«Когда я вернулся в комнату, Света уже была снявши юбку и повесивши её на спину кресла. В данный момент она как раз засовывала пальцы за резину голубых трусиков. Увидев меня, она почему-то покраснела, затем резким движением одним махом спустила их до колен. Моему взору предстало её белая, круглая попка, которая резко выделялась на фоне коричневых ног и бёдер. "Молодец, Светочка!", я сказал, "теперь ложись на диванчик и притяни ножки к животику!". Полруга выполнила приказ: легла на диван, повернулась на левый бок и притянула колена почти до подбородка. Ягодицы девушки широко раскрылись, и мне стало отлично видна дырочка, по которой у неё выходит кака. Я зажал кружку себе между ног, опять намазал кремом указательный палец правой руки и наконечник клизмы. Затем я ввел палец Свете в сраку и вытер его о внутренние стенки ануса подруги. Ещё через несколько секунд я вместо пальца засунул в анальное отверствие девушки наконечник клизмы, открыл кран на шланге и поднял кружку в высоте примерно метр над диваном, на котором лежала Света. Вода заурчала по шлангу и устремилась в кишечник "пациентки". "Ой!", Света застонала. "Что, больно?", я спросил. "Вода холодная!", она ответила. "так надо, холодная вода лучше промоет кишки!", я объяснил, "ты расслабся и дыши глубоко, равномерно через рот!".Подруга послушно задышала ртом, а я поднял кружку ещё на сантиметров 20 выше. У девушки начали дрожать колена, по всему было видно, что ей трудно принять в себя по шлангу быстро текущую в кишечник прохладную воду. "Думай о чем то приятном, Светочка! Посторайся на пару минут забыть, где ты находишся и, что с тобой сейчас происходит!", я ей посоветовал. "Не могу, Саша! Меня так сильно распирает!", полруга почти заплакала, "ты, наверно, нарочно делаешь мне больно!". "Ну, что за глупости!", я возразил, "я делаю тебе клизму по всем правилам проведения этой процедуры. Конечно, ощущения у тебя сейчас не из приятных, но надо немножко потерпеть и всё скоро закончится. Тогда ты сможешь идти на горшок и прокакатся!". "Да, точно так ты говорил и Нинке! Ах, сейчас я понимаю, почему она, бедняжка, так плакала и сопротивлялась. Ну ладно, у неё то был запор, а меня зачем так мучать?". "Не преувеличивай, Светка, не так тебе мучительно, как ты мне это представляешь! Вот гдето половина воды у тебя уже в животе. Еще столько впустим - и клизма будет сделана!" "О Боже, всего лишь половина! Я не выдержу, я обделаюсь, лёжа на диване!", подруга заскулила. "Делай глубокие вдохи через рот! Тогда вода войдёт глубже в кишечник и спазмы прекратятся!", я настаивал на своём. Светка сделала очень глубокий вдох, на миг задержало дыхание и затем шумно выдохнуло. В животе у неё что-то заурчало, она ромко икнула и сказала: "Фу, кажется полегчало!". "Ну да, я же тебе говорил, что так будет!", я ответил. Ещё где-то минута пршла в молчание, затем я раскрыл рот грелки и убедился, что она пустая. Я закрыл кран, выволок наконечник из попы подруги и сказал ей: "Теперь, Светка, лежи спокойно 5 минут и не подымайся без моего разрешения!".»

«Собственно, о ней и разговор. И о цветах, конечно. Я Тамару про себя Воробушком называл. 2 раза в неделю называл - по вторникам и четвергам, когда жена на фитнес ходила, у нее в это время чувствительность к моим мыслям притуплялась. И вот, в один из четвергов, собираюсь я вечером домой. И Воробушек собирается. И тут я осмелел неожиданно, не зря говорят - седина в голову, бес в ребро. Никакой бороды, кстати, никогда у меня и не было. Давай, говорю, Тамара Николаевна, я тебя подвезу. А добираться ей до дома действительно не близко, часа полтора, пожалуй. Она помялась немножко. Но согласилась. Спасибо, говорит, Геннадий Васильевич. По дороге я остановился, купил кой - чего, и в пакет спрятал. Приехали. А не выпить ли нам, говорю, Тамарочка, кофейку? Совсем уже в тот момент понесло. Она зачем-то на часы посмотрела, вздохнула, и пригласила к себе. Вот, значит, Воробушек на кухне кофе варит, а я из пакета достаю, что купил. А купил я 3 розы - небольшие рижские розочки, бордовые такие и очень даже аккуратные. А тут и она с подносом входит. -Это вам, Тамарочка - говорю - и розы протягиваю. Она поднос поставила, розы взяла, и опять почему-то вздохнула. Принесла из кухни литровую банку с водой, и розы там разместила. Сидим, кофе пьем - почти по семейному. Я пошутить решил, цитирую:»

