«Потом вдруг они пересели так, что Мария оказалась рядом со мной, и, не теряя времени, запустила прелестную, хоть и властную, руку ко мне в штаны, а языком проникла ко мне в рот. Я застонал, так как уже ничего не хотел, кроме отдыха. Но запах Машиных духов, прикосновения горностаевого меха к моей коже, а главное, рука, сильно сжимавшая мой член, сделали свое дело.»

«Cледущая прогулка началась опять на другом конце города. Для начала я приглядел заброшенный объект, прошел на второй этаж, откуда было далеко видно окрестности, стал переодеваться. Для начала снял куртку, свитор, рубашку, майку и брюки и остался в черных чулках с поясом и голым торсом. Было довольно холодно около+4, немного глотнул спиртного. Сперва одел бюсгалтер со вставками, за тем все остальное. Под конец надел сапожки, на голову вязаную шапочку. Брюки естественно запер на замок. Поскольку я был без юбки и трусов, член получал от возбуждения слишком большую свободу и упирался прямо в куртку. Это я также предусмотрел и прикрепил верхнюю часть залупы с помощью скотча и простой резинки к чулочному поясу. На этот раз я предусмотрел еще одну "рационализацию". В правом кармане куртки в подкладке была дыра, и держа руку в кармане, одновременно можно было держаться за член. Все лишнее покидал в сумку и двинулся в обратный путь. Стало темнеть. На конечной остановке трамвая сел и поехал, прикрывшись сумкой, даже эстримальность пропала, стало просто неинтересно. Подумав, я вышел в центре города и побрел теперь по людным улицам. Необычность происходящего и то , что почти никто не обращает на меня внимание, а значить я вроде, как в норме, сильно возбудили, но хотелось большего. Через некоторое время я зашел в туалет и сменил черные чулки на светло-серые, очертания моих ножек резко выделились, долго стоял в кабинке не решаясь выйти, наконец порядком хлебнув спиртного вышел. Иду, как в тумане, кажется, обращают внимание появилось чувство, что ты шлюшка- дух захватывает. Член пытается занять строго горизонтальное положение-резиночка едва справляется, оттягивая его кверху. У автобусного павильона в толпе прислоняюсь к стенке, сил нет, кладу руку в карман и слегка подрачиваю агрегат. От оргазма крыша едет, чуствую, что весь теку и причем на людях, а они и не догадываются. После извержения, мысли стали трезвей, в блядских чулках стало сильно неуютно да и напряг на психику, и вообще захотелось естественной одежды, но, увы! Забежал снова в кабинку и сменил чулки снова на черные, как - то отлегло, слегка, и я поехал домой.»

«Как раз в этот миг Валя опять почувствовала очень острое распирание в животе. "Я счас обосрусь!!!", она закричала. Санитар быстро направился к ней, однако он опоздал на пару секунд. Едва он успел нагнутся над пациенткой, как наконечник вдруг с громким хлопком вылетел из попы девушки, а вслед за ним огромным фонтаном фыркнула вода, неся с собой куски размягченного кала. Жидкость попало мужчине прямо в лицо, а также испоганила весь перед халата. "Фу, ты что - охуела?!", заревел парень, мнгновенно выпав из роли джентельмена. "Я же говорила тебе - не ставь мне такую большую клизму, а ты меня не слушал. Вот и получай теперь по заслугам!", в ответ эхидно пробормотала Валя и выстрелила ещё одну порцию воды с калом. На сей раз она вылилось в кровать, ибо давление в кишках девушки уже не было таким сильным, как в первый раз. Санитар тем временем галопом побежал в ванную умыватся. Он снял халат, долго и тщательно промывал лицо тёплой водой и мылом, но всё равно ему казалось, что оно остается грязным. Наконец, здорого обрызгавши себя одеколоном, парень надел новый халат и направился опять в палату к девушке. "Ну, мадмазель", сказал он, снова войдя в роль, "признайтесь четсно, вы же нарочно это сделали?". "Ничего подобного", она ответила, "я просто больше не могла удержать в себя воду и обосралась против своей воли". "Ну, ладно, допустим, что вы не врёте", медик неохотно согласился. Он выбрал из под попы Вали судно, в котором было лишь немного воды и пару какашек, и принялся за уборку кровати, принявшей в себя основную массу содержания кишечника девушки. К тому-же, санитар, в торопях убегая, забыл закрыть кран на шланге, потому вода, не успевшая влится в Валину попу, также натекла в кровать. В воздухе стояла такая вонь, что бедного парня стошнило. Он снова подошел к окну и открыл его во всю ширину. Сделав несколько глубоких вдохов свежего воздуха, мужчина нашел в себя силы вернутся к своей работе. Он полностью переслал кровать, затем принёс миску тёплой воды и взялся за обмывание промежности и заднего прохода девушки.»

