«Мгновение Тания любовно смотрела на нее, после чего нежно откинула с блестящего от пота лба Милены прилипшую к нему прядь темных волос, и, легонько коснувшись губами ее правильной формы носа, тихо спросила: "Ты уже вернулась на бренную землю, милая?". Милена приоткрыла один глаз и произнесла только два слова: "Боже мой!". Тания улыбнулась и погладила ее по щеке. Несколько секунд Милена не мигая глядела прямо в глаза Тании. Она прекрасно понимала, что та здесь вовсе не потому, что ее отпустили за хорошее поведение, и что в любой момент ее могут снова забрать у нее, возможно, навсегда, но в этот миг она не хотела об этом думать. Сейчас они были вместе, и только это имело значение. Она приподнялась и принялась страстно, даже с каким-то отчаянием ее целовать. Ее губы и руки исследовали каждую клеточку тела Тании, спускаясь все ниже и ниже, стремясь довести ту до вершины блаженства, туда, где сама она пребывала совсем недавно. Судя по реакции Тании, она была близка к своей цели. Тания шумно вдыхала и выдыхала воздух сквозь сильно стиснутые зубы и подавляла в себе желание закричать.»

«Несколько секунд ничего не происходило и она даже собралась было открыть глаза и сказать, что пошутила, как вдруг ощутила мягкие губы Тании на своих губах, с готовностью раскрывшихся и ответивших на поцелуй. Но губы Тании на этом не успокоились: они принялись медленно, миллиметр за миллиметром, спускаться все ниже и ниже по телу Милены, по пути сделав лирическое отступление в сторону темных набухших и тут же вытянувшихся по стойке смирно сосков. Достигнув основания плоского животика Милены, Тания, и не думая останавливаться, постепенно добралась до самого потаенного местечка тела Милены и принялась усиленно работать там своим шустрым язычком. Внезапно она прервала свою сладостную пытку, ее дыхание приятно щекотало кожу подруги, распаляя ту все больше. Глядя на тихо постанывающую Милену, Тания проговорила: "А на остальное я, пожалуй, все же выпишу чек!" До Милены не сразу дошел смысл ее слов. Она, огромным усилием воли приоткрыв глаза, приподнялась, посмотрела на Танию и вся дрожа от страсти и нетерпения прохрипела: "Стерва! Какая же ты стерва!"»