«Я собрался с мыслями, оделся сам, потом одел на Эльвиру трусики и привел ее одежду в порядок. Я вытер свою сперму с ее лица. Я боялся что она, когда проснется почувствует во рту вкус спермы, хотя она не знает этот вкус, она никогда не пробовала вкус члена, но я все же растормошил ее дал стакан сока, который она выпила и отрубилась.»

«Андрей действительно принял душ и сел за компьютер, ему хотелось побыть одному, противоречивые чувства метались в его душе, но ревность давила все остальные, даже новизну секса с Ларисой, "Хотя ротик у нее славный, да и сама шустренькая", в паху заныло, когда он вспомнил, как извивалась Лариса в его объятиях. Но перед глазами снова и снова вставали картины ебли его жены с Олегом. Тут москитная сетка на входе отодвинулась и в комнату зашел Андрей, он был в одних плавках. Олег сжал кулаки и стиснул зубы. - "Олег, мы там не начинаем без тебя, но дамы уже бузят!" Олег отмахнулся: "Сейчас почту отправлю, срочное дело". "Ну, так мы начнем без тебя?"- спросил Андрей. "О чем шла речь: о карточной игре, о выпивке, об ужине? Что начнете без меня?" - Олег понимал, что речь идет только о сексе и ни о чем больше, но, не задавая вопросов, только кивнул головой. Олег вышел. "Странно - подумал Андрей - "а почему не хлопают двери, ни наши, ни Антоновых?", но тут же об этом забыл.»

«- По секрету тебе скажу, был у меня один горячий парень в институте, Гурген. Благодаря ему и девочкой осталась и покайфовала во славу. Он берег меня, говорил, что в горы повезет, а там отец убьет, если не девочка. И не какие ухищрения не помогут. А секса хотелось. Вот и обучил меня миньету и в попу.»

«Теперь уже Мила осторожно и ласково намыливает партнёршу. Руки с чувственным наслаждением скользят по шее, груди и животу, касаются бёдер, потом опять возвращаются вверх. Алиса хочет ласкать себя душем, но Мила отводит его в сторону и сама опускается вниз.»

«Я оказалась внизу, я видела, как член Алика бешено работает в Галином влагалище. Желание стало нестерпимым. Я засунула себе руку в киску, а другой нежно взялась за яйца. Он начал двигаться ещё сильнее. Галя сказала мне - "теперь ты поднимись на лестницу" , я поняла, поднялась и раскрыла ноги перед Галей. Она вонзилась языком в мою промежность и всосала клитор, она трепала моё хозяйство, пока я не закричала "хочу хуй!" , сама себе удивляясь, сгорая от стыда и нестерпимого желания. Галя остановила Алика и спросила его - "хочешь эту девочку? Смотри, какая". Она держала меня за ноги, а Альберт вошёл в меня. Я была мокрее моря, и меня сразу схватила судорога оргазма. Я полулежала на ступеньках и кончала, себя не помня, а Галя держала меня за ляжки. В какой-то момент я увидела, как она сама тяжело дышит, и сказала Алику, "теперь Галю" , но Галя снова сказала "нельзя". Галя подняла майку и поднесла к моему рту её сосок. Я начала сосать и кусать его, а Галя уселась сверху меня.»

