«До одиннадцати лет Диана росла вполне нормальным ребенком. Жизнерадостная и общительная всегда была в центре всех школьных событий. Вокруг нее всегда было много друзей. Дочь обеспеченных родителей, она никогда ни в чем не нуждалась. Жизнь для нее являлась божьим подарком, но всему бывает предел. »

«Оксана нагнулась и начала работать язычком над членом партнера. Она облизала его головку, весь "банан", по всей его длине, затем погрузила его в свой ротик. Яичкам тоже досталось от ее горячего, упорного языка. Член окреп, женщина отодвинула свой стул и села верхом на сидящего мужчину, "заглотав" его агрегат своей жадной припухлой девочкой. На этот раз их совокупление продолжалось не так долго, но им обоим было сладко иметь друг друга. Пошел в ход и ее носовой платок, но он был мал. Они включили свет и увидели, что в классе есть умывальник, рядом с ним висит полотенце, на вид довольно чистое. Любовники насухо вытерли свои причиндалы полотенцем и бросили его на пол.»

«Олины губки плотно обхватили головку члена, а язычок начал щекотать ее изнутри. Она помнила как наиболее быстро заставить меня кончить! Я взял ее голову руками и стал направлять ее движения. От ее мягких губок и язычка у меня начала кружится голова и шуметь в ушах. Я почувствовал как изнутри нарастает возбуждение и откуда-то поднимается волна, которая поглощает меня всего. Член начал пульсировать и Оля почувствовала это. Она выпустила изо рта член и в этот момент я начал кончать. Первая струя попала ей в щеку и залила ухо, вторая попала в левый глаз. Я закрыл глаза и застонал. Перед глазами плясали искры, а в ушах стоял звон. Наконец последняя капля спермы упала куда то вниз и я открыл глаза. Оля сидела на табуретке, и капли спермы стекали с ее подбородка, носа и капали на ее топик и шортики, оставляя на них мокрые пятна. Один ее глаз и ухо были залеплены спермой и она начала руками вытирать глаза, отчего еще больше размазала ее по лицу. Я взял ее топик и завернул кверху, открывая ничем ни защищенные грудки. Она прижала его к лицу и начала вытирать сперму. Я вытащил из пакета одежду и натянул трусики, майку и шорты. Пока я этим занимался Оля пыталась привести себя в порядок, и ей это почти удалось.»

«А парень внизу тебя посильней поласкает языком и рукою... по губкам и клитору, и промежности...тебе ведь нравится там? а если одновременно пальчики введет во влагалище? а лицо у него уже все в твоей смазке... стань на четвереньки...киску ему на лицо, а ротик и попку подставь... сейчас мы тебя на конвеер... нравится одновременно в попку и в рот? а потом в рот и влагалище? а в пещерку и в попку? и нравится когда ты уже вся в нашей сперме? тогда в бассейне,где тебя мы всю обмоем. Нравится когда в воде тебя на всю длину члена? с двух сторон, когда ты запрыгиваешь сверху, а попку в воде отдаешь на откуп другому... а третий любуется и возбуждается, видя как парни вдвоем такую прелестную крошку в две дырочки сразу с разных сторон... чтобы потом самому присоединиться, сменив кого то из своих друзей, и продолжить с тобою.»

«Я высунул свой член, снял с него презиватив и выбросил его на пол... Алексей уже развернулся и засунул себе в рот мой член, не успел он сделать и двух движений, как я кончил ему в рот... Он все это проглотил и был несказуемо счастлив, он продолжал вылизывать всю мою сперму. Сам же он давно кончил на пол, когда я его трахал в анус. Я даже не заметил этого. Вдруг проснулся пьяный мужик, лежащий на сиденье в соседнем вагоне, увидев нас голыми, он перекрестился, достал бутылку водки, выпил и опять посмотрел на нас. Мы уже оделись и сели рядом. Мужик вышел на станции, пристально смотря на нас, он, наверное, думал... "неужели я сейчас видел двух голых парней или мне это показалось?". Алексей положил свою голову мне на плечи. Мы приехали на очередную станцию, на которой опять же никого не было. Он сказал...»