«Внезапно девочка пробзделась с неожиданно резким треском. Николай невольно отпрянул, когда несколько тяжёлых кусков окровавленной слизи скользнули один за другим из людочкиного судорожно выпученного ануса. Тотчас дыхание перехватило от необычно острого зловония. Потемнело в глазах. Пульс заметно ослаб, и участился. Обомлев, Николай наблюдал, как липкие сгустки пухнут, надуваются пузырями, как из пузырей этих, утробно стеная, вырастают трое длинноногих длинноруких уродца с маленькими красными головами; как уродцы эти, рыча и пуская газы, хватают его, обгадившегося, ослабевшего, беспомощного, как волокут на хоз/двор, как выкатывают из бани железный агрегат, весь в потёках от масла, с рукояткою длинною ("Хочу мозгов яво!" - Кричала Людочка) ; и раскрылись железные челюсти, и засунули головушку колькину внутрь механизма адского, и сдавили, и повисли втроём на рукоятке, и треснул колькин черепок словно скорлупка яичная, и потёк мозг, словно жидкое говно, покапал, как сперма, а Людочка - ну его слизывать, да взахлёб, взахлёб, и стонет, стонет, и писю безволосую пальчиками окровавленными тискает, и глотает с икотой, и давится, и рыгает, и хорошо ей... ах, как хорошо девочке... ах, как сладко...»

«Леди Гольф лизнула сына за ухом, потрепала ухо лисенку, и выплыла на крыльцо. Джейк тут же сунул пакет в угол. Только после этого друзья вышли провожать родителей. Как раз папа Гольф выехал из гаража. Пока мама спускалась, волк-отец тоже не преминул с занудствованиями:»

«Люк потоптался, вздохнул, поглядел на ванную комнату, несмело намотал полотенце на бедра, и прижав ушки, потопал в гостиную. Джейк ждал его с щетками и расческой у кровати. Люк еще раз вздохнул, и встал на кровать на четвереньки. Полотенце, естественно, тут же размоталось, и повисло вокруг хвоста.»

«Люк потянул шорты дальше, и волку пришлось лечь, что бы Люк смог их стянуть. Лисенок протянул хвост, и самым кончиком прошелся по обнаженной коже волчонка. Тот взвыл.»

«Джейк передвинулся поближе к меховым ножнам, из которых выглядывала розовая блестящая косточка, манящая и аппетитная. Волнообразно изогнутая, она была похожа на маленькую ложечку и на леденец одновременно. Джейк лизнул гладкую кожу. Люк тут же отреагировал на это, вытянув задние лапы в стороны, и явив своего красавца обратно. Джейк обнял друга поудобнее, и стал вылизывать розовый кончик то в длину, то по спирали, то полностью захватывая его своей длинной пастью. Люк дышал все чаще и чаще. Джейк передвинул одну лапу, и стал когтем водить по основанию хвоста приятеля. Люк тут же выгнулся дугой, уперевшись носом в подушку за головой. Тогда Джейк очень-очень осторожно запустил один палец под хвост, в мягкую скользкую дырочку, а член Люка заглотил полностью.»

«Тело Иры дергалось в возбуждении и тут она бурно кончила. Затем она подняла голову и увидела истекающую соками Карину. Не растерявшись, девочка встала, сходила на кухню и принесла оттуда здоровенный банан. Карина зазывно улыбнулась.»

«Потом представляешь как было бы хорошо, если было бы лето на улице, тепло, ты бы лежала на пляже и загорала бы, а в это время кто ни будь массировал бы тебе спину и вот когда ты представишь себе молодого Аполлона который тебя ласкает, а твой животик под влиянием фантазии и горячей воды, начнет требовать больше, ты возьмешь гель и начнешь пальчиком втирать в клитор верх и вниз, верх и вниз, а вторим пальчиком ласкать свой сфинктер представляя что там тебя ласкает язычок, а пальцы трут и ласкают, порхают и играют соло на твоем клиторе, да вот так, и нажала, и потекла, а второй пальчик впусти в себя и наслаждайся...»