«Когда все расселись на свои места, девчата начали разговор на девчачьи темы и Ивану стало скучно. Он решил выйти покурить, надеясь, что Мария последует его примеру и они продолжат начатое дело. Но в тамбуре появилась не Мария, а Яна. Она попросила сигарету и закурив, отошла в сторонку. Иван украдкой поглядывал в её сторону, надеясь получить какой-нибудь знак. Девушка стояла спиной к нему, футболка едва прикрывала попку, которая была аппетитной. Вдруг сигарета выпала из рук. Девушка нагнулась и из-под футболки выглянула попка, облаченная в кружевные трусики черного цвета. Когда девушка выпрямилась, Иван уже стоял рядом. Его руки обняли девушку, низом живота он прижался к заветному задику.»

«Мне казалось, что еще совсем немного и я "взорвусь" от наслаждения: Леонид кончил раньше: Он сразу же вынул из меня член и полез в машину за полотенцем, а я, оставаясь в той же позе и сделав автоматически еще несколько движений, пыталась то ли успокоиться, то ли все-таки уловить оргазм.»

«Я вошел в нее одним сильным толчком, после двух минут траха в попу она уже получала удовольствие, а еще через пара минут кончила. Я кончил ей в рот. Она вылизала мои яйца и попросила выпивки...»

«Надо сказать, что дачка Петровича стояла на самом берегу живописного озера, а банька находилась вообще у самой воды. Вера Ивановна встречала нас на пороге дома. Я сразу же отметил для себя так любимую мною полноту ее талии и объем ее груди. "Только не вздумай на нее пялится, это жена начальника", - сам себе давал я установку пока мы входили в дом.»

«Она недоговорила, потому как в этот самый момент Санёк ударил её по лицу. Алёна охнула и в этот самый момент он засунул ей в рот член, а руки положил на голову. Держа руками голову девушки так, что она не могла вырваться, он начал трахать её в рот. Судя по всему, Санёк давно не мылся, вкус его члена был ужасный, такой же как и запах, идущий от его волос в промежности. Но Алёна не могла ничего поделать. Она поняла, что сопротивляться бесполезно, ибо их было 6 человек, 6 здоровых мужиков.»

«Медсестра ловко взяла его член в рот и молодой человек снова спустил всё до капли. Но женщина не проглотила его сперму, а приоткрыв рот показала, как много он накончал. Денис не удержался и стал целовать женщину в губы. Она передала ему часть семени и они вместе всё проглотили. Молодой человек никогда раньше не пил своей спермы, но вкус ему в общем-то понравился. Потом они стали одеваться и одновременно познакомились. Медсестру звали Екатериной Владимировной, работала она в этой больнице уже почти 10 лет. О своём возрасте она деликатно умолчала. Денис рассказал немного о себе. Позднее они сдружились. Дежурила Екатерина Владимировна через сутки, поэтому Денис старался выспаться, чтобы ночью во время дежурства подольше побыть с ней. Естественно, ни одна такая ночь не проходила без превосходного минета. Иногда был анальный секс. Но дальше дело никогда не заходило. Денис думал, что "тётя Катя" просто не хотела изменять мужу, однако делать минет и оральный секс - это же вполне конкретная измена. Денис неоднократно пробовал спросить Екатерину Владимировну о её семье, но медсестра почему-то не хотела об этом рассказывать, а на прямые вопросы только улыбалась или отвечала уклончиво.»

«- Что мы имеем, детка, тебя не касается, - Вэн, не выпуская его плечи, провёл языком ему по щеке, - В 9 отделе работают не дураки и не монахи. Там тебя всё равно пустят по кругу, я тебе обещаю. А мы с Крисом - не маньяки и не извращенцы. Бить тебя не будем. Если, конечно, сам не нарвёшься. Понял? Нэнси кивнул.»

«И тут как то плавно эта недотрога подводит меня к мысли что как наверное интересно бывает когда девушку насилуют. И что вы думаете она мне говорит что мужчина не сможет поиметь если девушка не захочет. Ну в общем заводит как может. Догнал я ее в спальне и повалил на кровать. Нда можно сказать что действительно это заводит. Прекраснее всего было все таки ворваться в плоть недотроги в такой обстановке я даже сразу и не понял почему она кричит думал что подигрывает ситуации. И только потом когда насытился телом недотроги понял что с разгону вставил ей в нетронутую доселе попку. В общем недотрога просто ошалела от такого. После 30 мин траха в ее девственную попку она чуть не потеряла сознание но и кончила она конечно так как никогда не кончала. Так что ее желание быть изнасилованной сбылось с массой новых впечатлений. И по ее словам это было незабываемо вот так моя недотрога полюбила в попку.»

