| Черкизовский ветер Он не стал разводить хуйню. Он уже был в своей стихии — в грязи, в темноте, где никто не видит, и где его слово — закон, а член — приговор.
— Раздевайся, корова, — бросил он. — Давай быстро.
Он вогнал в неё всё сразу, одним толчком. Боль была адская. Но через три толчка боль начала уходить. Ил... |
|
| |
| Владимир ...человек, благородный, честный, настоящий, способный на самопожертвование, встретить которого на своем пути уже практически невозможно, по причине их вымирания, как вида. Но все-таки они еще есть!... |
|
|