«Вырвавшийся из под палов халата, мерзавец, молодого человека, мог бы рассказать целую историю, а том, что секс в Союзе все таки был, а след, от губной помады, выступавший на его неровном и длинном стволе, а том, что он, - этот мистер пресловутый, даже в те времена мог принимать довольно таки либеральные черты. Захваченный в плен искушений, молодой человек уже не думал о бегстве, нет мысль о том, еще не до конца выветрилась из его сознанья, но все же податливо уступала место другой, куда более для него актуальней: как же теперь привлечь внимание девушек к своей позабытой персоне, дабы самому окунутся в этот безбрежный и манящий океан лизбийской любви. Не правда ли, все мужчины так предсказуемы?!»