«Моя жена старательно как школьница начала обволакивать головку члена своим розовым языком. Вот уже она вошла во вкус, и я чувствую, закрыв глаза, как ее слюна вперемешку с моей смазкой стекает по стволу. Возбужденное горячее дыхание Ларисы выдает ее нешуточное желание, изящные ухоженные ногти впиваются мне в бедро, но я не чувствую боли. К движению головой прибавляется ритмичное колебание туловища, что только усиливает наслаждение. Лариса издает короткий хриплый стон и, открыв глаза, я вижу над ее ягодицами копну черных волос - Ирочка не упустила своего момента и старательно обрабатывает языком ее вагину. Мой член набухает до невероятной твердости, до боли у самого основания, кажется, я сам превратился в громадный член, который вот-вот взорвется, но все никак не взрывается. Уже нет наслаждения, только мучительное желание освободится от давления изнутри. Но не хватает какой-то малости, как будто какая-то пробка мешает излиться кипящей лаве моего семени.»

«Первое, что я увидел, когда пришел в себя и открыл глаза, были расширенные в удивлении зрачки Ларисы. Постепенно все стало проясняться. Склонившаяся надо мной с бутылкой минеральной воды жена, чьи груди сосками касаются моего живота, тонкая струйка крови, стекающая по бедру Ирины. Восхищенно-опасливый возглас Георгия: Ну ты даешь, братан!»

«Придя в себя, я с удивлением посмотрел на жену. Она никогда раньше не допускала каких-либо положений, кроме классического. Я никогда не видел, чтобы она так кончала, и наверно никогда раньше не получала такого оргазма.»

«Она стянула с меня брюки вместе с плавками. Член стоял памятником, бордовая от напряжения головка смотрела в потолок. Я был вынужден продолжить и снять туфли и брюки. Ирина наклонилась, подрагивая аппетитной попкой и ловко обернула простыню поверх груди. Кое-как завернувшись тоже, я прошел за девушкой в следующую комнату. Лариса сидела между двух мужчин, завернутая как Ирина в простыню. Алексей обнимал ее за плечи. Рука Георгия, или Геры, как он просил себя называть, лежала на покрытом тканью бедре моей жены. В небольшом помещении напротив друг против друга стояло два кожаных дивана, между которыми едва умещался передвижной столик, заставленный мартини, коньяком и большим графином со знакомой настойкой. А как же контракт? - подумал я, утопая в объятиях дивана. Ирина села рядом, тесно прижавшись горячим бедром.»