«Зед весь побледнел и дрожал. Он трясущимися руками надел сосуд на член и закрепил его у основания, так, чтобы не проникал воздух. Затем покорно шагнул к Глебу. Глеб взялся одной рукой за сосуд, другой за поршень и резко потянул его на себя, выкачивая из сосуда весь воздух. Зед громко закричал и согнулся пополам. Его член внутри сосуда сильно раздуло. Он беспомощно тер тело вокруг сосуда, сгибаясь и приплясывая от боли.»

«Володя держал ее за груди и двигал вверх-вниз на своем члене, Петр пытался пристроиться к ее анусу, смазал слюной и мягко массировал пальцем, пока она не расслабилась. Он поднес одетую в два презерватива головку к ее отверстию и начал медленно погружаться.»

«Меня отвлекли какие-то крики, раздававшиеся из ночной темноты и откуда то очень близко. Дело в том, что мои новые соседи жили вокруг меня, то есть Таня с дочкой занимала комнату сразу за мной, а ее подруга с мужем передо мной. Как можно было понять крики раздавались из одной из соседних комнат. Я еще подумал, что вот люди даже детей не стесняются, но как выяснилось позже я был неправ. Выключив свет я подошел к открытой форточке и слушал эти возбуждающие стоны. Надо сказать, что расстояние между номерами этого "отеля" было минимальное, так что моя форточка находилась не более чем в полутора метрах от той откуда исходили звуки. Окно соседнего номера светилось и свет его освещал неширокий проход между гостиницей и кирпичным забором. Женщина видимо была очень темпераментной, сладострастные стоны премежались жарким шепотом. Разумеется дейтсвовало это очень возбуждающе. Хорошо, что дети на дискотеке, подумалось мне. Так стоял я и ждал, когда же это все закончится, но вдруг скрипнула дверь соедней комнаты, той где жила Татьяна. На моей форточке в исела тюлевая занавеска и я полагал, что меня не видно, поэтому по прежнему продолжал стоять у окна. Тем временем Татьяна, а это была она, вышла из своей комнаты и закрыла форточку, видимо, чтобы дочка не проснулась. Затем дверь опять скрипнула. Я думал, что она вернулась назад, но нет она крадучись прошла мимо моего окна и подошла к соседнему номеру, тому откуда раздавались крики. Неужели решила пристыдить своих друзей? Я отодвинул немного свою занавеску и выглянул наружу увиденное меня озадачило. Татьяна стояла около освещенного окна и сбоку заглядывала в открытую форточку. Ко мне она была спиной и поэтому я тоже продолжал наблюдать за происходящим, оставаясь незамеченным. Таня видимо уже спала и поэтому вышла в спортивной майке, чуть ниже попы. Представьте теперь эту картину: около освещенного окна стоит молодая соблазнительная женщина в коротенькой маечке и наблюдает за тем как трахается ее подруга, а я как дурак вынужден на все это смотреть упираясь в подоконник напрягшимся членом. Дожил до 45 лет, но ничего более идиотского со мной еще не было. Что бы хорошо видеть, то что происходит сбоку от окна я просунул голову в форточку. То что случилось дальше было еще глупее. Таня вдруг резко обернулась и увидела естественно мое изумленное лицо в метре от себя. Я хотел быстро убраться в номер, но не тут то было. Голову нужно было повернуть чуть-чуть набок чтобы она прошла в форточку, а я не повернул и она застряла. Разумеется через мгновение я вырвался из этого плена, но ощущение того, что тебя, взрослого мужика, застали за подглядыванием было очень неприятным. Стыдно это не то слово. Но на этом история еще не закончилась. Женщина приблизила лицо к моему убежищу и прошептала: "идемте вместе посмотрим". Ее то можно понять после вечеринки со спиртным, а я то абсолютно трезвый. На какое то мгновение я растерялся. Что делать? Вступать в интрижку при детях мне не очень хотелось, а с другой стороны стоны из соседнего номера и красивая женщина предлагающая нечто непристойное. Таня как будто поняла мое замешательство и пршептала: "Мы же только посмотрим тихонечко, не бойтесь". Решение пришло мгновенно. Я очень осторожно приоткрыл свою дверь и вышел навстречу неизвестному. Соседка заговорщицки взяла меня за руку и этим жестом как бы сломала окончательно мои сомнения. Стало просто интересно посмотреть что там за соседним окном и чем это все кончится. Мы шагнули к освещенному окну. Занавешено оно было как и все окна тюлью, и поэтому с улицы все хорошо просматривалось. На кровати у противоположной стены лежала Танина подруга. Как теперь можно было понять процесс соития еще не начался, а стоны и страстный шепот были реакцией на прелюдию. Муж уже дошел до ласк промежности, и поэтому голова его находилась между широко разведенных ног. Он стоял на коленях окло кровати задом к нам. Руки женщины сжимали его голову и как бы старались прижать ее сильнее. Мне конечно приходилось ранее смотреть порнофильмы, но наблюдение реального живого секса, причем тайное, да еще вместе с незнакомой практически, молодой и немного выпившей женщиной это что то. Между тем "траханье" развивалось по обычному сценарию - он поставил ее на колени на полу, так как кровать была узкой, и вошел сзади. Пред нами была опять его голая задница, которая ритмично ходила, совершая фрикции. Ни каких подробностей видно не было. Наконец то они сообразили, что нельзя так шуметь и она взяла в зубы полтенце. Стоны сменились не менее сладострастным мычанием. Я подумал а где же ребенок. В комнате его не было. Наверное остался в комнате Тани с ее дочкой.»