«А девочка знает толк в этом деле...и хочет,сама безумного желает того же,что я...почувствовать мужчину, и радость экстрима, и секса со мною... которого так не хватает... я ведь вижу как ты отсасываешь моя крошка, как жадно, безумно ласкаешь... как захватываешь его весь, одновременно лаская яички.»

«А моя партизанка разошлась не на шутку. Разложила меня по брезенту, взобралась сверху и скачет, аж глаза закатила. Эх, волосы бы ей подлиннее, так бы эротично смотрелось! Но на голове у нее - "ежик" и это единственно возможный вариант в этом гребаном мире - победить вшей не может никто, да и не хочет никто. Прыгает в бешеном ритме моя красавица и руками себе вовсю помогает, мнет свои груди с такой силой, что жалко становится и тревожно. Если она себя так не жалеет, то что со мной в результате будет. Но она не хотела быстрого окончания. Судя по всему она уже кончила и, может быть, не раз. Но предоставить мне возможность сделать это самому она не хотела. Грамотно в общем. Кто ж меня знает, может быть кончу и больше в обозримом будущем не начну, перестану представлять собой интерес. Где ж она в лесу еще одного такого безоружного дурака найдет для забавы. Будет искать - в лучшем случае... пристрелят, в худшем... отдадут придуркам из стройбата.»

«Машина тряслась как при поездке по минному полю. Верхняя ее половина сползла на пол между передним и задним сиденьями. Головой и руками она упиралась в пол выпячивая задницу вверх. Я держал ее за бедра, насаживая на член и пытаясь не обращать внимание на проходящих людей. К счастью люди попадались понимающие и проходили мимо долго не задерживаясь. Однако же когда подьехавшая машина осветила нас фарами я не выдержал и стал менять позицию. Вот видишь - сказала она -Я могу трахаться в центре города намного лучше тебя. Конечно, подумал я, чего ж тебе не трахаться, приняла позицию страуса и вперед. Впрочем я ошибался. Мы отодвинули одно кресло до конца вперед и я встал на колени на полу. Она сидела на заднем сиденье подтянув ноги к плечам. Наконец то я увидел ее половой орган во всей красе, хотя впрочем ничего экстраординарного в нем не наблюдалось. Наш поцелуй плавно переходил в нечто большее по мере того как мой член входил в нее все глубже. В этот момент мимо проходила довольно шумная компания подростков - явных любителей бесплатного порно, заметивших нас через окно. Я неосознанно приостановил движение, пытаясь сообразить что бы такого сделать, но она его продолжила, ухватив меня за ягодицы.»

«Но первый раз мы сделаем по другому - киска ведь тоже хочет меня? и созрела, и плачет? тогда снова ложись на животик и выгнись как ты умеешь малышка, и попкой ко мне...и размаха засадить по самые яйца, ощутив как стенки мокрого влагалища приняли его весь...без остатка... и по полной программе сексапильную крошку, пока не залью твое влагалище до краев...»

«Но самое поразительное это то, что она не только сама не попыталась снять зажим, хотя он доставлял ей по видимому колосальную боль, но и не меняла позу. оставаясь в этом полумостике пиздой наружу. меня это позабавило.»

«да малыш ты догадлив, понял куда ручку определить ;-) и чтоб разнообразть наше самокупление я спускаюсь на колени с безумным желанием сделать тебе минет... я пододвигаю тебя ближе к себе, слегка раздвигаю твои ноги... провожу язычком по нему по всей длине вокруг головки нежно целую.... затем полностью беру его вот облизываю от основания до предела и затем мой язычок начинает своё страстное дело... после я медленно провожу языком к твоим яичкам и начинаю играть с ними беру одно за другим в рот и слегка посасываю.... я возвращаюсь к твоему фалосу и начинаю ретмично страстоно в захлёб сосать его, целовать и облизывать эмитируя половой акт с вагиной.... чувствуя твоё напряжение я слегка прикусываю его и ты кончаешь мне прямо в ротик....»

