Все: Порно рассказы

«Прислушавшись к этому совету, девушка сделала так как её просили. Алекс припал к влажным губкам своей партнётши. Языком он раскрыл этоти лепестки. Его орудие бегало внутри чудесного цветка, Элен стонала всё громче, она прогибалась с каждой волной... Вдруг её тело содрогнулось и она обмякла... Прийдя в себя, она решила доставить удовольствие своему партнёру. . Толкнув его на траву, Эл, расстегнула его ширинку и красивый, прямой член выпрыгнул наружу, как хищный зверь, девушка слегка поцеловала его головку, потом взяла в рот полностью, она сосала, сладко причмокивая, и на удивление делала это как профессиональная шлюха, хотя делала это первый раз в своей жизни... Алекс напрягся и струя спермы брызнула ей прямо в рот.»

«Юля посмотрела на меня. Оль, а ты можешь полизать меня? Я ответила, что конечно. Юля легла и широко раздвинула ноги. Я видела ее бритую пизденку, набухшие складочки и торчащий между ними бугорок клитора. Я чмокнула ее туда и попробовала на вкус. Мне понравилось и я провела по пизде язычком. Юля выгнулась дугой.»

«30 января 2006 г. Как же я ненавижу эти Ее нарощенные ногти. Опять задела. Все болит.»

«Я уже не заметила как моя расстегнутая блузка отлетела в сторону. Лёнечка гладил мои сисечки и окаменевшие соски, он целовал их, расстегивал мою юбку и я тихо шепнула ему: "Дверь!" Он кивнул мне метнулся к двери, и в следующую секунду щеколда веранды отгородила нас от всех. Кошачьим движеним Лёнечка освободился от своих брюк. Из его шелковых трусиков рвался наружу твёрдый змей. Я помогла ему освободиться и поцеловала в головку. Лёнечка застонал. Тогда я облизала головку, захватила её губами и стала медленно гладить руками ствол и яички. Лёнечка тихо постанывая опустился на топчан. Одновременно он легко подхватил и повернул меня так, что его лицо уткнулось в мои трусики. Я лежала на нём и держалась обеими руками за его член. В мгновение ока он смахнул с меня трусики и стал целовать мою киску, облизывать её языком, его пальцы ласкали мои ноги и попку. Я поджала ноги и раздвинула их. Я засасывала его головку и готова была проглотить весь член целиком, но он был слишком велик. Я вобуждалась всё больше, целовала его яички и гладила член руками взад и вперёд, мой язык проникал во все щелочки и дычку его головки, моя голова шла кругом, и я поймала себя на том что тихонько рычу при этом. Его губы и язык творили чудеса с моей киской и попкой! Он облизывал мою киску, высасывая всё. Потом он облизывал мою попку языком проникая в дырочку. И опять киску... Я почувствовала, что вся дрожу от возбуждения. И тут низ моего живота привычно ёкнул и меня охватили конвульсии оргазма. Сдерживая стон я сосала его член обхватив его обеими руками. Тут я почувствовала, что Лёнечка вздрогнул и напрягся. Через секунду из его члена ударила струя я её сглатывала и продолжала высасывать всё из его головки. Лёнечка тихо сладострастно постанывая ласкал мою промежность. Через минуту наши тела расслаблено успокоились.»

«Много лет назад у меня был совершенно сумасшедший месяц. Любовники менялись что-то уж с совсем неприличной скоростью. Честно говорю: не от больших чувств. Надо было стереть в памяти некие неприятные воспоминания. А еще честнее - нагло и цинично посмеяться над одним себялюбивым самцом. Но тогда я была существенно младше и глупее.»