«Майор деловито и проворно водил ручкой по бумаге. Юный угонщик, раскрасневшийся от теперь уже нешуточного волнения, ерзал в кресле и сдавленно пыхтел. Капитан Тихомиров, глядя на него, потешался. Он был уверен, что шеф просто пугает нарушителя, к которому на деле испытывает своеобразную симпатию. А протокол если и будет составлен - то лишь для острастки. И через час этот ушлый Коля Лакки будет хвастать перед дружками, как ловко развел он этих лохов в серой форме и с очень серым веществом в голове:»

«- Ну вот куда это годится? Сосать хуй всяким отщепенцам: под окнами ГУВД Москвы: позорить честь мундира: что еще ты позволишь с собой сотворить? Отпердолить тебя в жопу на Лубянке? Обоссать на Красной площади?»

«Денис была полностью истощена. Никогда еще ей не было так приятно, никогда она так не возбуждалась. И хотя она только что испытала глубочайший оргазм в своей жизни, ее киска начала опять возбуждаться от тех ласк, которые Нэнси доставляла ее клитору своими ногтями.»

«Иногда я бродила вечером по набережной Оби и ждала, ждала, что ко мне привяжется группа подростков, просто затащат в кусты и трахнут, будут трахать так чтобы я не контролировала процесс. Но все было тщетно, меня сторонились, пугались моей изящной стройной фигурки. Как-то вечером в ресторане меня пригласили за стол кавказцы, они строили из себя суперменов, хорохорились передо мной, а потом, когда стали выходить, передрались между собой из-за спора с кем я поеду. И пока они разбирались между собой, мне стало скучно и я тихо ушла. Я закончила универ и устроилась на работу менеджером в банке. На удивление быстро доросла до начальника клиентского отдела. В 24 года руководила отделом из 11 человек. Но во мне остался жить чертенок.»