«Я была в благодушном настроении... после ароматной ванны с лепестками роз и вести о том, что наше войско наконец-то победило этих вонючих северных варваров. Ах да... Муж мой, Государь, не вернулся с полей сражений и это, пожалуй, было лучшей новостью. Еще бы... стать регентшей при малолетнем сыне-Государе... об этом мечтает любая забитая супругом Государыня. Много - много лет абсолютной свободы и обеспеченная старость под крылышком любимого сына.»

«С этим возгласом девушка подошла ко мне сбоку. Развернулась спиной, нагнулась так, что ее попа касалась моего лица и аппетитно пукнула. Да. Теперь мне это уже без всякого стеснения казалось аппетитным. Весь мой стыд куда-то прошел, мне нравилось унижение.»

«Я беру вторую ножку, также медленно снимаю с нее туфельку, целую через колготки пальчики с ярко накрашенными ноготками. Глажу ступни, лодыжки, медленно проводя ладонями по тонкому нейлону. Мне очень хочется, чтобы эти ножки поскорее начали ласкать мой член. Но я стараюсь уделить внимания второй ножке ничуть не меньше, чем первой. Снова смотрю на Свету. Сейчас она стоит за головой своей пациентки, они страстно целуются. В этот момент Света своей правой рукой резко задирает юбку девушки до пояса и начинает гладить ее промежность. С губ пациентки срывается тихий стон. В ответ на это рука Светы забирается под колготки, и теперь лишь тонкие кружевные трусики защищают нежную плоть от настойчивых пальчиков. Света расстегивает несколько верхних пуговиц халатика и освобождает из лифчика свою грудь. Я хорошо вижу, как сильно возбуждены ее соски. Они торчат, словно маленькие столбики. Света достает руку из колготок своей пациентки и смазывает соком, который остался на пальцах, сосок своей правой груди. Эту грудь она просто впечатывает в лицо девушке, практически заставляя ее облизывать сосок с таким знакомым ей вкусом. Затем Света опять опускает руку в промежность, только на этот раз ее пальчики ныряют за трусики. Мне хорошо видно, как указательный пальчик погружается почти полностью, затем к нему присоединяется и средний. Несколько незамысловатых движений ладонью, и рука Светы опять смазывает сосок, на этот раз другой груди, и опять погружает его в ротик пациентке. Я больше не могу сдерживаться, аккуратно опускаю ножки девушки на кресло, и подхожу к Свете. Беру ее ладошку, пальцы на которой блестят от смазки, и старательно облизываю каждый пальчик. Резкий вкус женской промежности просто сводит меня с ума. Я целую Свету в губы, давая ей возможность почувствовать вкус пациентки. При этом мои руки приподнимают белый халатик и ложатся на попку. Тут я чувствую, что на Свете нет трусиков. Она целый день на работе ходит без трусов! Моя правая рука перебирается Свете между ножек, и я чувствую большое влажное пятно, показывающее сильное женское возбуждение. Мне очень хочется попробовать на вкус и Свету. Я опускаюсь перед ней на колени и начинаю яростно целовать и вылизывать ее промежность прямо через колготы. Тонкий черный нейлон препятствует полному контакту с клитором и губками, но именно это заводит меня еще сильнее:»

«Оксана утвердительно кивнула головой. Она тяжело дышала. Сквозь облегающую блузку было заметно, что ее соски затвердели от удовольствия. Андрей в это время лег к ее ногам и стал облизывать платформы, касаясь иногда языком ее пальчиков. Она чуть шевелила влажными розовыми пальчиками, приятные волны стали подниматься все выше и дошли до ее киски. Трусики намокли от обильной влаги, девушка стала содрогаться от возбуждения. Резко дернув ногой, она рассекла острым краем набойки его нижнюю губу, и тут же придавила Андрею подошвой рот, не дав вырваться его крику.»