«Наконец (ровно через час) мои мучения кончились - машина остановилась в глухом лесу. Хозяин приказал мне раздеться. Я, как послушная шлюшка, тут же выполнила его приказ. И раздела его самого. Видимо, ебать меня в рот, ему понравилось, потому что он тут же поспешил снова всунуть свой член в мои растраханные губы. На этот раз пытка длилась слава богу недолго. Затем он велел мне достать свечу и загнуться раком. Естественно, я послушно выполнила приказ господина. Загнувшись голая, я встала рядом с машиной на землю в коленно-локтевую позу и послушно раздвинула ножки пошире. Как мне приказал хозяин. Он тут же впихнул мне в зад свечу, причем, опять не обращая внимания на мои стоны боли и просьбы быть помягче со мной, впихнул мне ее в мой зад чуть ли не до конца. Затем он достал спичку и поджег свечу. Моя бедная попка тут же почувствовала опасную близость пламени. Я задрожала, в результате чего первые капли воска пролились прямо на мою киску, заставив меня вскрикнуть и задрожать еще сильнее. Хозяин решил контролировать этот процесс сам, потому он снова пристроил свой член в мой уже измученный ротик, а рукой начал раскачивать и крутить свечу в моей попке таким образом, чтобы расплавленный воск лился на все самые нежные участки моего тела. Он велел мне раздвинуть пошире ноги и я почувствовала, как горячий ручеек воска проложил свою дорожку прямо по моим половым губкам и побежал прямо на мой бедный клитор. Затем в глазах засверкали звезды, и я закричала от боли, за что получила затрещину. Хозяин запретил мне орать, и теперь я только стонала от боли. Он раскачивал свечу, и капли горячего воска разлетались, падали мне на ягодицы, на нежную область между ног, на ноги, на спину... Вот он крутанул свечу, всадил ее еще глубже в мое анальное отверстие, заставив меня вскрикнуть от боли, а затем изогнул свечу (заставив меня вскрикнуть еще раз), и вот в результате этих манипуляций горячая струя воска потекла ПРЯМО НА МОЙ НЕСЧАСТНЫЙ АНУС!!! Я взвыла от боли. Но хозяин был неумолим. Он продолжал разъебывать мой рот, одновременно направляя дорожку расплавленного воска именно на мой анус, сжимавший торчащую из меня свечку. Я даже не могла попросить его прекратить - его член буквально (!) перекрыл мне кислород. Затем мне было приказано лечь на живот, не вынимая свечи из зада, и начать по приказу хозяина дрочить свой собственный клитор. Я с радостью это сделала, надеясь избавиться от мучений, которые мне доставлял горячий воск, но оказалось, что если лечь, как велел хозяин, на живот, раздвинуть ножки и начать активно дрочить саму себя, то таз непроизвольно начинает двигаться вверх-вниз, а свеча (естественно) раскачивается в такт этим движениям, и горячий воск снова начинает стекать прямехонько на губки и клитор. Я визжала и извивалась от боли, но не смела ослушаться хозяина и исправно дрочила саму себя, а тело автоматически двигалось вниз и вверх, свечка качалась, воск тек, я визжала - и так по кругу нескончаемо (как показалось мне). А господин смотрел на все это шоу сверху и довольно усмехался. Наконец хозяин сжалился надо мной и вытащил свечу из моей задницы. Но... взамен он навесил на меня кучу прищепок. Как оказалось, прищепки - это очень больно! Я уже на первых же секундах этой экзекуции буквально умоляла хозяина снять их с меня. Целовала его ноги, вылизывала его волосатые яйца и задницу, лишь бы избавиться от мучений. Но он был неумолим.»

«Это было действительно так. Изласканный любящим ртом цветок обильно истекал любовной влагой, и мой смазанный этим нектаром язык уже почти не ощущал плоти - он как будто плавал в океане великой женской любви.»

«Ира быстро скинула свои вещи, легла на пол, согнула колени к груди и сильно развела их руками. Перед глазами парня лежало объемное женское тело с гладко выбритыми дырками, которые зазывно раскрывались перед ним. Парень, увидев такую подстилку, сразу стал расстегивать брюки и она увидела, что его член уже стоит как кол. Николай стал подрачивать член рукой.»

