«Мы разделись полностью. Она легла на свою кровать, а я на свою. Смотря друг на друга, мы занимались виртуальным сексом. Знаете, это тоже довольно приятно. Во первых, когда я себя трогал, то видел Юлю, которая гладила себя везде. Меня заводило не только это, а и еще то, что Юля видит, как я себя ласкаю. Во вторых, это на много лучше и приятней, чем заниматься этим в одиночестве, представляя, что ты рядом с ней. Я кончил бурно. Юля продолжала еще мастурбировать. - Смотри на меня. - Почти стонала Юля. Она одной рукой гладила себе груди, вторая занималась клитором. Я видел, как она это делала. Двумя пальчиками, круговыми движениями, нежно, осторожно. Потом ее тело задергалось, и я услышал ее стон. Негромкий, но такой томный, что мне сразу захотелось ее обнять, но:»

«Розовенькая, щелочка ровненькая. Я одной рукой раздвинул ее щелки в стороны, а второй продолжал ласкать клитор. Затем я задрал ее ножки аж до самой ее головы. Ее голова оказалась среди ее босых ножек. Моему взору представилась прекрасная попка. Ее коричневая дырочка так и манила меня дотронуться до нее. Я дотронулся. Затем я наслюмачил палец и засунул его Ире в попу. Неглубоко. На пол пальца, и принялся водить туда, сюда. Ира кончила, при этом она так громко застонала, что я чуть не испугался, не больно ли я ей сделал. Нет. Все хорошо. Ира опустила свои ножки и посмотрела на меня.»

«- У больного стоит, - услышал я голос Юли, - так операцию делать нельзя. Герта, тебе надо успокоить пациента. - Как? - Вот так, - ответила Юля и я почувствовал, как она взяла мой член в руки и начала дрочить. - Поняла? Давай начинай. Я почувствовал, как руки Герты дотронулись до моего члена. Они были холодными, и от этого мне было еще приятней. Она принялась не спеша мне делать, то что показала ей Юля. Было очень приятно. Голова прямо кружилась. Герта делала это медленно, как будто бы специально, и когда Юля ей сказала, что бы она раздвинула мне ноги и потрогала мои яички, то я не выдержал, и кончил. Этот было что то. Я не помню, стонал ли я, или кричал, не важно. Мне тогда было очень, очень хорошо. Развязав глаза, я увидел покрасневшую Юлю, красную Герту, и совсем красного Германа. Встав с кровати, я взял свою одежду и пошел в ванную.»