«Мария Александровна усадила её на стул, обернула по шею фартуком, и вытащила из под фартука длинные волосы Лены. Лена плакала. Мария Александровна взяла расчёску и ножницы, провела расчёской ото лба чуть-чуть назад, зажала прядь волос между указательным и средним пальцами и срезала Лене чубчик под корень. Лена зарыдала. Мама сделала второе движение, чуть дальше ото лба и срезала вторую прядь под корень. Лена тихо всхлипывала и хватала воздух. На месте лба оставался короткий ужасный ёжик. А мама продолжала брать пряди дальше к макушке и состригать длинные тонкие волосы лены под корень. Волосы падали на пол и на фартук, а Лена постепенно стала напоминать зэчку. Затем Мария Александровна принялась убирать волосы с боков, и вот уже по бокам тоже ничего не осталось. Мария Александровна слегка наклонилась набок и наконец последний хвостик сзади был со стрижен. Мария Александровна пробовала, но под пальцы уже нигде ничего не бралось. Лена сидела тихо вся красная. По щекам её текли жгучие слёзы. Мария Александровна вставила шнур Брауна в розетку, сняла все насадки, включила машинку и наклонила голову Лены вперёд. Лена ощутила холодное прикосновение Брауна к затылку. Машинка стала двигаться от затылка к макушке. Потом от висков к макушке. Потом, перехватив руку, Мария Александровна тщательно обрила Лене голову ото лба к макушке. Она ловко орудовала машинкой, как будто делала это не в первый раз. Вскоре Лена была полностью обрита под ноль. Почти закончив, мама на всякий случай прошлась ещё несколько раз машинкой ото лба к макушке, разметав последние надежды Лены, что на её голове хотя бы что-то останется. Но это было ещё не всё. Затем Мария Александровна намылила Лене голову и обрила её станком, так, что по окончании голова Лены блестела. Когда всё было закончено, Мария Александровна с облегчением сказала "Ну вот и всё". Лена выскочила из ванной убежала к себе в комнату и заперлась. Она нашла в шкафу старую бандану и обвязала себе голову. Следующее утро было ужасным. Нужно было появиться в школе. Лена шла по направлению к своему классу, стараясь потянуть время. Но рано или поздно это должно было случиться. Она зашла в класс. Не все сразу поняли, почему она в бандане. Подошла Анжелка.»

«Маша, тяжело дыша, вертела головой из стороны в сторону. Я обхватив ее руками поцеловал в губы, а в ответ только услышал стоны благодарности. Ее помутневшие глаза были прекрасны, она изгибалась так грациозно, что я смотрел на нее как завороженный. Нет ничего прекрасней женщины, которая находится в объятиях экстаза. Я не заметил что под впечатлением всего увиденного перестал двигаться, а Мария продолжая постанывать и дыша еще тяжелей, двигалась на мне. Ее движения начинали ускоряться, в криках любви был слышен хрип. И тут она вся изогнулась, и я почувствовал, как ее влагалище охватили конвульсии, не выдержав, я начал вливать свою сперму в ее бездонное влагалище, а Мария с криками повалилась на меня. Не знаю, сколько мы так лежали обнявшись. Я очнулся от того что Маша играла мышцами влагалища, то, сжимая то, освобождая мой член, который уже почти приобрел прежнюю силу...»