«Я всегда был уверен, что тебе это понравится! Я ласкаю языком тебя всю, доставая как можно дальше, а потом подолгу лаская маленькую точку там, где сходятся твои губки. Думала ли ты, что на одном месте в твоём теле может быть столько наслаждения сразу? Теперь ты понимаешь, почему так громко кричат в порно - у тебя самой иногда с выдохом вырывается тихий стон... впрочем с каждым разом он становится всё громче, по мере того, как ты теряешь над собой контроль, погружаясь с головой в пучину наслаждения, которым я стремлюсь затопить все уголки твоего тела. Я двигаюсь то быстрее, то медленнее, прижимаюсь то слабее, то теснее - всё для того, что бы ты не успевала привыкнуть к равномерности и чувствовала, как наслаждение усиливается непрерывно. И когда оно доходит до своего пика, ты уже издаёшь стон не тихий, а совсем несдержанный на каждом выдохе. Какая-то сила заставляет тебя подбрасывать бёдра мне навстречу, метаться по кровати как дикий зверь мечется в клетке. Только зверь в клетке свободы лишился, а ты её только что получила - свободу получить то, что принадлежит по праву любой женщине.»

«Закрылась в кабинке, обложила сидушку бумажками, штанишки на крючок повесила, а трусики с колготками спустила в самый низ. Села на унитаз, взяла салфеточку и начала себя поглаживать: и по губкам, и по клитору, и пальчиком немножко в дырочку. Потому уж дезодорант достала, а он, зараза, не самый тоненький. Чувствую - не лезет, прям хоть плачь. Видно, в положении сидя угол там меняется, вот и не могу впихнуть. Решила стоя попробовать. Уже вся мокренькая, а впихивается все равно с трудом. Наконец ввинтила, даже больно немножко стало.»

«Глава № 1 "Становление"»

«Вот после поминок все и произошло. Вдова - женщина 29 лет, ослепительно красивая шатенка, была практически мертва. Не отвечала на вопросы, не реагировала на детей, пила и ела все что ей подкладывали и наливали, впечатление было страшное - это жуткое состояние я не пожелал бы и врагу.»

«Трусики представляли собой три тонкие лямочки. Две из них держались на бедрах, а третья ложилась между ягодиц. Два пальчика Раксы легко стянули вниз две верхние, а третья зажалась между сомкнутыми бедрами. Ракса слегка расставила ножки, и лямка с легкостью слетела к двум другим. Теперь попку Раксы ничего не закрывало, хотя и до этого она была не скрыта. Секунду помедлив, Ракса села на корточки, придерживая рукой джинсы с трусиками. Тод теперь видел лишь только её попку, постепенно скрывающуюся в темноте. Ещё было видно, как Ракса развела согнутые ножки в стороны и затихла. Через мгновение в тишине послышалось журчание. Он и представить не мог, что писающая Ракса вызовет такую бурю эмоций и нестерпимое желание увидеть этот процесс в мельчайших деталях. Журчание тем временем стихло, Ракса ещё посидела немножко и, встав с корточек, полезла в карман спущенных джинсов, за салфеткой. Тод внимательно наблюдал за каждым её действием. Достав салфетку Ракса, не поворачиваясь к Тоду, слегка подогнула коленки и расставила их в стороны. Тод заерзал на своем месте от увиденной картины. Ракса быстрым движением руки подтерлась и, бросив салфетку в сторону, натянула джинсы, застегнула молнию и поправила майку. Всё!»

«Орудиями наказания обычно являлись ремень или брезентовый собачий поводок. Сек он меня обычно в два-три приема, по 10-15 ударов за раз с перерывом в 5-10 минут, чтобы я успел прочувствовать и полностью переварить боль. После экзекуции все ягодицы и спина до самой шеи была покрыта кровоподтеками. И так продолжалось несколько лет. Я уже притерпелся к постоянным экзекуциям, и принимал их как должное. Но вот мне исполнилось 15 лет. Родители купили дом в деревне и мы с братом были "командированы" туда наводить порядок. Все было нормально, пока я не познакомился с местными ребятами. Всю ночь мы гуляли, не обошлось и без браги, было очень весело. Когда я явился домой было уже 4 часа утра. Брат не ругался, не кричал, а только сказал чтобы я готовился к завтрашнему возмездию. С утра брат пошел на рыбалку, а когда он вернулся я понял, что сегодня вечером меня ожидает необычная порка. С рыбалки он принес с собой 30-40 аккуратно срезаных ивовых прутьев около метра длинной.»