«Ника улыбнулась ему в ответ. Кирилл снова наклонился к ней, и они слились в поцелуе, который, как он потом думал, длился не меньше получаса. Когда он отпустил её плечи, он увидел, что белые трусики девушки намокли между её ног. Он улыбнулся и медленно провёл там тремя пальцами. Ника возбуждённо застонала и выгнулась навстречу ему. Но Кирилл не торопился. Он убрал руку и стал водить по её животу и вокруг грудей, описывая разные фигуры. Ника стонала и всё сильнее и чаще сжимала колени, блаженно улыбаясь. Когда Кирилл слегка сжал её соски, он увидел, что девушка со всей силы сжала ноги и вытянула носочки. Кирилл положил руку девушке на живот и стал опускаться ниже. Вот он чувствует резинку трусов, входит под них, чувствует волосы лобка у себя под рукой, затем он дотрагивается до чего-то горячего и влажного. Девушка выгибается дугой. Кирилл снимает с неё трусы. Оба на взводе. Она как можно шире раздвигает ноги, он скидывает с себя остатки одежды. Он входит в неё, одновременно водя губами по шее, поднимаясь выше, целуя её в ухо, висок. Она запрокидывает голову, кричит в беспамятстве, слёзы льются из её глаз:»

«Сначала вышло большинство воды, затем стали выпадать куски кала. В комнате тут-же появилась сильная, отвратительная вонь. Мама сморщилась, открыла шкафчик, выбрала оттуда дезодорант и брызгнула в воздух здоровенную струю из балончика. Однако жуткий запах старого кала лишь немного уменьшился. Арина тем временем выталкивала из себя одну какашку за другой, и с каждой порцией выходящего кала её живот уменьшился в размерах и чувство распирания постепенно угасало. Плюс ко всему у девушки в больших количествах выделялись вонючие газы.»

«Но моя попытка повернуть тебя на спину и оценить твою грудь на ощупь снова, как и попытка добраться до твой киски опять была пресечена с обяснением, что ты хочешь сделать все сама, а я должен лечь на спину и не распускать руки. Я слушаюсь, а ты начинаешь снимать с меня штаны. Стянув джинсы до половины бедер. Ты, под предлогом что я не послушался и распускаю руки, ты связываешь мне руки.»

«Сперма выливалась на ее лобок. Она растирала руками сперму по всему обнаженному животу и нюхала свои руки. Я не знал, зачем она это делает, но я чувствовал, что ей это доставляет удовольствие. А темвременем мой малыш начал "бегство" из ее глубин. Она попыталась задержать фаллос, но это было невозможно. Он неудержимо рвался наружу. И это ему удалось! Тогда блондиночка наклонилась к нему, начала его целовать, слизывая остатки спермы. Только теперь мне стало вдруг понятно, что сперма, очевидно, содержит какие- то вещества, которых недостает женскому организму. И это, видимо, мужской гормон. Она наклонилась к моему половому члену, а я, улучив минутку, расстегнул ее лиф. Теперь ее груди свободно спадали, как гроздья винограда. Я ещё больше нагнул мою белявочку, и перед моими глазами открылся чудный вид на женский анус. Я, молча, залез к ней в анус. мизинцем. Она вначале попыталась что-то сказать, но мой мизинец уверенно, так, словно он делал это ежедневно, вошел в тело женщины. Моя блондиночка вся содрогнулась всем телом. Но я уже не верил в женские штучки. Я перевернул её на живот и засунул вместо мизинца указательный палец. Она давно уже оставила в покое мой фаллос, и лежала такая беззащитная. Наконец я всунул два пальца- кроме указательного, я вставил ей в анус ещё и мизинец левой руки. Немного поиграв обеими пальцами, я перевернул её, как куклу, опять на спину. Левой рукой избавил от бесполезных бретелек, которые уже ничего не поддерживали. Я расцеловал её огромные груди-конусы, заствил стать раком, а сам я залез под нее и начал по очереди облизывать груди. Потом я заставил ее восстанавливать мою потенцию языком и в самый неожиданный момент предложил ей сделать мне миньет. Я зсуеул в ее прекрасный ротик свой волосатый огромный хуй и сказал, чтобы она его сосала. Она, конечно, его обсосала и я, почувствовав прилив новой энергии, вновь перевернул ее на живот и засунул ей в анус мой огромный хуй. И начались новые скачки. В тот момент, как прозвучали часы, говорившие, что мое время уже вышло, я как раз и кончил ей в анус.»