«Раннее утро, резко пищит будильник, я выключаю его, за окном ещё не рассвело. Я накидываю халитик и иду в ваную. После водных процедур я иду в комнату, ты лежишь, я нежно целую тебя, бужу долго, минут 5, не меньше. Наконец ты открываешь глаза, улыбаешься мне. Обнимаешь и целуешь в губки. И тут у меня просыпается желание, я нежно целую втою шейку - это ключик, которым тебя можно завести. Ты спрашивешь:"Ты хочешь?". Я киваю в ответ. Ты рукой касаешься моей промежности, и улыбаясь шепчешь:"Почему без трусиков?"- "они мешают... . "-, отвечаю я... Ты ложишь меня на спину, распахиваешь на мне халатик и приникаешь губами к моей киске. Ты одновременно лижешь её и пальчиком трахаешь меня... Я извиваюсь в твоих руках, ты нависая надо мной целуешь мои губы, а одной рукой стягиваешь с себя трусы. без церемоний приставляешь член к кмоей киске, и с силой вгонешь его в меня. Я вскрикиваю от боли и наслаждения. Ты знаешь что я люблю когда ты так делаешь. На этот раз ты меня трахаешь, сильно вгоняя член в меня, через какое-то время я вцепивишь ногтями в твою спинку бурно кончаю. Ты ослабляешь движения, нежно целуя меня в лицо. Но потом снова продолжаешь резкими движениями входить в меня. Я без сил и не сопротивляюсь, да и зачем?ведь мне это нравится... Я сокращаю мышци влагалища, я знаю, ты от этого без)ума. Ты часто дышишь, глаза полузакрыты, в них читается только одна цель на этот момент. . И ты достагаешь этой цели. ты дёргаешься на мне, я чувствую своей киской твой пульсирующий член, тёпло внутри себя. ты закрыва глаза ложишься на меня не вынимая члена. Я глажу твои волосы, спинку, плечи. Ты поднимаешь голову, улыбаешься, тянешься к моим губам.»

«Всё это время он играл своими пальчиками у меня в пизде. Он уже был на гране не мог терпеть. Рома положил меня на спину и вошёл своим огромным хуём в меня. Он сделал это так резко что я вздрогнула от боли и от удовольствия. Он начал быстро двигаться. С каждым разом всё быстрее и быстрее. Я стонала кусала его. Он продолжал покусывать мои соски. Он продолжал жесткого ебать меня. Мне это нравилось. Мы перевернулись. И я оказалась на нём. Его огромный хуй был полностью во мне. Я прыгала на нём вскрикивая от боли. Он лежал постанывая. Его руки сжимали мою грудь. Потом он положил мыня боком сам лёг сзади и опять вошёл в меня. Он ебал и ебал меня. Мне было хорошо. Я уже почти кричала от удовольствия. Он поднял мою ногу не переставая ебать меня он пальчиком ласкал мой клитор. Потом вместе с хуём стал засовывать в меня свои пальцы. Я дёрглась мне было хорошо. Потом он поставил меня раком. Я не сопративлялась. Мне нравиться когда он влавствует надо мной. Опять вошёл в меня. Стал быстро-быстро двигаться. Он всё ебал и ебал меня без передышки. Через некоторое время он опять положил меня на спину и сам был сверху. Вошёл в меня. Он стал двигаться быстрее чем обычно. Я чувствовала как его малыш и грает во мне. Рома стал громче стонать. Резко вытащил свой хуй и кончил ме на живот. Потом стал всё это слизывать. Потихоньку он добрался до моей киски. Он стал ласкать её. Стал всовывать свой язычок в меня. Скоро и я кончила. Потом. Мы долго лежали голые и ласкали друг друга. Конечно понятно что за этим последовало. Но писать об этом я уже не буду.»

«Перед поркой я обязательно должен был раздеться до гола и сам принести орудие наказания. В углу стоял я, естественно, голышом на коленях. Нередко меня наказывали в присутствии моих друзей (лет до тринадцати), если в момент совершения проступка они были у меня в гостях. Когда мама уезжала в командировки, она поручала присматривать за мной моей двоюрной сестре, которая на старше меня всего на 6 лет. Сестра Но не смотря на молодость, она со всем усердием занималась моим воспитанием и секла меня по голой попе не слабее мамы и почти каждый день, особенно я боялся порки резиновой прыгалкой.»

«Ты опускаешься на колени и начинаешь целовать мою попку, бедра... поглаживаешь мои ножки .. Из моего красненького, переполненного влагалища вытекают маленькие капельки спермы...»

«Следуя просьбе Риммы, я с силой резко вдавил свой орган в её вагину. Римма изогнулась и издала лёгкий стон. Внутри у неё оказалось довольно узко, хотя она была уже далеко не девственницей. Виной тому являлся её несколько миниатюрный рост. Но при этом она обладала шикарным бюстом. Выждав пару секунд, я начал двигаться. Несмотря на обилие влаги, член двигался с трудом, слишком мешало сопротивление. Римма лежала, закрыв глаза, и практически без движений. По лицу было видно, что ей это не очень нравилось, но она не протестовала. Её стоны стали громче, и я положил правую руку ей на рот.»