«Утро!!! Пора вставать!!! ... потянувшись она встала из постели, день обещал быть хорошим: в окно светило солнышко... сегодня хотелось выглядеть красивой и привлекательной. . маска мальчишки была скинута: она одела шелковые чулки, юбку едва прикрывающую колени и прозрачную блузку: навела прическу. . подвела глазки. . высокий каблук туфель превращал ее ножки в элегантные и стройные: в зеркало смотрело привлекательное создание: Ему понравиться!!! ... прислонившись к стене она на мгновение предалась»

«И вот мне показалось, что товарищ готов. Я охватила кончик губами и делая круговые движения языком продолжала заглатывать его всё глубже и глубже. Снова возвращалась к кончику и опять поглощала его туго обняв губами...»

«Твои губы поднимаются вверх по ложбинке... влажный язык ласкает пульсирующую жилку на шею... дыхание... сладостное дыхание как морской ветер разносит волны желания по изтосковавшему по тебе телу.... оно уносит.... уносит в мир страсти... сбрось одежды... подари мне радость видеть тебя... ощущать каждой клеточкой кожи твое тепло ... руки потянулись к твоему одеянию...а губы слились в зовущем поцелуе...и вот мой взгляд ласкает твое обнаженное тело...член...он шепчет- Поцелуй меня! ...Возьми меня!! ...он утопает в океане нежности моего язычка.......и мужает все крепче и крепче...твои руки сжимают мои ягодицы и исчезают ..проникают в лоно... уже и оно зовет и просит- Возьми меня!!! ....тихонько поднимаюсь ... сажусь на тебя.......мои крепкие ноги захватывают в плен... и ты подо мной...я царица и властвую... твои руки разведены ..и не сопротивляются....соски приятно покалывают .... я еще сильнее прижимаюсь к тебе и они касаются твоей груди....и как вспышка молнии я понимаю что больше не могу.. я сильно хочу тебя ....сейчас и немедленно и твой жезл проникает в мое лоно .... стон удовольствия...все исчезло.. и только счастье.. счастье быть рядом с тобой... чувствовать как все перевернулось и мы стали едины.... монетки звенят в такт моих бедер так ритмично танцующих на твоем члене....и губы ласкающие глаза...щеки...шею...шепот сладких , дурманищих слова на ушко............... и счастье оргазма .....»

«Доставая яйца я опять уперся взглядом в пакет с баклажанами. Марина, теперь я в этом уверен, специально встала так, что баклажаны стали видны почти полностью. Не в силах больше сдерживается я схватил их, разорвал красивый пакет в который они были упакованы и стал неистово шинковать. "Что я делаю" - билась мысль - "Может быть эти баклажаны они хотели взять домой!" Но я был не в силах остановится. Не встретив сопротивления, я продолжал шиковать овощи и видел что Марина судя по всему не против и с интересом наблюдает за моими действиями. Придя в себя я обнаружил что Петр удобно развалившись на стуле быстро чистит чеснок, а моя Ольга помогает ему. Ее глаза горели кулинарным азартом - она хоть и не заканчивала кулинарного училища, но очень любит экспериментировать с различными сочетаниями продуктов.»

«Но я не хотела останавливать сладкую пытку, которую я творила над ней, чувствуя приближающийся оргазм, я отрывалась, а потом снова жадно впивалась в ее жаждущий клитор. Всё это было так... ммм... невероятно потрясающе: я доводила до изнеможения Машу и была сама на грани взрыва... Я сама уже не могла спокойно ласкать Машу, мое дыхание то и дело сбивалось в стоны. . Аллочка сильно нажала на мой клитор язычком и стала "усердно" ворочать свой язычок на клиторе. . нет, этого я уже не могла выдержать. . Моя спина выгнулась, рот сильно-сильно впился в Машину киску, на мгновенье мне показалось, что я схожу с ума, предметы вокруг завертелись в бешеном ритме, мне было так хорошо, нет, "хорошо" - не то слово, я словно парила в воздухе, я кайфовала в оргазме и это было прекрасно. . восхитительно... О, да. . С небес на землю меня спустил крик оргазма Маши. . Оказывается, "витая" в оргазме, я не переставала лизать мою девочку, и она кончила... о, Боже, КАК она кончила. . она кончала ужасно долго, ярко, метая голову из стороны в строну, ее ножки сотрясала дрожь, она была словно в лихорадке... В это время Аллочка слизывала с меня то, что "выделил" оргазм... Машенька закончила кончать и в изнеможении лежала, она смотрела на меня удивленно, словно бы еще не осознавая, что это было и как можно получить такое грандиозное наслаждение... Ее слова подтвердили мою догадку:»