«Я чувствовала что скоро и сама кончу и кончит Ванька, тк его член просто рос и распирал мое киску, Олежка тоже был готов выстрелить спермой в ротик Маринки которая соскочив с него уже делала ему минет смачно причмокивая. Кончив обильно каждый из мальчиков сели и решили отдохнуть. Я же не хотела останавливаться и сразу же принялась целовать их двоих. Они сидели облокотившись рядом на стенку, я их облизывала вернее их уже практически готовые в бой упруги е и достаточно большие члены.»

«Сначала я нежно провела по нему влажным пальчиком. Мой дорогой застонал. Ага, понравилось? Тогда я лизнула его язычком и стала стараться проникнуть поглубже. Анус стал набухать и напрягаться. Я смочила палец пообильнее и стала гладить его сладкую дырочку. М-м-м+ он застонал еще громче. Его член проник мне в рот и заполнил его собой. Я стала сосать его, а он запихивал его все глубже и глубже. Его язык стал быстрее елозить в моей киске. Я запихнула ему палец в задницу, и стала нежно массировать. Член напрягся еще сильнее, моя киска готова была взорваться.»

«часть первая »

«И это была правда, слово он сдержал. Больше ничего не было. Были истерики, разговоры, скандалы, сцены ревности. Таблетки, больница, затишье. Пьянка, бегом по карнизу по крыше дома, стащил, спас. У него появилась постоянная девушка. У меня появилась депрессия. Сбежал из дома, двое суток где-то ходил, куда-то ездил, по другим городам, где-то ночевал. Вернулся еще хуже. Ушел в себя, ни с кем не разговаривал. Две недели в психбольнице. Он приехал, вместе с моими родителями и Ленкой. Тогда я стал разговаривать и вернулся в жизнь. Когда я был на первом курсе, Сережка женился. Я не пошел на свадьбу, честно, хотел пойти, но не смог. Он обиделся, что я не пришел. Я обиделся, что он женился. Не общались пять лет. Потом я тоже женился. Его не пригласил. А потом мы случайно встретились на день города. Поздоровались, поговорили. И я понял, что ничего не изменилось. Все по-прежнему. И, как идиоты, 5 лет мучили друг друга и не общались. Стали опять встречаться. Как старые друзья. И все. Так было, пока в прошлом году он сам ко мне не полез. Я был в шоке неделю. Я звонил ему и плакал. Что теперь делать, говорю? Все будет хорошо, говорил он, не переживай. Все будет по-прежнему. Но я не хотел по-прежнему, я готов был все бросить и уйти к нему. А он был не готов. Потому что натурал. А меня любит просто как друга. А как же наша ночь любви, Сережа? Зачем ты это сделал? В первый и последний раз? В последний? Ничего, я подожду. Тогда ты тоже говорил, что это было в последний раз. Нам тогда было по 15 лет. И это повторилось через 15 лет. Я подожду. Ты не торопись. Я буду ждать, я уже научился терпеть и ждать. Терпеть и ждать. Ждать. Ждать. Ждать:»

«Постер»

«ii. Женщины - 2 команды по 5 человек. В два ряда лежат мужчины. Каждая женщина должна поцеловать губы и взять в рот член каждого мужчины, а также погрузить член каждого себе во влагалище и дать лизнуть каждому мужчине свою пизду.»

