внутри включается сам. Камера уже ведёт прямую трансляцию. Через несколько минут Аня превращается в беспомощную блестящую куклу: запертую, вибрирующую, текущую. Зрители растут, донаты капают, а студия автоматически продлевает «сессию». Гости приходят, используют её во все отверстия, пока вибратор держит на бесконечном эджинге или заставляет кончать без остановки. Она хотела денег. Получила ад и оргазмы, из которых уже не выбраться. Хочешь узнать, как обычная девушка навсегда становится живой секс-куклой на OnlyFans?

Продолжение истории. Первый рабочий день Марго, согласившейся стать личной шлюхой для своего нового начальника.

«Я с семьей отправилась на вечеринку к моему дяде. Я уже собиралась махнуть рукой на этот вечер, но к моему удивлению встретила там сестру своей тети. Она оказалась очень приятной и сексуальной девушкой, ей было 27 лет и она, как впрочем и я, просто бредила лошадями и верховой ездой. Она жила одна в своем доме в Калифорнии и пригласила меня в себе на недельку, поскольку у меня как раз начинались каникулы.»

«Hи один мало-мальски опытный грибник на моем месте тоже не обошел бы стороной эту аппетитную березовую рощицу, в которой, вне всякого сомнения, должны были оказаться подосиновики и подберезовики. Углубившись в густой подлесок, я непpеpывно шарил глазами по земле, то и дело с великим сожалением натыкаясь на свежесpезанные ножки - кто-то явно опередил меня. Я невольно прибавил шагу, пытаясь обойти более удачливого грибника, и вскоре услышал потpескивание сучьев, иногда перемежаемое странными возгл»

«"Блюменштрассе... Улица цветов. Как я понимаю Плейшнера!.." Он шел и смеялся. Из концлагеря зимнего одиночества, который хоть и не изнуряет плоть, зато наносит чувствительный урон душе, он шел на Первую Весеннюю Вечеринку. На ту самую, где приходилось бывать каждому из нас, и о которой каждый скажет: самое лучшее в таких вечеринках - это их ожидание. Он шел и представлял себе эту Обычную Квартиру, со столом, накрытым достаточно презентабельно по нынешним временам, дешевой яркой снедью»

«Они сидели на кухне. Она была тесной и не слишком уютной, но в ней можно было отвлекаться на хлопоты, а в комнате стояла кровать - достаточно широкая, чтобы принять двух любовников, но безнадежно узкая для того, чтобы вместить два года разлуки. В коридоре стоял нераспакованный чемодан. Он, как собака, просился вон из дома, во двор, на вокзал, к черту на рога. Оба слышали это, но не подавали виду. Он смотрел на пачку сигарет и в тиканье часов слышал вагонный перестук. Наспех принятый душ не смыл»

«Это пpоизошло чеpез два года после тех событий, котоpые описываются в пеpвом pассказе. Hа исходе последнего года обyчения в МГУ Лена все-таки yхитpилась влюбиться... неожиданно для самой себя. Встpечи со стаpым школьным дpyгом стали ее слегка тяготить, потомy что с одной стоpоны иногда она испытывала к немy стpанное физическое пpитяжение - хотелось к немy пpикоснyться, взять за pyкy или под pyкy...было пpиятно с ним видеться, pазговаpивать... но пойти дальше этого ей что-то мешало... Hесмотpя на»

«Обхватив голову руками, она не отрывала глаз от толстенной книги и слегка раскачивалась, разводя и вновь соединяя ноги, - как обычно делают при интенсивной зубрежке. Иногда девушка распахивала бедра настолько широко, что виднелись трусики из белой полупрозрачной ткани. И мое воображение постепенно разыгралось так, что яйца готовы были вот-вот взорваться, "Эх, - невольно подумалось, - попалась бы она мне в каком-нибудь другом месте, а не в читальном зале этой занюханной библиотеки..."»

«Я знала, что Пэм нет дома. Где же ей быть, как ни вместе со всеми на яхте у Дэйва. Надеюсь, что у неё с Дэйвом всё получится. Пэм красива, молода, непосредственна и при этом ещё и умница. А главное, она умеет держать свои страхи и неуверенность под контролем. Я за неё спокойна.»