«И Лена тут же спрятала его. Я уже не контроллируя себя, набросился сзади на Юлю, обнял ее за туловище, а член просунул где-то под шортиками, просто прикасаясь к ним. Начал совершать толчки, терясь членом по ее шортикам.»

«Он вышел. А я ошеломленная происходящим медленно начала раздеваться. У меня было странное предчувствие - я понимала, что то, что я сейчас делаю это не правильно, но остановиться я уже не могла. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и вошла. Ничего особенного, обычная парилка, только большая, а посередине круглы подиум, покрытый кафелем, на нём лежит обещанная простыня. Я успокоилась, и растянувшись на тёплом кафеле стала наслаждаться. Через какое-то время я погрузилась в сладкое забытье. Сквозь дремоту я услышала, что кто-то вошёл, но отрыть глаза, просто не было сил. И вдруг я почувствовала, что чьи-то умелые руки меня моют, это было настолько приятно, что я продолжала лежать, погружаясь в состояние транса. Как это приятно когда всё тело покрыто благоухающей теплой пеной, чьи-то нежные, но настойчивые руки тебя моют: стопы, пальчики на ногах, ноги, бедра, ягодицы, спину...! Состояние близкое к оргазму! Чей-то голос, говорит, что я должна перевернуться на спину, и я делаю это.»

«Одной рукой обняв ноги Ирины Владимировны, другой Антон взял свой член, и наконец ввёл его в её лоно, а пальцем опять стал играть с клитором. Это было чудо! Ирина Владимировна продолжала кончать, крича и постанывая, и теперь уже Антохин член ощущал всю прелесть объятий её влагалища. Антоха испытывал непередаваемое удовольствие! Оргазм учительницы доставлял ему не меньшее удовольствие, чем свой собственный!»

«Для начала я уложил Маню на спину и раздвинул ножки в стороны. Люблю я женскую щелку, люблю давно и преданно! Я набрал смазки на пальцы и начал медленно растирать ее по половым губкам, которые начали сразу же набухать и раздвигаться. О, какой кайф видеть пиздюшку, когда она возбуждается и намокает под моими пальцами. И у меня появилась возможность рассмотреть эту пиздюшку во всей ее красе. Не торопясь, смакуя каждое движение в этой нежной девичьей пизде, я медленно ввел пальцы во влагалище и начал трахать ее, другой рукой понемногу дрюча свой хуй. Стоял он у меня уже колом, что только яйца не звенели от напряжения. Потом я все же не утерпел и перевернул Маню на бок, подогнув ей ноги к груди. Она спала сном младенца, подсуну ладошку под щеку, а я любовался открывшейся мне картиной между ее ног. Вся ее пиздюшка, блестящая от смазки и ее собственного сока, раскрылась, набухшие гладенькие губки сильно выпирали в стороны, давая доступ к влагалищу и клитору, а кружок ануса стал безвольно-доступным для моих пальцев. Я еще немного потискал эти губки и вновь засунул три пальца в ее вагину. Нет, так мне было неудобно, и я вознамерился всунуть ей все пять пальцев! Я выдавил на ладонь еще смазки и медленно начал вкручивать пальцы вглубь ее пизды. С некоторым трудом прошла самая широкая часть моей кисти, и вагина этой маленькой спящей бляди обхватила мое запястье. Вот это зрелище - пизда, натянутая на мою руку! Там было мокро, горячо, тесно и мягко. Я нащупал шейку ее матки и начал осторожно массировать ее пальцами. Матка тут же начала сокращаться, а Маня задвигала попой. Прикольно! Спит, а ебаться все равно охота! Хуй мой, и вместе с ним я, дрожал от возбуждения.»