«Мгновение Тания любовно смотрела на нее, после чего нежно откинула с блестящего от пота лба Милены прилипшую к нему прядь темных волос, и, легонько коснувшись губами ее правильной формы носа, тихо спросила: "Ты уже вернулась на бренную землю, милая?". Милена приоткрыла один глаз и произнесла только два слова: "Боже мой!". Тания улыбнулась и погладила ее по щеке. Несколько секунд Милена не мигая глядела прямо в глаза Тании. Она прекрасно понимала, что та здесь вовсе не потому, что ее отпустили за хорошее поведение, и что в любой момент ее могут снова забрать у нее, возможно, навсегда, но в этот миг она не хотела об этом думать. Сейчас они были вместе, и только это имело значение. Она приподнялась и принялась страстно, даже с каким-то отчаянием ее целовать. Ее губы и руки исследовали каждую клеточку тела Тании, спускаясь все ниже и ниже, стремясь довести ту до вершины блаженства, туда, где сама она пребывала совсем недавно. Судя по реакции Тании, она была близка к своей цели. Тания шумно вдыхала и выдыхала воздух сквозь сильно стиснутые зубы и подавляла в себе желание закричать.»

«Несколько секунд ничего не происходило и она даже собралась было открыть глаза и сказать, что пошутила, как вдруг ощутила мягкие губы Тании на своих губах, с готовностью раскрывшихся и ответивших на поцелуй. Но губы Тании на этом не успокоились: они принялись медленно, миллиметр за миллиметром, спускаться все ниже и ниже по телу Милены, по пути сделав лирическое отступление в сторону темных набухших и тут же вытянувшихся по стойке смирно сосков. Достигнув основания плоского животика Милены, Тания, и не думая останавливаться, постепенно добралась до самого потаенного местечка тела Милены и принялась усиленно работать там своим шустрым язычком. Внезапно она прервала свою сладостную пытку, ее дыхание приятно щекотало кожу подруги, распаляя ту все больше. Глядя на тихо постанывающую Милену, Тания проговорила: "А на остальное я, пожалуй, все же выпишу чек!" До Милены не сразу дошел смысл ее слов. Она, огромным усилием воли приоткрыв глаза, приподнялась, посмотрела на Танию и вся дрожа от страсти и нетерпения прохрипела: "Стерва! Какая же ты стерва!"»

«Резким движением он проникает до самого конца, твои прекрасные глазки вздрагивают, вздрагивают от наслаждения, твой резкий и в тоже время короткий выдох воздуха я пытаюсь поймать своими губами, м вижу на твоем лице приятную улыбку, она красива, я ее Люблю. Сижу на коленях и начинаю медленно отодвигать свою, упругую и любимую тобой, попку назад. Твой взгляд красив, от него не хочется отрываться. И снова двигаю своей попкой вперед и назад, и снова вперед и снова назад, я чувствую тепло, чувствую прилив, ты немного выгибаешься, становишься на лопатки, твое дыхание, я его чувствую, ты откинула голову назад, закрыла глазки, и наслаждаешься, и в предвкушении извержения вулкана, я начинаю двигаться все тише и тише растягивая немыслимое удовольствие.»

«Я сразу понял, чего она хочет, и через месяц мы узнали, что у нас будет мальчик, нашему счастью не было придела, но ещё через четыре месяца, смотря новости по телевизору, мы узнали, что мать Тиа жива и лежит в больнице, готовясь к выписке, и что она разыскивает свою дочь. Тиа очень была этому рада, но так же она знала, что стоит ей появится в больнице как её вместе с матерью вышлют из страны, и обняв меня она заплакала, ведь ей так не хотелось расставаться со мною:»

«Программный стих»

«Да, наплевать на виртуальный мир.»

«Моему члену»

«Отдышавшись немного, О. захотела, чтобы любовник расширил третью ее дырочку. Она сама губками и язычком привела член К. в боевую готовность, смазала его гелем и вновь встала рачком. Попка была покорена так же, как ротик и "цветок". Все "кролики" или "лошадки" были сыты и довольны. К. остался у О. до утра. Иногда они теперь встречаются, чтобы поиграть в "лошадку" или "кроликов", но это происходит теперь только в квартире или в лесу. В автобусе им повезло только один раз, но они помнят об этом случае до сих пор.»

«С тех пор подруги, с разрешения Лопухова, часто устраивали сцены лесбийской любви. Его это нисколько не раздражало, а только возбуждало, и свое возбуждение он снимал с Верой. Наташа занималась любовью только с подругой, Дима оказался в этом вопросе деликатным человеком, он не приставал к ней.»

«Крепко взяв его в руку и нежно обхватив ротиком, девушка начала скользить по нему губами, то дразня его язычком, то глубоко всасывая его в себя... .»