«С этого дня я решил убивать мразей. Моей следующей жертвой была уже дорогая проститутка за триста баксов. Я перебрался в Питер. В той убогой деревеньке, где я совершил первое преступление, негде было развернуться. Мы сидели в моей машине, и конечно же все началось с минета. Мое лицо было замотано шарфом, ей еще предстояло увидеть мое уродство. Ее ласки ртом доставляли мне наслаждение, на какое то мнгновенье даже думал пожалеть и не убивать ее. Эта была намного красивее чем предыдущая. Я кончил ей на лицо и рассудок вернулся, я вспомнил зачем я здесь, я должен сделать этот мир чище. Я снял шарф, она дико завопила, но не надолго. Один мощный удар в ебало, и проститутка без сознания. Я отъехал к лесополосе, вытащил ее и повалил на землю. Головой она упала прямо в дерьмо. Я сорвал с нее кофту, затем лифчик. Этим грудкам моглабы позавидовать даже модель. Они прекрасны. Помню я тогда задал себе вопрос: почему у этой последней мрази, которая дает за деньги, такое роскошное тело?»

«Сколько? Еще сорок минут? Бляяяяя!»

«Пришли, разделись. Зашли в парную. Да, уже не парилка, но еще пока нормально, попариться можно слегка. Стали мыться. Не выдержал, посмотрел на него, а он до сих пор хорош, хоть и тридцать уже, такой же худой, тело молодое, поджарое. Блядь, как же я его хочу. Отвернулся. Да не отворачивайся уже, видел все равно уже, что член твой не совсем спокойный. Видимо, предчувствует. Сереж. Что? А ты меня вообще-то вспоминаешь? А что? Ну, как, я тебя часто вспоминаю, особенно, наши старые дни. Ну да. Весело было. Давай, я тебе спинку потру? Не надо. Да ладно, че ты? Я сам. Ну, как хочешь. Подошел к нему вплотную. Дим, не надо. Почему? Если ты не хочешь, почему тогда не сказал, чтобы я не приезжал? А? Просто хотел тебя увидеть. И я тоже. И не только увидеть. Все, я в тазике сижу и отсюда не вылезу. Ну и сиди. Кто тебе мешает? Я и так все сделаю. Нет. Почему? Окна. Что? Окна. А, сейчас, сейчас. Взял одно полотенце, зацепил его за гвоздики по краям рамы. Второе повесил на другое окно. Ну, все, теперь ты спокоен? Дверь закрой. Ты что думаешь, Катька к нам войти может, когда ты здесь не один? Все равно. Ладно. Пошел. Закрыл на щеколду. Ну, вот, теперь все. Может, не надо, Дим. Тише, все будет хорошо. Сел на лавочку под ним. Нагнулся. Вот он, мой друг, целый год по нему скучал. Взял член в руку, он уже стоял. Хорош. Первый раз я его видел при свете. Красив. См 16-17, наверное, не толстый, не тонкий, средних размеров. Взял его в рот и стал сосать. Сережка закрыл глаза, голову запрокинул и сидит, кайфует. Вот так, раз, вниз, два, вверх, раз, вниз, два, вверх. Жаль до попки не достать, а то бы пальчиком ему там поласкал. Ну, славу богу, хоть не притворяется теперь, что ему все равно. Даже вроде постанывает. А может тогда... Вставай, Сереж. Чего это? Ну, встань, пожалуйста. Встал. Я сел на корточки. Снова взял в рот. Обхватил его руками за талию и начал двигать его на себя, от себя, на себя, от себя. Проникся. Через пару движений мне уже не надо было им руководить, сам стал двигаться. Раз-два, раз-два. Но я не хотел, чтобы