«Вернувшись в купэ закурил, поездка без попутчиков имеет свои преимущества, но одиночество длилось не долго. Открылась дверь и в проеме нарисовалась фигура венеры Милосской, она была уже без шубы, в облегающем коротком платье и высоких сапогах, с бутылкой в руке. Я потянулся включить свет, но она меня остановила: - Не стоит портить вечер, нам свет не понадобится. Сделав глоток с горлышка вошла и закрыла за собой дверь. - Коньяк пьешь? - сев напротив она взяла мой стакан из-под чая и налила почти до краев, - Пей. Шокированый происходящим я осушил стакан. - А теперь на брудершафт, - налив еще пол стакана Лола потянулась ко мне с бутылкой, в это время поезд дернулся, трогаясь с очередной станции и она оказалась у меня на руках. - Оригинально познакомились, - она сделала еще глоток и поставив бутылку обняла меня за шею двумя руками. Поцелуй был долгим и сладким. Легким рывком я расстегнул верхние кнопки платья и огромная пышная грудь оказалась у меня на лице. Лолита взяла ее рукой и упругим соском провела по разрезу рта. Я взял сосочек в рот и легонько прижал его к небу. По ее телу пробежала дрожь, Лолита выгнула спину и грудь выскользнула из моих губ. Она тихо ойкнула и снова прижалась ко мне. Пока я ласкал ее грудь "звезда" плавно сняла с меня рубашку и оттолкнула на подушку. Ее теплые губы прошлись по моему телу сверху вниз и я приподнял свой таз, помогая стянуть брюки. Раздался стук в дверь и грубый бас известил: "Лолита, Саша звонит"...»

«Там у трапа, соединявшего грешный островок любви с твёрдой поверхностью земли, росла ёлка. Не помню, кто первым предложил делать зарубки на стволе растения, но для поварихи Клары осталась загадка: почему, то директор турбазы, то заместитель в разное время дня и ночи выбегают к бедной ёлочке с топором. На самом же деле, всё было предельно просто: одна зарубка - "победа на сексуальном фронте", две зарубки - общая победа, схема проста: два + одна. Мы склонялись больше ко второму варианту: во-первых - в групповухе можно "сачкануть", а во вторых - веселее.»

«Когда погрузился в мягкое кожаное кресло, а гостеприимная хозяйка включила музыку и ушла на кухню варить кофе, я понял, что начинаю выздоравливать и жениться ещё рано. Минут пять слушал музыку и наслаждался душевным покоем, пока в дверях не появилась Татьяна Ильинична с подносом.»

«Наблюдая за нами и фотографируя, Елена, широко раздвинув ножки, ласкала свою киску рукояткой хлыста. Она теребила им клитор и хорошо смазав слюной, ввела в свою письку, принявшись трахать себя им. Она трахала себя глубоко, иногда закатывая от наслаждения глаза.»

«Когда я первый раз посетила его в своем подвале он еще тогда маленьким язычком достал все к чему прикоснулись мои сапоги. Я хотела его продать в Азию уже намечалась покупка но он меня молил так что плакали стены, но не я, проживая в подвале некоторое время из него и было сделано то что ты видишь. Последний раз его достоинство перло из него в тот вечер когда ты освободилась от него а я его приобрела. Когда я везла его в рабство этот тупой выродок и тогда посмел отпускать в мой адрес сальные шуточки. Но когда проведя 4 дня с моими охранниками здесь в подвале я подошла к нему он как скороговорку причитал возле моих ног на полу свои извинения облизывая мне сапоги и прося взять его в полное рабство лишь бы не оказаться наедине с теми кто по своей природной силе и грубости превосходят нас женщин.»

«Я имела себя и представляла как меня трахает чей-то огромнейший член. Рвет меня. Насилует как самую похотливую сучку. Я текла, облизывала свои соки с рук с снова ебала себя. Дрочила как дешевая сучка которой нужно лишь одно. Большой член в пизде. Мое тело ныло, но одновременно хотело еще и еще. Я не могла остановить это. Я каждым дюймом тела чувствовала свои оргазмы. Я плыла в пучине страстей и наслаждения. Я кончала...»

«Он двумя руками, нежно взял его и принялся языком собирать с его кончика свою сперму. Он делал это медленно, нежно, стараясь, чтоб Кэтрин видела это всё с верху. Та хищно улыбалась, радуясь своему превосходству.»

«Ласки продолжались минут 20 наверное, потом я одел гондон и вставил свой уже окрепший член. Она была такая горячая и узенькая... Просто супер!!! Положив ее ножки себе на плечи я начал движения. Мои яйца шлепались о ее попку... Потом догги-стайл... Бешеный ритм... Секс продолжался минут 30 наверное... потом я кончил, причем кончал удивительно очень долго, секунд 25 наверное изливался!:)»