«Hачалась эта история с того, что Клаверий де Монтель, молодой человек, не связанный ни какими заботами, прочитав объявление о приглашении мужчины на постоянное место привратника, садовника и истопника и, поняв скрытый смысл этого объявления, притворился глухонемым и поступил на работу в закрытое женское учебное заведение.»

«Он шел под дождем. Белый халат неопрятно торчал из-под плаща, зонтик - как шпага с нелепо съехавшей гардой - качался над головой в такт шагам. Он был мрачен, под стать погоде, и в тысячный раз проклинал весь мир, мелочно останавливаясь на каждой отдельной гадости. Глупая, толстая, неопрятная женщина, которая ждала его дома... Ее он ненавидел в первую очередь. За то, что она действительно оказалась его библейской половинкой, и в редкие минуты, когда они, обнявшись, оплакивали свою говенную жизнь,»

«Пятилетней Нине не нравилось в детском саду. Воспитательницы все время вязали шапочки и зевали, а зимой не выводили детей на прогулку. Мальчишки в группе собирали игрушки из "киндерсюрпризов" и все время толкались, а девочки приносили из дома Барби и обсуждали их наряды.»

«С Аллой Андрей встретился совершенно случайно в пивбаре. Андрей не был верующим и никогда не вымаливал себе чего-нибудь. Но судьба наконец смилостивилась и послала ему ЭТУ женщину. В тот день после работы он позвонил своей последней подружке и не без удовольствия услышал, что их встреча отменяется по причине её чисто женского недомогания. Они встречались уже давно, да и не первая она была, и их близость не приносила Андрею большой радости. Обыкновенное траханье ему наскучило и не интересовало -»

«"Придется встать," - подумала Тина, узрев через плечо будильник. Стрелки приближались к двенадцати. Обычно она выходила на работу в десять, но вчера было невозможно разогнать "гостей", которые трижды бегали за водкой и не собирались угомониться. В конце концов, пришлось подлить всем свое фирменное зелье, вызвать Васеньку за четвертак и отправить забалдевших мужичков обратно в "барак". Бараком Тина называла одноэтажную общагу гостиничного типа, где вот уже 20 лет жил»

«Сквозь сон Эвелин показалось, что откуда-то доносился бой барабанов. Открыв глаза, она поняла, что барабаны -- вовсе не сон, врывающиеся в спальню звуки с каждой минутой становились все более отчетливыми. Торжественный марш! Эвелин спрыгнула с кровати и подбежала к окну. В просвет густой листвы растущего у дома дерева она увидела на плацу, начинавшемся сразу за лужайкой, солдат, построенных в каре. Что-то случилось! Но что именно? Чтобы рассмотреть получше, Эвелин нагнулась вперед... »

«Я сделала маленькое отверстие в ванную комнату моего соседа по комнате.»

«Он вошел в эту комнату, слегка волнуясь. В камине мерцал огонь, освещая своим колеблющимся светом небольшое пространство. На пушистом персидском ковре сидела Она, держа в руках бокал из тонкого стекла, на полу стояла открытая бутылка с красным вином. Звучала тихая мелодия.»

«Она любила оставаться одна поздно вечером в офисе. Тишина и уединение пьянили ее и возбуждали кровь. Она включила компьютер. О, этот интернет, соединяющий мгновенно ее с любым человеком в любой точке земли, эти виртуальные поклонники, эти заочные объяснения и свидания.»

«Яркое солнце, снег... Он, наслаждаясь скоростью, спускался с горы. Впереди на снегу распласталась девушка, лыжи валялись по разные стороны, она заливалась смехом, вызванным непредвиденным падением. Он сделал несколько умелых поворотов и оказался рядом, протягивая руку помощи.»

«Она любит эту компанию. Частенько проводит с ними время. Их встречи, как правило, наполнены романтикой. Они пьют вино и философствуют на интересные темы. Все как обычно. Но что-то не так сегодня. Может быть, они выпили чуть больше обычного, но всех тянет потанцевать.»

«Я не видел Жану целых три года, но она совсем не изменилась. Она уехала из Нью-Йорка в Филадельфию. До этого Жана была моей соседкой и мы часто встречались. И вдруг на улице Манхеттена, через три года, она кидается на меня, целует и обнимает.»