он кончал сейчас. У меня были другие планы. Я встал. Взял его за руку. Подошел к лавке и повернулся к нему спиной. Взял мыло с полки, намыл себе руку и смазал себе дырочку. Сереж, возьми меня. Он стоит. Сереж, ну, пожалуйста. Давай. Смотрит на меня. Вижу, что пытается бороться. С одной стороны, нельзя это, неправильно, а с другой стороны, вижу, что хочет. Наконец, решился. Я нагнулся и уперся руками в лавку. Он подошел сзади и стал пристраиваться. Я вытянул руку назад и старался помочь ему, взял его член в руку и направил в себя. Он надавил. Ай, вошел. Так. Теперь давай, двигайся. Он начал движения. Сначала потихоньку, потом полностью вошел в меня. Как ни странно, но боли в этот раз я почти не чувствовал. Было только чувство заполненности. И счастья. Что он снова во мне, что я добился опять своего! Ну, давай же, давай, двигайся. Раз-два, раз-два. Он стал убыстряться. Быстрее, быстрее, я не выдержал, стал стонать. Слышу, он тоже постанывает. Еще быстрее, еще быстрее. Меня больше нет, я где-то растворился. Какое же это великолепное чувство, ощущать в себе частичку самого дорогого и любимого человека! Уф. Все, кончил. Вышел. Сел на лавочку. Я тоже. У меня по ногам течет сперма. ЕГО сперма. Взял в руку свой член, два три движения и я кончил. Он взял ковш и стал поливаться. Помыл член, ополоснулся. Молчит, нахмурился. Я подошел к нему. Спасибо, Сереж, я так счастлив. Да пошел ты! Ты чего? Да ничего. Кто тебя просил? Но я же люблю тебя, Сережа! А я тебя ненавижу, ненавижу, понял? Ты мне всю жизнь поломал! Только все приходит в норму, и тут появляешься ты и все портишь! Ты понимаешь, что не может у нас ничего быть, не может! У меня семья, жена, ребенок и меня все устраивает. Я их никогда не брошу. Блядь, что я говорю. Я вообще не принимаю этих отношений. Я не голубой, понял? Я тебя не обвиняю, это твоя жизнь и ты можешь жить, как хочешь. Хочешь спать с мужиками, ради бога. Мое отношение к тебе не изменится. Но я никогда не смогу быть с тобой. Быть с тобой постоянно. Пауза. Тишина. Долгая тишина. Другими словами, Сереж, ты хотел сказать, что можешь быть со мной только иногда, изредка? Смотрю в глаза, попался. Не цепляйся к словам, Дим. Я хотел сказать, что это не правильно, мы больше никогда не должны этого делать. Ты понял? Понял. Только не очень. Я же вижу, ты тоже этого хочешь. Зачем ты скрываешь это от меня, а главное, от себя. Ну, признайся, не бойся. Меня устроит, если мы хотя бы иногда будем с тобой встречаться. Хоть раз в месяц. Хоть раз в полгода. Но я должен знать, что это будет. Тогда мне будет, зачем жить, и я буду ждать. Ну, все, хватит, поговорили. Он ушел в предбанник. Когда я вышел, он уже оделся и ушел.»

«Перед ним стояла женщина в черной блестящей на пол-лица маске. Соски грудей прикрывал черный цветок, усыпанный блестками, а на поясе красовался широкий ремень из какой-то блестящей клеенки. В руке она держала три павлиньих пера, которые плавно касались его волосатой груди. Мужчина застонал. Стоны стали усиливаться с каждой секундой, и Леониду показалось, что он сейчас умрет от перевозбуждения.»