«Совершенно измученный и едва стоящий на ногах пленник вынужден был подчиниться. Глядя на приближающуюся к его пальцам иглу, он весь сжался и стиснул зубы. Только бы вынести это... Он решил терпеть до последнего.»

«Мы пошли раздеваться, но дверь я не закрывал, чтоб ему было все видно. Таня еще дома захватила банный халатик (он чуть закрывает попку и если она в нем садится или наклоняется то все видно, а спереди запах небольшой и поэтому сиськи видны почти полностью) и раздевшись догола облачилась в него. Я краем глаза смотрел как Андрюха пялился на нее и когда мы сели за стол то заметил что у него простыня просто вздыбилась(впрочем как и у меня). Мы немного посидели выпили и пошли с ним париться. Там стояк чуток отпустил и он сказал, что Танюха просто супер. Тут вошла Танька в одной банной шапке на голове (чтоб не напекло). Я сам был просто в шоке а Андрюха так вообще колени сжал. Она посидела с нами минуту и пошла на выход со словами чтоб мы тоже долго не сидели а то она замерзнет и будит скучать. Потом вышел я и отправился в бассейн, из бассейна видел как друг вышел из парной хуй у него торчал почти в небо(думаю он догадался потому, что простыню одевать не стал). Я остыл чуток в бассейне и тоже голый пошел в комнату, где застал жену сидящую на краю диванчика с чуть раздвинутыми ногами а ее сиськи просто торчали между пол халата, сосущую Андрюхе член ( точнее это он ее трахал в рот). У меня просто вскочил от этого вида а тут еще друг кончил Тане в ротик и она все проглотила и она посмотрела не меня своими блядскими глазами. У него все еще стоял и он лег на диван а Танька села на него пиздой сверху я-же дал ей в ротик (она сосес просто супер). Во рту у нее было мокрее обычного да и на губах видны были следы спермы. Потом я наклонил ее вперед плюнул на очко и вставил сам.минут через 5 мы кончили я чуть раньше чем друг. Сели на диване потягивая пивко смотрели как Танька приходя в себя размазывала вытекающую из дырок сперму.»

«- А это первый сюрприз для таких похотливых сук, как вы, - Господин достал два пояса верности. Они были похожи на трусы сплетенные из толстой проволоки закрывающиеся на замок. Он плотно подогнал пояса и застегнул замки. В рот нам вставил кляпы, сковал руки за спиной.»

«Но я был непреклонен. Перевернув ее на спину я отнял ее связанные руки от лона и прижал к полу над ее головой. Левой рукой проверил, не появилась ли райская роса на ее лоне, но нет, и в этот раз было сухо, только кровь замочила мои пальцы. Дурочка, если бы расслабилась, в этот раз было бы легче, а так: и я вновь вторгся в ворота, не смотря на то, что девчонка взвыла и заметалась опять. И во второй раз я вбивал кол и вытаскивал его множество раз, пока не вспотел и излил живительную влагу. Тут моя жертва прикрыла глазки и в бесчувствии откинулась на шкуры. Ну этого не надо! Я быстро привел ее в чувство двумя оплеухами и решил напоследок преподать ей настоящий урок. Вновь перевернув ее на живот, я раздвинул ее ягодицы и всадил свой перемазанный в крови ее лона и моем семени кол ей в попу. Я думал, она не сможет завопить громче, чем вопила до сих пор, но она орала, как будто ее резали. Хотя это было недалеко от истины. Ее узенькая попка не была предназначена для такого внушительного инструмента, как мой и поэтому я порвал ее, входя и выходя вновь. Крики ее были, должно быть, слышны по всему городу, так что не удивительно, что к тому времени, когда я выпустил из себя последнюю на этот раз струю семени, в дом вломились мои воины. Быстро найдя нас по ее воплям (ну я же говорил, что не надо кричать) они встали вокруг и хвалили меня с удачной находкой. Полностью удовлетворенный, я пожаловал это сокровище своим воякам на неделю. А если она выживет, то будет хорошей, покорной и исполнительной рабыней. А нет - так хоть ребята мои потешатся.»