«"Ну вот теперь я стала настоящей шлюшкой" - удовлетворенно подумала я и вышла из магазина, посмотрела по сторонам, глубоко вздохнула, от чего огонь в сосках вспыхнул с новой силой и села в машину. Я ехала медленно, пристально смотря по сторонам. Прошло около сорока минут и наконец мое терпение было вознаграждено. В одном из переулков я увидела группу моих старых знакомых, состоящую из пяти особей. Существа, напоминавшие снежных людей, копались в какой-то куче мусора не обращая никакого внимание на окружающий мир. Я затормозила тихо вышла из машины и осторожно направилась в их сторону. Когда я преодолела примерно половину расстояния, разделявшего нас, одно из существ неожиданно замерло, взглянуло в мою сторону и выпрямилось и что-то прорычал. В тот же миг вся группа пришла в движение и в один миг преодолев расстояние разделявшее нас, окружила меня. В близи эти существа оказались еще больше чем я думала с начала - даже стоя на высоких каблуках я упиралась носом только в их грудь. Страх парализовал меня, я уже начала сомневаться в правильности своей затеи, но стоило мне опустить свои глаза и осмотреть их ниже, как восторг и похоть во мне загорелись с новой силой - все существа оказались самцам, да еще какими. Их шланги болтались между ног и даже в спокойном состоянии длина их составляла около 20 сантиметров, а диаметр - не менее 6 сантиметров. Окружив меня, самцы принялись усердно меня обнюхивать, опускаясь все ниже и ниже в тот момент, когда самый крупный из них приблизился к моей давно уже насквозь промокшей промежности ноздри его расширились и он принялся с шумом втягивать воздух. Все это время я пристально наблюдала за его членом и увидела, как дрогнув он начал раздуваться, постепенно поднимаясь все выше и выше. Я замерла и с восхищение смотрела на это действо - ничего более прекрасного и завораживающего я никогда не видела. В этот миг присевший передо мной самец резко распрямился и издал утробный рев, другие самцы заволновались и зашумели, мощные лапы подхватили меня и перенесли на кучу мусора, положили на валявшиеся там ящики таким образом, что ноги мои свесились с одной стороны, предоставляя неограниченный доступ к моим дырочкам, а голова оказалась с другой. Одно из существ крепко держало мен! я за шею, давая понять, что от меня здесь ничего не зависит.»

«Дэйв расстегивает верхнюю пуговицу ее белой блузки и запускает свою руку внутрь и ведет ее вниз. Несмотря на поцелуй, она мягко застонала. Теперь все было в порядке, веселье могло начинаться.»

«В нетерпении я откинул одеяло в сторону, и чуть дыша прикоснулся к верхушке груди, впрочем уже через 3 секунды я терзал ее губами, задыхаясь от наслаждения. Так наверное продолжалось бы еще долго, если бы ты нетерпеливым жестом не толкнула мою голову ниже. Провести чуть влажной от напряжения тыльной стороной ладони по внутренней стороне бедра, почувствовать знакомое уже трепетание нежного тела и уверенным движением прильнуть губами к лону. Есть что-то особенное в этом ощущении - оказаться между ног прекрасной женщины, которая в нетерпении подсказывает тебе, подталкивает тебя и направляет твои движения. Ощущение взаимной власти, ибо только ты можешь сейчас доставить ей удовольствие, и ощущение подчинения, потому что именно она показывает тебе, что же делать.»

«Она вынула член Дэйва изо рта и простонала, что кончает, и несколько быстрых качков, которые она сделала его члену, пока говорила это, было достаточно, чтобы он дошел до конца, и разрядился первой порцией спермы поперек ее носа и щек, за чем последовали вторая и третья, которые он направил на ее лоб, покрыв его, и еще немного попало в ее волосы. Я всегда считал, что какая бы женщина не была красивая, лучше всего она выглядит с лицом, покрытым спермой, и она не была исключением. Она пробормотала что-то насчет того, что хотела бы все это внутрь себя, а не на себя, и я в знанк согласия разрядился глубоко в ее вагине, доведя ее до второго оргазма за вечер.»

«Временами только будешь замечать, что я халявлю, тогда ты будешь подходить, отнимать у меня банан и показывать мне - КАК надо дрючить саму себя бананом!»

«Один раз после очередной попойки проснувшись от головной боли и жажды я перевернулся на другой бок что бы взять бутылку воды с пола, мой взгляд упал на кровать где спала Бианца и... я был ошарашен увиденным. Одеяло сползло на пол и она лежала в футболке, которая скаталась до груди... лежала она на боку, ко мне спиной... . узкая талия. . и ЭТА задница. Попочкой назвать это нельзя. дело не в размере. Зад у неё не большой... но такой круглый, упругий, развратный и манящий... и эти красные стринги.:) )»

«Андрей не верил своим глазам. Он с лёгким опьянением принимал поцелуи... А, осознав, что же произошло, Андрей, наконец-то, слегка прикоснулся губами к своему возлюбленному...»